белинда

Страница: 1 2 »

Сообщений 1 страница 30 из 37

Поделиться12019-11-20 11:39:01

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

хроно [ноябрь 2018] Белинда Винифред Шодерон
1) родилась - 12 декабря 1970 [на данный момент 47 лет (если в игре ноябрь 2018)]; место рождения - Беканкур, провинция Квебек, Канада; (небольшой городок, население 12к);
● семья Шодерон потомки швейцарской ведьмы Михе Шодерон, казненной в 1652 году в Женеве; сначала отпрыски бежали во Францию, жили в Страсбурге, затем в составе французских колонизаторов переехали в Квебек, откуда переселились в Беканкур в 1758 году;
● семья пустила корни в Беканкуре и там же основала свой ковен Ultimus [в пер. с латыни - крайний/самый дальний], малочисленный ковен, в котором состоит не более 13 человек (чаще - меньше); по этой же причине в ковене хранится страница книги проклятых, потому что мало кто может представить себя, чтобы такая могущественная реликвия хранилась в богом забытой провинции в богом забытом ковене; в семье соблюдается жесткий матриархат, Верховная готовит себе замену в лице старшей дочери (даже в случае, если первенцем был сын), если по какой-то причине старшая дочь не может принять пост Верховной (уход из ковена, смерть), то место также освобождается по наследству (в список наследников включают дочерей, племянниц исключительно близкого родства, троюродные уже не подходят);
● своеобразным тотемным животным клана является полярная сова, несколько особей оных живет под крышей ковена на удачу;
2) первый ребенок и старшая дочь; магия проявилась на Рождество 1978 года [Белинде было 8 лет]; росла и воспитывалась бабушкой Верховной, мать помогала в управлении ковеном, так как должна была стать следующей Верховной; бабушка умерла за год до инициации Белинды; под руководством матери в ковене начались беспорядки и разногласия, так как мать тяготела к темной магии и ковен обратился против неё, когда стало ясно, что новая Верховная не только изучает, но и использует темную магию, но к тому времени когда над матерью расправились, Белинда уже покинула Беканкур;
3) ноябрь 1989 г. - спустя полгода после инициации Белинда поняла, что мать не образумится, и сбежала в город крупнее - Квебек, где хотела затеряться и сойти с радаров семьи/ковена; там же познакомилась с будущим мужем, с которым жила сначала в Сиракьюсе [в феврале 1990г. забеременела первенцем, сыном], а после в Дир Айленде, штат Орегон;
● перемещение из Сиракьюса до Дир Айленда длилось полтора года; Белинда кочевала с мужем, который по пути собирал ведьм-одиночек и со временем группа по интересам превратилась в Ковен; в 19 [в ноябре 1990 г.] лет родила сына; в Дир Айленде новоиспеченный Ковен осел и окончательно оформился в мае 1991 года [по большей части, это связано было с тем, что с новорожденным особо не наездишься, плюс в Ковене образовалось несколько пар и вот-вот у них должны были появиться дети];
● Ковен водил дружбу с местной стаей оборотней, порой происходили стычки с кланом вампиров из Кейплса [в основном проблема заключалась в сложных пограничных отношениях ковена, живущего на границе Орегона, и клана, обитающего на границе Вашингтона]; острая вражда между Ковеном и Кланом длилась шесть лет; в мае 1995 года Белинда забеременела во второй раз, в январе 1996 года родила дочь; муж, желая наконец-то приструнить вампиров, чтобы не питались людьми на орегонской границе, переусердствовал [убил нескольких вампиров в качестве предупреждения]; во время Самайна 1996 года Клан налетел на Ковен и в отместку перебил всех [почти];
● Белинде почти удалось скрыть детей и себя от вампиров, но всё равно была обнаружена, пусть и последней; на выручку к ней пришел Старый Кот, с которым водил дружбу муж Белинды [в ковене ходили слухи, что Кот положил глаз на Белинду, поэтому часто ошивался поблизости - на деле Белинда просто любила общаться с Котом и проводить с ним время в беседах, которые отвлекали от тягот материнства, долгого конфликта с вампирами, они часто спорили о том почему может или не может существовать кошачья стая, Белинда несколько раз обмолвилась Коту, что могла бы стать ведьмой-эмиссаром для такой стаи]; именно Кот отбил от Белинды и её детей вампиров, которые решили поживиться остатками пира после более старших соклановцев; Кот забирает Белинду с детьми в Новый Орлеан;
1996 - 2014 гг.
● Белинда перебирается с шестилетним сыном и годовалой дочерью в Новый Орлеан и живет под крышей Кота, помогая ему организовать чайный бизнес [в основном стояла за прилавком, продавая чаи и впаривая туристам элитные сорта чая втридорога], спустя пару лет Кот находит для Белинды старенький домик с небольшой оранжереей и мансардой [так как бизнес пошел на лад и у Кота упрочнились связи с "клиентами", то "родная, тебе и детям не место здесь, ты мне ещё пригодишься"]; Белинда продолжала работать в том числе в черную, помогая Коту раздобыть информацию когда требовалось магическое вмешательство [отследить кого-либо, например]; из-за кризиса в 2008 году Белинда ощутила нехватку "чистых" денег, на которые из принципа предпочитала содержать детей, но и тут ей помог Кот; в 2009 году он выкупил для неё лавку в туристическом районе, где Белинда начала продавать пряности, специи, травы [поставляла и продолжает поставлять это добро в некоторые кафешки]; на дому выполняет частные заказы для любительниц и любителей косметических чудес [делает всякие сыворотки и крема, маски]; в общем, известна Белинда не только как особо приближенная к Коту [в мистических кругах], но и как мастерица всякого, что легально можно приобрести в лавке;
● в мае 2014 года Кот попросил Белинду поехать с ним в Алабаму, пошли слухи, что на границе беснуется кто-то из кошачьих; там они обнаружили двух взрослых кошачьих оборотней убитыми, а беснующимся оборотнем оказалась девочка-подросток, дочка убитых; тогда же Белинда знакомится с Элиасом и начинает сотрудничать с ним [хотя по началу помогает потому что это нужно Коту], плюс с самого начала у этих двоих не заладилось, потому что Элиас привел дикую девчонку в дом Белинды со словами "на, занимайся"; Белинда укрыла девочку у себя, заставила Элиаса построить на заднем дворике дом на дереве для ребенка и ещё одно помещение по типу гаража, чтобы малышка не разнесла дом и оранжерею; девочка до сих пор имеет проблемы с трансформацией и на первый взгляд кажется диковатой, даже в человеческом облике она порой ведет себя по-кошачьи и больше полагается на инстинкты, а не на разум; когда дела совсем плохи на выручку приходит Кот;
2015 - 2018
● сын Белинды покидает Новый Орлеан, желая разобраться с тем, что действительно произошло в Самайн 1996 г [не особо прислушиваясь к Белинде, что прошлое должно быть в прошлом]; нарвался на тот же Клан [ближе к 2018 году], но, скорее всего, либо смог отбиться и сбежать, либо получил серьезные ранения и его обратила вампирша из другого Клана [она же является предком по отцовской линии мальчика]; Белинда в 2017-2018 году покидает Новый Орлеан, чтобы найти тех кто массово убивает кошачьих оборотней, оставляя дочь за главную в лавке и наказывая, чтобы держалась с Бермудами; 2019 год - Белинда возвращается в Новый Орлеан и всё по-новой, всё по-старой.

Поделиться22019-11-21 18:34:09

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

Mädchen Amick
^{▬▬ ∎} BELINDA WINIFRED CHAUDERON ^{∎ ▬▬}
Белинда Винифред Шодерон

∎ Беканкур, провинция Квебек, Канада
∎ 12 декабря 1970 г. ^{47 y.o.}

▶ владелица лавки с пряностями «Herbarium»

ведьма ∎
бисексуальная ∎

ведьма-одиночка, приближенная Кота ◀

“ ...никогда такого не было и вот опять — снова в лобовое
Жизнь делится на «до» и «после». Жизнь Белинды делится на «до» и «после», отколотая половина поддается дифференциации на очередное «до» и «после» — создает геометрическую регрессию, расщепляя всё до едва уловимых частиц. Сама Белинда застревает где-то между, неудобно цепляясь за «и». Она тратит все силы, лихорадочно расставляя смазанные точки над пресловутым «i». Проще перечеркнуть и поверх неуклюже склеенных обломков написать новую историю. Белинда выжигает себя по новому образу и подобию, возвращаясь в самое начало.

Первое «до» и «после» Шодерон очерчивает в Рождество 1978 года. Первое прикосновение к магии собственной маленькой ручонкой. Ощущение ни с чем несравнимое, будто после сладкой дрёмы оказываешься в остывающем кратере вулкана. Мир преобразился не то впитав больше красок, не то выплеснув их — не иначе как чудо. В тот же момент над Белиндой навис тяжелый якорь кармы. «Девочка, ты вырастешь и будешь новой Королевой», — гордо скрипит Бернадетт Шодерон. А пока маленькой принцессе снятся волшебные сны над Ковеном Ультимус сгущаются тёмные, темнее небытия, тучи.

С каждым годом Белинде открываются новые таинства семьи: от истории, уходящей корнями в Женеву и казни дальнего предка Михе Шодерон за колдовство, до страшной семейной тайны, к которой неуклюжей поступью однажды придется добраться. Бабка Бернадетт строго наказывает держаться светлой стороны магии и вести с ней справедливый расчет, никогда не пытаясь обмануть. «Судьбу не одурачишь, ma petite princesse», — поучительно клокочет Верховная. Белинда беспечно отмахивается. В такие моменты Бернадетт сворачивала на тернистую тропу Смерти. Маленькая девочка слишком упряма, чтобы принять мифическое чудовище в черном капюшоне с косой наперевес. «Ты будешь жить всегда, ma grand-mère. Выдашь меня замуж за принца и расскажешь историю семьи Шодерон моим детям», — Белинда будто приказывает бабушке оставаться рядом, не принимая иного варианта.

Шодерон пытается распутать лингвистический клубок из немецкого и романшкого, французского и английского, древнегреческого и латыни. Устраивает маленькие взрывы, путая окончания заклинаний, и затапливает первый этаж, пытаясь впервые самостоятельно пользоваться магией. Пытливый ум подростка до добра не доводит, но Белинда всё равно упорно протаптывает свою дорожку. Даже когда случайно поджигает фейерверки на пятый день рождения младшей сестры. Даже когда случайно превращает пенку капучино в противную вязкую паутину. Маме едва ли по вкусу забавы дочери, на тонкие и хрупкие плечи которой однажды придется возложить заботу о целом Ковене. Мама коварно загибает пальцы, считая месяцы и недели до дня, когда Белинда больше не сможет беспечно бегать по утрам и сбивать босыми ногами прохладную росу с осоки. Верховная всегда чувствует приближение Поцелуя Смерти. Следующая Верховная всегда чувствует прилив могущества. Но что должна чувствовать та, которой через десяток-другой придется вклиниться в цепочку ведьмовского механизма?

Второе «до» и «после» Шодерон очерчивает в сентябрьское Равноденствие 1988 года. Дом погружен в траур, что станет началом беспорядков в Ковене. Когда умирает королева и на смену ей приходит другая... Что ж, это похоже на маленький внутри дворцовый переворот. В момент, когда силы покинули Бернадетт Шодерон и на её место пришла Иллирия, в Ультимусе наступили по-настоящему тёмные времена. Увы, это даже не метафора. Новая Верховная тяготела ко всему запретному с юных лет. А теперь решим небольшое уравнение. Жадная до власти ведьма плюс дюжина червоточин на её сердце, что тянут во тьму, плюс страница Книги Проклятых, что на протяжении нескольких веков хранится в семье Шодерон равно...? Возможно, равно новоиспеченный еретик, который перебил бы Ковен, строящийся поколениями // веками; равно недальновидная ведьма, ослепленная могуществом, которого так и не достигла. Прощальный подарок Бернадетт помог избежать кровавой бани. Переместив страницу в другое хранилище, она запечатала замок так надежно, что вряд ли кому-то в ближайшее время удастся достать её. По крайней мере, для того чтобы открыть шкатулку нужно пролить кровь ведьм трех поколений Шодерон. Незадача, когда в ближайшем будущем ходить их по земле будет лишь два.

Белинда чувствует неправильным уход бабушки. Она всю жизнь представляла, что именно Бернадетт проведет инициацию; представляла в ярких красках. Белинда чувствовала как всё внутри неё крушилось по крупицам, постоянно повторяла себе насколько неправильно происходящее. Шодерон разрывало между «я стану следующей Верховной и сотру тебя в порошок, мама» и «нужно бежать из Беканкура пока не стало поздно». В день инициации Белинда окончательно решила — пора: уносить ноги // отрезать себя от многовекового наследия // выкинуть себя в огромный мир.

Спустя полгода Шодерон шагала по апрельской слякоти Беканкура с одной сумкой за плечом. Искушение матери перед темной магией оказалось сильнее здравого рассудка. Она не хотела видеть как остальные ведьмы Ультимуса расправляются с Иллирией; не хотела быть подневольной птицей в отцовской клетке, как младшая сестра. Белинда впервые спокойно спала в автобусе Беканкур-Квебек пусть и ехала по разбитой дороге, то и дело норовя стукнуться макушкой о стекло, но так чувствовалась // пахла свобода. А дальше события развивались слишком стремительно: знакомство с Дереком, скорая свадьба и переезд в Сиракьюс, а после и появление первенца. Белинда словно выжигала свою прошлую жизнь попытками обрести счастье вне Ультимуса, когда-то нависавшего над ней тенью. Она нескоро поймет, что судьба у неё дурная и чеканит пребывание Шодерон на этой земле слишком грубо.

Третье «до» и «после» Шодерон очерчивает в Самайн 1996 года. За плечами полтора года кочевой жизни из-за амбиций мужа. Их новоявленный Ковен [Клипеус], собранный из ведьм-одиночек так старательно подобранными Дереком, осел в городке Дир Айленд. Клипеус водил дружбу с местной стаей оборотней, порой происходили стычки с кланом вампиров из Кейплса [в основном проблема заключалась в сложных пограничных отношениях Ковена, живущего на границе Орегона, и клана, обитающего на границе Вашингтона]. Дереку надоело вести холодную войну, где обе стороны постоянно выравнивали счёт. С рождением второго ребенка в нём взыграл агрессивный защитник и непредусмотрительный отец-лидер. Дерек позволил себе перейти на территорию клана и убить двух вампиров, принадлежащих ему. Ответ не заставил себя долго ждать. В Самайн 1996 года вампиры Кейплса пришли отомстить за своих сородичей. Оборотни не успели придти на подмогу и застали выжженную землю да трупы под холодным сумеречном небом.

Белинда с детьми была на полпути к Новому Орлеану. Она чувствовала слабость, но продолжала крепко прижимать к себе детей. Клипеус погибал стремительно. Её щит, защищавший сына и дочь, меркнул. Белинда могла оказаться среди горы трупов бездыханным телом, если бы не Кот. Для многих просто «слишком скрытный тип» и «Дерек, тебе не кажется, что он положил свой бесстыжий кошачий глаз на Белинду?». Но Шодерон находила отдушину в Коте. Свободный, никому не принадлежит и всегда держит нос по ветру. Белинда поняла, что у неё никогда не было по-настоящему надежного человека рядом, не было друга. В Коте она обрела того, кого давно искала — крепкое и сильное плечо. Именно это плечо закрыло Шодерон и её детей от клыкастых тварей. Никому она не была обязана если не всем, то почти всем, как Коту.

Четвертое «до» и «после» Шодерон очерчивает в мае 2014 года. Она живет поистине прекрасной жизнью. В девяностых встает на ноги, помогая Коту с чайными бизнесом. Белинда знает, что снова предпочла тихой и отшельнической жизни амбразуру, но с Котом нестрашно. Ей нужно обеспечивать детей в городе, где у неё нет ни родных, ни связей — только спаситель. Шодерон поддается мановению утекающей молодости. Белинда Шодерон наконец-то пускает корни в Новом Орлеане. Она здоровается с новыми знакомыми пока идёт на работу, шире улыбается за прилавком чайной лавки и готовит своих детей к тому, что однажды в их жизни появится магия. Вскоре с помощью Кота она открывает собственную лавку с пряностями. Разве могла Белинда мечтать о чем-то ещё? Прекрасные дети, отлаженный бизнес и больше никакого страха за собственное существование. За все блага последовала справедливая плата. Когда угроза нависла над кошачьими, то Шодерон без лишних слов отправилась в Алабаму. Кот попросил помочь найти виновных в смерти двух оборотней. Вернулась Белинда с проблемным подростком. Её собственные дети были достаточно взрослыми, чтобы понять насколько важно помочь девчонке, которой дали ласковое прозвище Веснушка.

Жизнь стала похожа на день сурка. Шодерон просыпалась из-за буйной девчонки-кошки, которой было сложно совладать со своей сущностью. По утрам на столе ждали завтрак и самый крепкий кофе, заботливо приготовленные дочерью. Дежурный звонок сыну, чтобы узнать в какой закуток его занесло на этот раз. Вспоминает о лавке и пополняет ящики высушенными травами. Заглядывает в чайную лавку к Коту. Есть что-нибудь? Снова пусто. Завтра будет лучше. Обязательно. Она засыпает, уже не надеясь выспаться. Беда одна не приходит. Вместе с мракобесием, Списками и дюжиной домашних проблем Белинда чувствует, что пора очерчивать «до» и «после» снова. У неё почти нет сил дробить свою жизнь. Когда нужно быть сильной — она слаба как никогда. Когда истребляют кошек, которых она порой хочет вздернуть за хвосты, она собирает себя по кусочкам и расставляет всё по полочкам. Оставляет дочь за старшую в лавке и наказывает присматривать за Веснушкой. В кой-то веки находит управу на пытливый ум сына и просит вернуться обратно для защиты их дома и близких. Белинда уезжает снова. Снова вместе с Котом. Как и двадцать два года назад они скользят по бесконечной дороге, которая ведет в никуда. Спустя ещё год Шодерон возвращается ни с чем. Психует по мелочам от отчаяния. Она застревает между треклятыми «до» и «после». Если у неё не получается найти виновных, то Белинда сделает всё, чтобы защитить детей и уберечь Кота. Иногда Шодерон кажется, что старый пройдоха нуждается в её заботе больше, чем собственные сын и дочь.

^{▬ ▬ ∎} f u c k ' т ы ^{∎ ▬ ▬}

● любит зеленые яблоки, ямайский кофе, черный чай с бергамотом // зеленый чай с манго и мёдом // белый чай с питахайей [постоянно носится с кружкой горячего чая в своей лавке];
● когда дети и близкие в чём-то провинились, то откупаются от Белинды канадскими булочками с кленовым сиропом и грецким орехом [в кондитерской лавке диалог выглядит примерно так «как сильно провинились перед Белиндой в этот раз? Ага, ну это на две булочки // Мда, при удачном стечении обстоятельств должно хватить одной коробки, но на всякий случай положу ещё фисташковый эклер»];
● от неё всегда пахнет либо сандаловым деревом с гвоздикой, либо белой розой, либо Chanel №22 с туберозой [в общем, если уловите приятный сладковатый аромат, тянущийся длинным шлейфом, то с вероятностью в 99% вы неподалеку обнаружите Белинду];
● когда готовит зелья, включает рок 70-80х и просто танцует_поёт, вкладывая душу во всё, что делает [такую картину можно застать только при готовке простых зелий];
● в молодости курила, но недолго; иногда может позволить себе марихуану;
● держит дома ворона по кличке Галактион [ворон не приспособлен к жизни в дикой природе, его легко узнать по отливу цвета индиго на крыльях] // в оранжерее на крыше зимует полярная сова и выхаживает птенцов;
● носит множество украшений: колец, подвесок, браслетов — большая часть защитная, в кольцах запечатаны аконит, зверобой и рута на крайний случай [окружающие просто считают Белинду сорокой, падкую на побрякушки];
● никогда, никому и не под каким предлогом [ни за какие деньги] не приготовит приворотное зелье, не будет заглядывать в будущее, ибо железно верит, что нельзя изменить судьбу и непозволительно ломать чужие жизни из-за страха за свою собственную — оттого постоянно повторяет как истукан: You can't change fate. That's why they call it fate. It's fated!

^{▬ ▬ ∎} пост ^{∎ ▬ ▬}

Один звонок разбивает меня прибоем о скалы, расщепляя на миллионы морских капель, что ложатся влажной пыльцой на цепочку волнорезов. Её голос звучит тревожно, будто медленно и болезненно вытягивал из теплого бассейна, расположившегося в кратере бывшего вулкана. Меня вытаскивают на холодные земли, заставляя задыхаться от спёртого морозного воздуха, сковавшего трахею и голосовые связки. Меня оставили безмолвной перед надвигающимся ураганом после губительного цунами. Я медленно убираю от уха телефон. На экране затухает наша совместная с Харриет черно-белая фотография, сделанная после первого американского показа. Вместе с этим затухают последние крупицы самообладания и гнев начинает вырываться наружу. Резко откидываюсь на кровать и накрываю себя подушкой, которую прикусываю до скрежета зубов. Где-то вдалеке трещит голос Харриет, зовущий меня, но в ответ ей ни много ни мало перепадает лишь приглушенный истошный крик, который вбирает подушка в перламутровой шелковой наволочке. Я чувствую как пульсируют вены и артерии, будто пытаются гонять сгустки крови по километрам своей запутанной системы. Переворачиваюсь на живот и приподнимаюсь на локтях, собираясь с силами. Делать это в половине шестого утра тяжело как никогда раньше. Бессильно рухнув обратно, передвигаюсь на прохладную сторону кровати в попытках остыть и силясь прийти в порядок. Голос Харриет продолжает звучать одним и тем же тоном, что я без труда могу представить как она тянется рукой к дрожащим губам и уголки её губ слегка опускаются. Чем больше она говорила, тем быстрее стекленели глаза цвета дикого мёда, начиная напоминать переливающийся на солнце янтарь.
Тихо соскальзываю с кровати и облачаюсь в темно-синий тонкий халат. Даже стараюсь шумно не дышать, когда ступаю босыми ступнями по холодному паркету в коридоре. Заглядываю через узкую щель в комнату крестницы, мирно спящей на мягкой кровати. Хотелось бы мне верить, что она видит прекрасные сны. Такие же мягкие, как и облака, которые часто встречает в многочасовых перелетах. Впервые за долгое время мне спокойно при взгляде на неё, будто мы перенеслись в Париж и жили в особняке Эрондейлов. Наоми была маленькой девочкой, оставшейся без самого главного человека в жизни. Ни богатые стены нашей крепости, ни дорогие подарки никогда бы не смогли возместить утраты настоящего материнского тепла. Мне хотелось верить, что я смогла хоть немного восполнить эту потерю, когда срывалась посреди ночи из своей комнаты едва услышав первый плач. Она взрослая. Она совсем взрослая. Проблемы у неё тоже взрослые, но для меня Наоми остается беспечной девочкой-осенью с глазами цвета самого чистого океана. Совсем как пять, десять, пятнадцать лет назад. Тяжело вздыхаю и вымучиваю улыбку, мысленно желая добрых сюжетов для её снов. Иду на кухню, минуя коридор и гостиную. Щелчок и кофемашина пробуждает свои механизмы, чтобы приготовить мне кофе с молоком. На верхней полке с запасной посудой нащупываю пачку сигарет. Тайников с ними полно, как и секретов, которые начала хранить вот-вот разменяв третий десяток. Большая кружка наполняется напитком, а он в свою очередь наполнял кухню крепким ароматом отборных эфиопских зёрен, успевший стереться из памяти моих рецепторов. Последние месяцы я не пила ничего крепче чая. Правильнее было бы заварить зеленый с жасмином, после добавив в него дольку лимона и чайную ложку мёда. Сейчас сложно поступать правильно. Особенно в привычных мелочах, отработанных до уровня безусловного рефлекса.
Прикуриваю сигарету и выхожу на веранду, перед которой распростёрся небольшой сад с апельсиновыми и грейпфрутовыми деревьями. Опускаюсь в плетеное кресло и ловко ногой придвигаю к себе столик, на котором лежала пепельница. Вдыхаю никотин глубоко, чувствуя как нёбо буквально леденеет от привкуса ментола именитых Marlboro. Я не должна наслаждаться кофе и сигаретами, но отрезаю себя от всего мира. Мне нужно сделать это, чтобы никто не пострадал от моих решений. Проще всего взвешивать противоборствующие стороны одной монеты в полной тишине, придав глобальной проблеме оттенков будничности. Ещё одна затяжка. Я чувствую как пробирает легкие и отпиваю немного кофе. Выдох. Струйка тонкого дыма падает в пол, развеявшись быстрее, чем я успела смахнуть новый клуб дыма, назойливо подплывшего к глазам. Жалею, что не взяла с собой ещё одну сигарету. Мне не хватило нескольких затяжек, чтобы окончательно вернуться в реальный мир, отмеченный наивысшей степенью паршивости. Отгоняю плохие мысли из последних сил и прикрываю глаза, пытаясь пробудить Железную Леди, которая может справиться с любой проблемой. Допиваю остывший кофе и долго, сладко тянусь, когда первые лучи солнца начинают плескаться на горизонте. Всё вокруг наполняется городской возней, начиная от мягко урчащих автомобильных моторов вдалеке и заканчивая сборами соседей на работу. Я иду топить эти звуки в горячий душ, надеясь урвать ещё несколько мгновений в пространстве вне времени. Будто специально задерживаюсь, старательно суша волосы и укладывая их с мастерством перфекциониста. Тщательно скрываю косметикой утренний сноп негативных эмоций и дополняю любимым ароматом, по которому меня легко узнает Наоми задолго до того как я вновь переступаю порог кухни.
Я не знаю как осторожно сказать крестнице, что ей лучше остаться дома. В воздухе витает напряжение, с которым удается справляться лишь с помощью нервных улыбок. На языке крутится тысяча и одна причина, способная оправдать моё беспокойство, но не раскрывать его истинное лицо. Я, как и всегда, выбираю самый опрометчивый план, добавляющий ворох проблем. С ними мне придется справляться позднее. Сразу после того как спасу дело всей моей жизни. Отголоски прошлого разговора с Харриет назойливо, как голодные комары в жару, напоминают о горькой действительности. Выдумываю особую фотосессию для Наоми. Надо готовиться. Я не хотела делать крестницу лицом собственного модного дома так рано, но сегодня крышу моего детища сорвало, разбив в щепки. Чтобы я ни сделала сейчас и позже, хуже явно не будет. Как только всё вернется на свои места, мне нужно вновь воскреснуть. Мне придется. Пусть моим фениксом станет Наоми, имевшая на это полное право будучи истинной Эрондейл.
— Постараюсь не задерживаться, ma chérie, — бросаю через плечо с порога, покидая дом. — Пересмотри все эскизы в моём кабинете и выбери те, которые нравятся больше всего. Не стесняйся, — сказала я, накрываемая волнами задумчивости пока выбирала туфли, которые лучше подходили к платью. — В первом ящике деньги, не забудь зарезервировать столик в Addison на девять часов. Заеду за тобой в восемь, — напоследок окидываю всё взглядом, уверяя себя в том, что ничего не забыла. Мысль об ужине в шикарном французском ресторане сглаживала бесперебойный поток тревог за новую коллекцию, которой теперь не суждено увидеть белый свет под моим началом. Я вышагиваю по ровной плитке быстро, едва ли не ускоряясь до бега. Сажусь в свой Кадиллак и буквально лечу в самое сердце проснувшегося Сан-Диего. В центр, где располагался мой модный дом. — Сара, никаких комментариев по поводу случившегося. Объяви сокращенный день для швей и дизайнеров. К обеду в ателье должны остаться только я, Харриет и Себастьян, — распорядилась я и, услышав заветное «будет сделано, Одетт», сбрасываю звонок параллельно тому как стрелка на спидометре стремится к первой трехзначной цифре.
Возле парадного входа в здание собралась кучка журналистов и фотографов, готовых ослепить белоснежными вспышками любого входящего или отношение имеющего к этому месту. В последний момент сворачиваю в переулок и оставляю машину около служебного входа, возле которого курили дизайнеры, бурно обсуждавшие кражу коллекции. Обнаружила эту кражу новая стажерка, чьё имя я так и не запомнила. Она была среди тех, кто поджидал меня здесь. Совсем молодая и поражающая своей преданностью делу. И всё же что-то глубоко внутри скребло, когда я смотрела то на обеспокоенную девчушку, то на взвинченную Харриет. Кидаю Себастьяну ключи, прося припарковать машину на парковке через дорогу в каком-нибудь укромном месте, а сама влетаю в модный дом и стараюсь держатся как ни в чем не бывало. Здороваюсь, жму руки, быстро расцеловываюсь в обе щеки и желаю хорошего остатка рабочего дня, оправдывая сокращение рабочих часов контрольной примеркой, которую хотела бы провести по давно установленным правилам — тайно.
— Сара, общий сбор в конференц-зале. Немедленно, — бросаю девушке и в следующую секунду скрываюсь за дверью своего кабинета. На столе лежат папки с материалами, подтверждающими кражу. — Харриет, извини, но давай потом поговорим, ладно? Сейчас есть дела поважнее нас, — тараторю холодно, поглощенная бумагами. Она не успевает ничего сказать, хоть и хочет. Следом на пороге появляется Себастьян, предлагая подключить к делу адвоката. — Ты прекрасно как я ненавижу этих собак нерезаных, дорогой. К твоей кузине мои слова не относятся, что тоже тебе прекрасно известно, — отвечаю фотографу, продолжающего настаивать на услугах своей кузины. — Здесь нужен специалист, работающий с интеллектуальной собственностью и авторским правом, — впервые за весь разговор поднимаю голову и смотрю на собеседников. — Не смотри так на меня, Себ, — пожимаю плечами, глянув укоризненно. Сталкиваюсь с его умоляющим взглядом и понимаю, что он прав. Нам нужна помощь. — Господи, ладно. Зови свою кузину. У неё есть час, чтобы добраться пока я изучаю бумаги. Харриет, займись остальными. Через час здесь не должно быть посторонних, — жестом показываю на дверь, безмолвно прося покинуть мой кабинет. С каждой изученной страницей мне приходилось осознавать, что кто-то здесь передавал информацию о коллекции, о нашей работе, о работе сотни других человек. Кто-то, находясь близко, всадил нож мне в спину. Я поймаю этого человека за руку и проведу по всем девяти круга ада. Спустя час вышагивала в важным видом по конференц-залу, стараясь держаться крепко. Уверенности придавала идеальная осанка, над которой бились и мама, и преподаватель танцев, и преподаватель этикета. Жаль, что я не могу сказать хотя бы одному из них слов благодарности, ведь сейчас любая мелочь придавала мне уверенности. В том числе и эта. Харриет начинает вводить присутствующих в курс дела после моей просьбы повременить с вопросами. С небольшим опозданием появляется Себастьян вместе с девушкой, отдаленно похожей на него. — Мисс Тоун, полагаю? Мы уже начали, но вы пока ничего интересного не пропустили. Можете занять место рядом со мной, — произнесла учтиво в привычной мне холодной манере, обращенной к незнакомым людям. — Продолжай, Харриет, — вежливо попросила я, но перезвон льдинок в моем голосе не растаял.

✔ с правилами согласен, с особенностями мира ознакомлен
✔ принятие участия в командных соревнованиях на проекте: да
✔ связь со мной:
: ;: ;: ;: у сыночки всё есть;

Поделиться32019-11-24 05:35:57

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

^{▬▬ ∎} очень жду прелестного сына ^{∎ ▬▬}

◀ finn wittrock ▶
PERCY CHAUDERON

место рождения ∎ сиракьюс, нью-йорк
возраст ∎ 28 ^y.o. [родился в ноябре 1990 г.]
раса ∎ ведьмак
одиночка ◀ лоялен семье Шодерон и Бермудам
профессия ▶ на выбор игрока, свои варианты предложу ниже
“замените на свою цитату/песню, или уберите вовсе

текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
^{▬▬ ∎} очень жду лапочку-дочку ^{∎ ▬▬}

◀ margaret qualley ▶
FLAVIA CHAUDERON

место рождения ∎ дир айленд, орегон
возраст ∎ 22 ^y.o. [родилась в январе 1996 г.]
раса ∎ ведьма
одиночка ◀ лояльна семье Шодерон и Бермудам
профессия ▶ зам. в лавке пряностей «Herbarium»
“замените на свою цитату/песню, или уберите вовсе

текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)

^{▬▬ ∎} очень жду неугомонную кису ^{∎ ▬▬}

◀ maya hawke ▶
ВЕСНУШКА [это прозвище, имя на выбор]

место рождения ∎ любой город в алабаме
возраст ∎ не старше 22-23 ^y.o.
раса ∎ кошачий оборотень [ягуар]
участник ◀ кошачьей банды Bermuda
профессия ▶ либо безработная, либо мешается под ногами в бойцовском клубе «Канкун»
“замените на свою цитату/песню, или уберите вовсе

текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)

^{▬▬ ∎} очень жду сломанную любовь ^{∎ ▬▬}

◀ famke janssen ▶
допустим, SYBILLA [СИБИЛЛА]

место рождения ∎ нью-йорк
возраст ∎ в пределах разумного для предлагаемой расы
раса ∎ вампир
преемница ◀ нью-йоркского клана
профессия ▶ всё что твоя гнилая душа пожелает, любимая
“замените на свою цитату/песню, или уберите вовсе

текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки текст заявки
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)
∎ дополнительные пункты (пожелания, отношения, сюжетное развитие, особенности)

Поделиться42019-11-24 06:08:33

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

● любит зеленые яблоки, ямайский кофе, черный чай с бергамотом // зеленый чай с манго и мёдом // белый чай с питахайей [постоянно носится с кружкой горячего чая в своей лавке];
● когда дети и близкие в чём-то провинились, то откупаются от Белинды канадскими булочками с кленовым сиропом и грецким орехом [в кондитерской лавке диалог выглядит примерно так «как сильно провинились перед Белиндой в этот раз? Ага, ну это на две булочки // Мда, при удачном стечении обстоятельств должно хватить одной коробки, но на всякий случай положу ещё фисташковый эклер»];
● от неё всегда пахнет либо сандаловым деревом с гвоздикой, либо белой розой, либо Chanel №22 с туберозой [в общем, если уловите приятный сладковатый аромат, тянущийся длинным шлейфом, то с вероятностью в 99% вы неподалеку обнаружите Белинду];
● когда готовит зелья, включает рок 70-80х и просто танцует_поёт, вкладывая душу во всё, что делает [такую картину можно застать только при готовке простых зелий];
● в молодости курила, но недолго; иногда может позволить себе марихуану;
● держит дома ворона по кличке Галактион [ворон не приспособлен к жизни в дикой природе, его легко узнать по отливу цвета индиго на крыльях] // в оранжерее на крыше зимует полярная сова и выхаживает птенцов;
● носит множество украшений: колец, подвесок, браслетов — большая часть защитная, в кольцах запечатаны аконит, зверобой и рута на крайний случай [окружающие просто считают Белинду сорокой, падкую на побрякушки];
● никогда, никому и не под каким предлогом [ни за какие деньги] не приготовит приворотное зелье, не будет заглядывать в будущее, ибо железно верит, что нельзя изменить судьбу и непозволительно ломать чужие жизни из-за страха за свою собственную — оттого постоянно повторяет как истукан: You can't change fate. That's why they call it fate. It's fated!

Поделиться52020-01-31 22:06:32

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

эп1_тиа

закрыто

1
[indent][indent]Ну просто замечательная поездка в Сиракьюс! Блеск! Пять баллов! Белинда только и может, что сетовать сейчас на это пока трясется в багажнике чужого корыта. Назвать машиной Мерседес Е-класса язык просто не поворачивается. Шодерон не шибко рвалась навещать родителей давно почившего мужа, но их льстивые и жалобные слова буквально вынудили её выкроить пару дней на поездку. Белинду захлестнуло чувство вины по пути в штат Нью-Йорк. Она редко приезжала к этим людям, ещё реже привозила детей. Ни Перси, ни Флавия особо не рвались к бабушке с дедушкой. Новый Орлеан давно стал их домом. Грешно думать, что расплата за это пришла в виде нелепого похищения, но Шодерон думала. Ещё она между делом винила нерадивых родственников, ибо первой шальной мыслью было — а что если...? Затем — ой, да ну, не-е-ет... А потом снова — и всё-таки...?
[indent][indent]Белинда путалась в собственных мыслях, разрываясь на попытки придумать план спасения и поиски причин, по которым трясется подобно мешку с картошкой. Никакого уважения! Могли бы хоть одеяло постелить. Даже бродячим собакам удобные клетки предоставляют. Возмущение Шодерон лилось через край, отчего адекватным мыслям ходу не было. Она ничего не понимала от слова совсем: ни цель похищения, ни что будет дальше — абсолютное ничего. У неё не было ни малейших соображений кому могло взбрести в голову похитить ведьму средь бела дня. Не то чтобы у Белинды был выбор, но в голове проскакивает очередная шальная мысль «уж лучше бы меня похитили в Новом Орлеане».
[indent][indent]Ей на секунду кажется, что усмешка звучит не только в голове, но и где-то рядом с ухом. Шодерон неловко поворачивается и сталкивается с кем(чем?)-то живым. Инстинкты в кромешной темноте берут верх над Белиндой и она резко откатывается в противоположную сторону, вжимаясь спиной в дверь багажника. Женщина прикидывает насколько нелепо запирать человека [ладно-ладно, не просто человека — ведьму] с кем-либо в багажнике. Это что гладиаторские бои в современных реалиях? Белинда невесело усмехается. Где только она не пропадала, но только не здесь. Похоже на нечто из разряда — надо в жизни всё попробовать, но только не поездку в багажнике. Машина притормозила и небольшое пространство осветило красным светом фар.
[indent][indent]— Фух, ты человек, — Шодерон выдыхает с заметным облегчением и позволяет себе расслабиться. Говорить сквозь скотч не особо удобно, но на фоне происходящего идея зажевать клейкую ленту не кажется воспаленной. Машина тронулась дальше. Их вновь накрыло темнотой. Белинде стало легче от мысли, что она не одна. Следуя примеру девушки, сразу выдавшей в себе ведьму, Шодерон освобождается от наручников. — Веселый вечерок будет у того кто сейчас нас везет непонятно куда, — грозно произнесла женщина, начав колотить по двери багажника. — Что? — неуверенно отзывается Белинда, не совсем понимая о ком речь. — Ах, похититель. Нет, я не успела рассмотреть кто это был. Меня внезапно вырубило, а потом я проснулась здесь. Так или иначе, тому кто это сделал теперь только один плащ понадобится — похоронный.
[indent][indent]Шодерон продолжила колотить и возмущенно сыпать проклятьями на водителя. Через несколько минут машина вновь остановилась. Наверняка похититель искал место потише. По ту сторону не слышно ни городского гама, ни других звуков, которые бы выдали город, в котором они могли бы находиться. Такая умиротворяющая [в данную секунду — пугающая] тишина воцарялась исключительно за городской чертой. Белинда тихо и всё также озлобленно шептала заклинание, которым снесла незнакомца, сунувшегося открыть дверь багажника.
[indent][indent]— Быстрее-быстрее, выбираемся, — сказала Шодерон, выныривая наружу и шумно вдыхая свежий воздух. Она устремилась к водителю, которому тоже хотела задать взбучку. — Ну-ка не спеши, дорогуша, — не без коварства в голосе произнесла женщина, нагло открывая водительскую дверь. Белинда схватила мужчину за загривок и приложила переносицей об руль. Вытащив злобно матерящегося похитителя, она снова произнесла заклинание и заставила незнакомца повиснуть к верх тормашками. — Остынь, — сказала она, возвращаясь к Тие. — Поможешь обыскать машину? Всё-таки интересно какого черта, — предложила Шодерон, не без улыбки наблюдая за тем как рыжая обрушилась своим если не гневом, то недовольством на второго незнакомца. — Белинда. Сказала бы рада знакомству, но обстоятельств для радости не особо много, — она широко улыбнулась ведьме, пытаясь навскидку прикинуть сколько ей лет. Старше дочери, но младше сына. Те, кто попадал в этот диапазон, просто обречены на заботу от Шодерон. — Ты не ранена?
2
[indent][indent]Веселое расположение духа рыжей во многом помогало Белинде не сорваться по полной программе. Ведьма ненавидела посягательства на неё и пресекала любые попытки вредительства. Шутливые комментарии Тии только подливали масла в огонь, поэтому большую их часть Шодерон пропускала мимо ушей. Не хотела срываться нравоучительной тирадой на беспечную юную ведьму. Сейчас не самое подходящее время для занудных лекций об уязвимости, о необходимости относиться серьезнее к мистическим секретам. Белинда безошибочно узнает ирландский акцент в говоре рыжей и отчасти по этой причине списывает дурачества Тии в сложившейся ситуации.
[indent][indent]Выпустив пар на водителе, который продолжал висеть вверх тормашками, Шодерон почувствовала как гнев постепенно отливает. Ей становится проще смотреть на происходящее трезвым взглядом. Вот вам первый урок — никогда не берите в заложники сильную ведьму и не приведи Господь вам выбесить такую женщину. Усвоите первый урок, тогда появятся шансы дожить до второго и вообще дожить.
[indent][indent]— Ладно, если у тебя есть силы шутить и сарказмировать, то, полагаю, ты в полном порядке, — отзывается ведьма, позволив себе одобрительную улыбку. — Меня больше волнует зачем мы им нужны, а потом хочу вернуться домой и больше никогда не ступать на землю «Большого яблока», — протараторила Белинда, начав обыскивать бардачок. — Пфф, — выдает она, увидев маленькую коробку с шоколадными конфетами в виде сердечек. — И кто это у нас такой сентиментальный? — упс, кажется, сарказм передается воздушно-капельным путём.
[indent][indent]Водитель что-то пытался сказать ещё, но его бормотание напоминало несвязную речь, на которые способны только младенцы. Хотя и те были куда способнее. Пока ничего полезного, кроме денег, не обнаруживалось. Не удержавшись, Белинда прихватывает коробку с конфетами. Она произносит ещё одно заклинание и медленно поворачивает рукой против часовой стрелки. Подвешенный недоумок начинает медленно кружиться по заданной траектории, а Шодерон просто стоит и наблюдает, усаживаясь на теплый капот Мерседеса.
[indent][indent]— Поступим следующим образом, малыш, — обращается к парню Белинда. — Ты будешь крутиться так пока у тебя не пойдет кровь из носа и тогда ты рискуешь захлебнуться. Знаешь, не самое приятное ощущение, когда горло и трахею разрывает так, будто туда засыпают самые острые крошки стекла, а можно... — Шодерон оставляет интригу, ожидая, что её начнут умолять остановить этот тошнотворный аттракцион. — Я скажу! Скажу! Только... Ос-та-но-ви-те.. — ведьма закидывает в рот ещё одну шоколадную конфетку в форме сердечка и самодовольно цокает языком. — А можно рассказать нам кто тебя нанял и с какой целью, чтобы я не предоставила тебя пыткам моей юной приятельнице. Поверь, ты не захочешь разделить участь своего товарища, — выкатила своё условие Белинда, протягивая коробку с лакомством Тие. Женщина по-свойски усмехается, приподняв бровь, и выдаёт, — want some? — она присвистнула, заметив внушительную стопку купюр. — На финансы не жалуюсь, но и от компенсации морального ущерба отказываться не буду.
[indent][indent]Непутевый похититель выдаёт всю подноготную, не переставая повизгивать как истеричный детеныш дикой кабанихи. Он поведал и про богатея, который хотел бы «иметь при себе личных ведьм», и про то, что их с Тией ждёт якобы безоблачная жизнь, если согласятся. Жаль никто не поведал золотому Буратино, что магия так не работает и ни одна уважающая себя ведьма не согласится быть наложницей даже за безбедное существование. Именно, что существование.
[indent][indent]— По-хорошему, нам бы сдать их Совету, но... — Белинда делает паузу и хитро улыбается, —... я никогда не была хорошей, а вот мстительной, хах, ещё как! — Шодерон с кошачьей грациозностью соскальзывает с капота машины и встает напротив Тии. — Не хочешь прокатиться до нашего заказчика и объяснить ему на пальцах почему не стоит играть с ведьмовским огнем? — спросила с вызовом женщина. — После я отвезу тебя куда скажешь и заберешь шестьдесят процентов от денег, — предлагает она, надеясь, что рыжая всё же составит компанию. — Если смертный знает о нас, то у него могут иметься какие-нибудь артефакты или книги, которых быть не должно. Не хочу, чтобы наследие наших предков и в принципе всё, что принадлежит нашему виду, находилось не в тех руках, — цели Белинды, как и всегда, были чисты и прозрачны. Даже будучи одиночкой она готова защищать остальных ведьм и предотвращать беды. — По рукам? — она протягивает свою, чтобы заключить своеобразный договор. — Этих гавриков прихватим с собой. Займешься их телефонами? Наверняка в переписках или навигаторе должен быть нужный маршрут.
[indent][indent]На этом Белинда решила смилостивиться и отпустила водителя. Ну... Как отпустила? Щелкнула пальцами, отменяя заклинания полёта вверх ногами и кружения вокруг своей оси, и парень рухнул бессознательной тушей на асфальт. Шодерон не стала церемониться и с помощью магии перевязала обоих похитителей веревками, которые наколдовала из травы, прекратив её в крепкие путы. Для верности закрепила на ногах наручники, чтобы наверняка не сбежали. Не слишком аккуратно погрузила в багажник, словно кинула мешок с камнями, и закрыла багажник. Для очередной перестраховки наложила запечатывающее заклинание и вернулась к Тие.
[indent][indent]— Готова?
3
[indent][indent]— Да, немного времени за рулем прямо то, что нужно, — соглашается Белинда, занимая водительское место. — Если вдруг однажды ты выйдешь замуж, родишь двух очаровательных детей, а потом сбежишь, потому что твой муж чрезмерно амбициозный идиот, который не видит разницы между импульсом и логикой, то никогда — слышишь? Ни-ко-гда! Никогда не принимай приглашения от его родителей заехать в гости, — выдала как на духу Шодерон, пристегиваясь и рьяно поворачивая ключ зажигания. — Если это дело рук моих дражайших свёкров, то я от их вшивого ковена пучка магии не оставлю, — злобно бурчит, переключая передачу на коробке, и бьет по педали газа.
[indent][indent]Спустя всего несколько минут ведьма успокаивается, сконцентрировавшись на дороге. Она старалась разорвать связь с родственниками по стороне мужа и воспитала детей так, что у них в принципе не возникало интереса к ним. Белинда могла бы откреститься ошибкой молодости, но ни о знакомстве с Дереком в свои сладкие восемнадцать, ни об их свадьбе она не жалела. Таков был её выбор, а теперь вот они — последствия. Совсем нескоро закралась мысль, что Блэйки могли и не быть причастными к похищению. Стоило бы для начала позвонить детям и услышать их голоса. Постепенно разговоры Тии растворяют пелену, которой Белинда окутала себя. Молча кивает, услышав самое главное, и останавливает машину у магазина. Пока рыжая гуляла сама по себе ведьма воспользовалась минутами уединения и начала царапать острием кольца на кисти: Тавви, вы в порядке? Ответ проявился моментально: в полном, не переживай.
[indent][indent]— Фух, всё хорошо, — Шодерон нужно было почувствовать облегчение, которое держать в себе сложно. — Ого, ты быстро, — ведьма усмехается, принимая перекус. — С такими приключениями странно было бы не проголодаться, — сказала она, одобрительно косясь на ведьму. — Но мне нужно будет что-то посерьезнее. Я что-то слишком разошлась на этих двух, — как только Белинда почувствовала вкус еды, так сразу накатил голод более сильный.
[indent][indent]Шодерон тронулась с места в сторону бургерной. Вы же не думали, что она питается салатами дабы держать себя в форме? Приключения и секс, секс и приключения, секс-секс-секс — вот и вся формула. Белинда не задумалась даже о том, что её такую красивую с бутылкой пива будучи водителем, могут остановить копы. Время для старого трюка — вуаля — и вместо пивной бутылки прохожие видят стаканчик с кофе. На выезде из городка, который можно объехать за полчаса, расположилась неплохая забегаловка. Типичный американский дайнер, облаченный в чудаковатый детский неон цвета жвачки.
[indent][indent]— Надеюсь у них потрясающий молочный коктейль, — сказала Шодерон, паркуясь поближе ко входу. — Идём, поедим нормально и заодно попробуем организовать нечто подобное похожее на план. Сто процентов всё полетит коту под хвост, но с планом не так обидно будет, — предложила ведьма и вышла из машины. Заняв самый неприметный столик, Белинда заказала большой бургер и картошку, молочный коктейль и брауни с шариком мятного мороженого. — Налетать с парадной будет глупо. У него наверняка вооруженная охрана и нас пришьют раньше, чем мы успеем вздохнуть, — рассуждает вслух Шодерон, рисуя на салфетке примерную схему дома. — Судя по адресу, у него особняк. Следовательно, есть отдельный вход на кухню. Предлагаю для начала усыпить персонал, а потом взяться уже и за самого негодяя, — Белинда размахивает картошкой словно генеральша указкой. — Как вариант, можем травануть и его, прошерстить его библиотеку и хранилище, а после сотворим с ним всё, что только наша фантазия пожелает. М? — предложила она, подняв бокал с молочным коктейлем и чокнулась с Тией.
[indent][indent]Да, они определенно обе две чокнулись. Рискованный план, хотя на первый взгляд кажется, что в нём нет изъянов. Во всех планах есть изъяны. Особенно в тех, которые построены на цели куда-то проникнуть. Осталось только понять насколько сведущ таинственный заказчик. Вспоминая с чем пришли похитители, Белинда невольно хохотнула и продолжила беспокойно поедать свой ужин. Ведьма вальяжно раскинулась на диванчике, ожидая свой брауни. Неизвестно сколько сил понадобится, но пока они доедут уляжется даже десерт.
[indent][indent]— А ещё предлагаю максимально ограбить винный погреб, — Шодерон добавляет вишенку на их безумный торт, отрезая ложкой брауни и захватывая немного мороженого. — М-м-м, тебе определенно стоит попробовать, — сказала Белинда как ни в чем не бывало, будто вовсе не она пять минут назад предлагала самый отчаянный и безумный план по спасению их ведьмовского достоинства.
[indent][indent]Оставалась ещё одна проблема, решение которой ведьма найти не могла. Чем конкретно усыплять? С медикаментами она особо не дружила да и на их действие требуется слишком много времени. Ближайший магазин с травами наверняка находится не по пути. Усыпляющее заклинание кажется годной идеей, но это лишняя трата сил. Ну да к черту. У них есть ещё время подумать о методах и средствах мести. Всё-таки, это своего рода моветон — вытеснять подобными мыслями наслаждение от десерта.
4
[indent][indent]Что-то подсказывало Белинде насколько непрост их похититель. Ублюдок, владеющий шикарным особняком в пригороде Нью-Йорка, просто не может быть простофилей. Тем более, когда у него под боком живут ведьмы и вампиры. Шодерон до сих пор не покидало снедающее чувство тревоги. Она всё равно не перестанет подозревать своих косвенных всратых родственничков по стороне почившего мужа. До момента пока не убедится в обратном. Немного непонятно зачем схватили Тию. За компанию? Или она тоже успела выделиться да перейти дорогу высокомерным тупицам.
[indent][indent]— Всё равно странно. Кто-то должен был натолкнуть нашего похитителя и чем-то заведомо ложным прикормить, чтобы он выделил круглую сумму на поимку ведьм, — задумчиво протянула Белинда и перевела взгляд на девушку. — Знать бы только одно. Нас выслеживали или мы просто якобы удачно попались на пути, — добавила женщина и вернулась к молочному коктейлю, будто и не было нависшей над ней с рыжей опасности. Отломив кусочек хрустящего вишневого пирожка, Шодерон в ответ довольно промычала, когда слоёное тесто начало таять на языке, а следом вишневый конфитюр растекся истинным райским наслаждаем. — Наверняка должна быть какая-то вещь в тачке, которая принадлежит ему. В конце концов я могу попробовать определить его точное местоположение по запечатанной пачке денег. Повезет, если он сам проворачивал эту сделку. Впрочем, наверняка так и есть. Я не стала бы решать такие вопросы через третьи лица, — согласилась женщина и принялась доедать остатки придорожной роскоши, на которую только способен американский дайнер.
[indent][indent]Почувствовав прилив сил, Белинда наконец-то повернула ключ зажигания и завела мотор. Пустая дорога, углубляющаяся во тьму высоких лесов, порой пугающих; тихое и методичное постукивание сбоку придавали уверенности. Шодерон не сомневалась, что где-то они с Тией да накосячат, но в то же время искренне верила, что из сегодняшней битвы выйдут победителями.
[indent][indent]Женщина предусмотрительно остановилась в километре от особняка. Красные точки, отдававшие бликами вдали, похожи на лучников на стене крепости. Эдакое предупреждение, что жертвы неизбежны. Придется доработать план по мере воплощения и плясать от балды.
[indent][indent]Первым делом Белинда скрывает машину в высоких кустах и накладывает на неё маскирующие чары. Далее остается дело за малым. Всего-то найти самое уязвимое место в ограде, потому что оно точно есть. Где-то должен располагаться гостевой дом с отдельным входом, у которого не такое пристальное наблюдение. Но что-то заставляет Шодерон остановиться на пару минут. Нужно собраться с силами и мыслями, на некоторое время заткнуть задетое эго и подавить злость.
[indent][indent]— Действуем следующим образом, — сказала Белинда, принимая воинственную стойку. — Ты с помощью потоков ветра перенесешь усыпляющий порошок через вентиляцию. Стопроцентно срубит всех, — женщина достала свежую пачку денег, даже не распечатанную. — Мы доберемся до трансформаторного щитка и вырубим электричество везде, а пока будем добираться создадим помехи для сопутствующих камер, — она указала пальцем на небольшие белые устройства, прикрепленные на углах зданий и высоких столбах. — Сколько действует порошок — столько у нас времени, чтобы добраться до негодяя и отрезать его от персонала. Нужно будет его заставить сказать охране, что всё в порядке. Так мы выиграем ещё пару часов, которых хватит на обыск, — закончила рассказывать план ведьма. — А что касается меня, то я наложу заклинание поиска хозяина денег. Всё-таки те два олуха не закончили миссию, следовательно, сделка ещё в силе и деньги пока принадлежат заказчику, — Белинда трижды произнесла заклинание и пачка денег, свернутая в тубу, стала своего рода компасной стрелкой, что начала указывать путь. — Ну что готова? Покончим с этим скорее.
[indent][indent]Шодерон подалась вперед, решив взять на себя роль провожатого. Продравшись через лесную тропу, она вывела их с Тией к гостевому домику. Невысокую калитку можно открыть без труда, если только их не загрызет озлобленная тройка доберманов. Женщина закатила глаза и тяжело вздохнула.
[indent][indent]— С собаками ладишь? Я как-то больше с кошками, — сказала Белинда, намекая на помощь с агрессивными защитниками дома. — Порошок подействует на них?
[indent][indent]Шодерон нисколько не сомневалась в способностях Тии, поэтому только рада была скинуть на неё заботу о пёсиках. Они незаметно миновали несколько камер и добрались до щитка. Белинда умело вскрыла железку и, дав сигнал рыжей к распылению порошка, начала опускать рубильники один за другим.
[indent][indent]— Через сколько подействует?
5
[indent][indent]Есть две стороны монеты, как и два чувства, а одно их низ либо настигнет Белинду, либо застанет врасплох. Первый вариант — шалость удастся и большего экстаза ведьма в жизни не испытает. Второй вариант — всё пойдет под откос и она пожалеет вообще о том, что вписалась в отряд мстителей-любителей. Первый как-то прельщал больше. Допускать ошибок нельзя, поэтому Шодерон заметно напрягается, вливая магию в своего рода компас по поиску их похитителя. Если даст неверные координаты, то финита ля комедия. Придется сидеть в наручниках подавляющих магию и чахнуть в ближайшем Инквизитории. Для ведьмы вроде Белинды перспектива тоже не из лучших.
[indent][indent]— Он сидит под тем куполом, — указала ведьма на круглую крышу на востоке. — Должно быть там у него кабинет или блядюшник, — едко добавила она, чувствуя как злоба за задетое достоинство постепенно возвращалась и вскипала в венах. — Надеюсь он там один, — тихо сказала она, тяжело вздыхая. Не нравилась ей затея проникновения в чужой дом, учитывая закон о неприкосновенности частной собственности, но поздно думать об этом. Крыша уже начала шуршать шифером.
[indent][indent]Ожидание дополнительно трепало нервы. Понакупят особняков, а ты потом стой и жди пока всех вырубит чудодейственным порошком. При всем своем внешнем спокойствии внутри себя Белинда рвала и метала. Когда что-то начинает угрожать её миру, особенно ведьмам, то гнев этой женщины не укротим как молния в бурю. Она непонятно зачем пыталась представить как выглядит недалекий идиот, решивший поиметь карманных ведьм, но вот так сюрприз — эти ведьмы скоро поимеют его.
[indent][indent]— С удовольствием, милая, — Шодерон рассыпалась в хитрой улыбке и снова двинула первой в сторону черного входа. Они ещё успеют торжественно открыть двери с ноги, когда будут уходить. Пока следует действовать тихо и быстро. Скользнув на кухню, Белинда присвистнула, когда заметила на полу крепко спящие тела. — А ты не промах, Тиа, — сказала женщина, по-доброму усмехнувшись. — Отличная работа, — похвалила она, выходя в коридор. В конце коридора можно было свернуть налево или направо. Компас указывал налево, но Белинда задержалась у большого зеркала. — Ну только посмотри какие мы красотки, — проворковала ведьма, кокетливо подмигивая отражению рыжей и наигранно улыбаясь себе. — Паршивцу точно кирдык капут.
[indent][indent]Шодерон устремилась вверх по лестнице, мысленно ругая хозяина за гигантские хоромы. Ещё бы Тадж-Махал построил себе, кретин. Ведьма чувствовала, что они приближаются к заданной точке. Магия из денежной тубы начинала потихоньку выветриваться, так как почти выполнила своё предназначения и подвела к порогу нужного кабинета. Два тела перед закрытой дверью, что лежали в строгих костюмах и прозрачных наушниках с вьющимися к рации прозрачными трубками, уж точно давали ясно понять — они на месте. Для перестраховки Белинда произносит заклинание и заворачивает охранников в ковер. Не хватало ещё вмешательства громил. У них ведь наверняка есть пистолеты.
[indent][indent]— Он за этой дверью, — шепнула женщина, кивая в том направлении. — Привязываем к стулу и разматываем по полной, — огласила план Шодерон. активно жестикулируя. Она вихрем влетела в кабинет. Удивленный мужчина аж замер на месте, чем Белинда воспользовалась. Произнеся любимое заклинание связывания, ведьма ловко и плавно провела руками, заставляя галстук на его шее скользнуть змеёй к запястьям и крепко обвить их, привязывая к подлокотникам кресла. — Я бы на твоем месте не кричала и не звала на помощь, — предупредила Шодерон, готовясь в случае чего заклинанием склеить губы мужчине. — Давай перейдем сразу к делу, голубчик, — Белинда по-хозяйски уселась на край стола и наклонилась к паршивцу. — Ты прямо сейчас говоришь откуда тебе известно о существовании ведьм и зачем тебе понадобились две их них, — грозно сказала она на одном дыхании. — Тогда я подумаю на счет того, чтобы оставить тебе в дар жизнь и мужское достоинство, — добавила она, коварно улыбнувшись. — Ну а если нет, то я позволю своей подруге сделать с тобой всё, что ей только заблагорассудится. Поверь, ты не захочешь этого, — елейным голосом пропела Белинда, беря в руки нож для вскрытия конвертов. Ещё немного и она сама вскроет этого урода. Пусть только даст повод.
6
[indent][indent]— Да ладно вам, прелестные дамы, — елозит паршивец, но Белинду это нисколько не трогает. — Вышло недоразумение, — он улыбается якобы невинной улыбкой, но ведьма знала, что это лисий оскал, за которым следует отличная порка. — Мои ребята переусердствовали? Прошу простить их, я лишь хотел поговорить с вами и увидеть воочию какие вы, ведьмы, — к мужчине быстро вернулся деловой тон, только стоит помнить, что откровенно тупой человек не смог бы сделать такое состояние. Денег у этого щегла было навалом. — Давайте всё обсудим в спокойной обстановке...
[indent][indent]Он не успел договорить как взвыл от боли. Белинда победно усмехнулась, с удовольствием наблюдая за тем как мужчина корчится. Ему вряд ли могло прийти в голову логичное объяснение происходящему. Быть может, заказчик и не откровенно тупой человек, но кажется прогулял в своё время урок физики, где рассказывали про действие и противодействие. Что ж, Шодерон спешить некуда. Она преподаст урок с огоньком.
[indent][indent]— Дорогуша, видишь ли, я терпеть ненавижу когда мне так нагло врут. Давай-ка объясню что происходит, — Белинда хищной походкой скользнула к креслу мужчины. — Чем сильнее ты вырываешься, тем крепче будет завязываться галстук. Я бы с радостью тебя придушила прямо сейчас, даже не моргнула бы, можешь быть уверен, — сказала ведьма, понижая тон до угрожающего. — Давай мы попробуем ещё раз? И побыстрее, иначе Тиа сожрет тебя с гречневой шелухой и, поверь на слово, не подавится.
[indent][indent]Долго просить не приходилось. Всего-то надо выставить правильные приоритеты у человека. Женщина позволила немного помяться и отдышаться мужчине. Она ведь не монстр в конце-то концов, если не доводить до горячки. Главное не пренебрегать её терпением. Остается только порадоваться, что этот урок преподносить не пришлось. Прочистив горло, мужчина начал говорить.
[indent][indent]— В прошлом году я был в Новом Орлеане, — Белинда подняла удивленный и настороженный взгляд на Тию, в котором легко читалось, что она знает чем закончится эта история. А ещё читалось — это полный бздец, подруга. — Я был на Марди Гра и уже собирался возвращаться в отель, но увидел как дамочка и парнишка повздорили. Казалось бы, с кем не бывает, но потом я увидел как девчонка оттолкнула ударной волной своего ухажера, что-то пролепетав то ли на латыни, то ли на чем-то около рядом, — бедолага аж запыхался пока рассказывал. — И что ты сделал дальше? — Шодерон пнула его по ноге, требуя рассказа. — Это было недалеко от твоей лавки, Белинда, — сказал он. Ведьме стоило огромных усилий, чтобы не вмазать мужчине. — Я начал разбираться и вышел на ведьмака, который сдал тебя, а потом он рассказал про Тию... Отпустите меня, а? Я рассказал всё! — жалобно попросил он, но Шодерон не шла на мировую. — Нет, дорогуша, ты посидишь здесь ещё немного, а заодно расскажешь есть ли у тебя какие-то артефакты? — на этот раз Белинда пнула стул да так сильно, что тот резво покатился к столу. По инерции мужчина хорошенько приложился ребрами.
[indent][indent]— Может тебя тоже что-то интересует? — спросила ведьма у рыжей. — Развлекайся, а я поищу что здесь интересненького есть.
[indent][indent]Злоба не тот вектор, по которому стоит пускать магию, поэтому ведьме лучше отступить сейчас пока она не испепелила негодяя. Выйдя к середине кабинета, она постаралась сконцентрироваться. Тихо шепча заклинание, как мантру, она с каждым разом произносила слова громче пока уверенность в голосе не окрепла как сталь. Белые волны исходили из ладоней Белинды, сканируя комнату на родственные, магические предметы. Постепенно холодные всплески магии становились теплее и окрашивались в солнечный цвет, будто призывали ведьму к себе. Она послушно шла на зов пока не наткнулась на один из высоченных книжных стеллажей.
[indent][indent]— Только не говори, что у тебя тайник за шкафом? — со скучающим видом спросила Шодерон, перебирая корешки и ища тот, который мог бы быть частью скрытного механизма. — Ты такой шаблонный и тривиальный, что просто тошно, — сказала Белинда, негодуя. Одна книжка поддалась и щелкнул замок, затем тяжелая стенка слегка приоткрылась. — Ну и что ты хранишь в своем тайничке, принцесса? — саркастично спросила ведьма, хотя примерно догадывалась что увидит по ту сторону стеллажа.
7
[indent][indent]То, что увидела перед собой Белинда, поразило её. Даже для богатого человека коллекция была внушительной. Не каждая ведьма обладала арсеналом из стольких ценных книг и артефактов, аккуратно расставленных на полках. По одной простой причине — держать всё это вместе небезопасно. Судя по отсутствию пыли на полках, владелец ведьмовского добра частенько поглядывал на свою добычу.
[indent][indent]Шодерон тяжело вздыхает. Увидеть такое сродни тому, что человек чувствует, когда у него отнимают важную часть его жизни. Варварство да и только. Уже инстинктивно Белинда думает как спасти магические вещицы и вернуть их владельцам, если те живы. Нутро подсказывало что это не всё. Ведьма всегда прислушивалась к шестому чувству и доверяла своему дару. Он никогда не подводил. Шодерон чувствовала всевозможные оттенки магии. Особенно остро распознавала ту магию, которую отправили в заточение и ей нужна помощь. Там дальше было что-то ещё. Нечто такое, что притягивало душу Белинды, потягивая за невидимую струну.
[indent][indent]— Нет, но узнаю, — твердо сказала ведьма, недоверчиво покосившись на стеллаж и постучала по дальней стенке. Раздался глухой стук. — Казалось бы, мы уже достигли дна, но снизу постучали, — невесело усмехнулась Шодерон, продолжая стучать по деревяшке дальше. Очередной механизм тихо щелкнул и стеллаж начал сдвигаться в сторону, в углубление в стене. Перед Белиндой открылась каменная лестница, ведущая вниз. — Вот значит как.
[indent][indent]Женщина гарпией метнулась обратно к паршивцу. Проклокотав заклинание, Шодерон перевязала галстуком руки хозяину дома да покрепче. Взяв его за шиворот дорогого костюма, давшего треск от напора и злобы ведьмы, протащила через комнату к потайному входу.
[indent][indent]— Веди и без глупостей. Ты покажешь нам всё, что у тебя есть и что тебе не принадлежит, — Белинда толкнула мужчину вперед и тот кубарем полетел с лестницы вниз. — Или нет, — следом она осторожно взяла Тию за локоть и низким голосом сообщила то, что посчитала нужным, чтобы юная напарница поняла насколько всё серьезно для Белинды. — Девушка, которая отбросила своего ухажера, моя дочь. Он был навязчив в своем желании жениться на ней, а Шодеронов лучше не пытаться приручить. Я не знала, что кто-то видел это. Моя дочь может быть в опасности, понимаешь? — вкрадчиво спросила ведьма. — Нужно забрать всё и... И наложить проклятье, чтобы он забыл всё о ведьмах, — женщина медленно перевела взгляд на лестницу, у подножия которой мужчина лежал неподвижно. — Я залечу его раны от галстука, но ему же лучше отправиться на тот свет. Если он просто без сознания, то подпортим психику и кому-нибудь подкинем яд, — Белинда бросила обеспокоенный взгляд на Тию, не ища поддержки, но надеясь на понимание. — У тебя есть шанс не впутываться.
[indent][indent]В своем обещании Шодерон не создавала подводных камней. Она готова отпустить Тию с таким страшным знанием о себе. Женщина знала, что рыжая не проболтается об их приключении. Это не та история, которую нужно рассказывать; не байка под литры выпивки.
[indent][indent]Ведьма размеренным шагом спустилась по лестнице вниз. Опустившись, она приложила пальцы к шее мужчины, чтобы нащупать пульс. Едва чувствуется. Белинда честно дает ему шанс на борьбу, поэтому оставляет и идёт вглубь комнаты. Берет дорожную сумку со стола и складывает книги, затем артефакты. Некоторые из них следует уничтожить, чтобы не накликать беду.
[indent][indent]Она возвращается к телу, которое так и лежало камнем, в той же позе, в которой Шодерон оставила его. Снова измеряет пульс. Ни одного удара. Кто-то проиграл. Этот человек наконец-то сделал хоть что-то честное в своей жизни. Шепнув заклинание, Белинда вернула галстуку изначальный вид. Красные полосы быстро рассосались на бледной коже. Женщина поднялась обратно в комнату. Казалось будто она сама оставила что-то живое там, а не просто отняла жизнь.
[indent][indent]— Ладно. Создадим свою историю, к которой не подкопается ни один коп, — она оглядывается по сторонам, ища спасительный выход. — Дело было так. Этот урод хотел отнести какую-то важную вещь в тайник, но плохо себя почувствовал из-за отравления и свалился на лестнице. Падение было неудачным и привело к летальному исходу, — уверенно сказала Белинда. — Хорошая мина при плохой игре...
8
[indent][indent]Поменяла бы что-то Белинда будь возможность перенестись на десять минут назад и предотвратить случившееся? Скорее нет, чем да. В словах Тии был смысл, но когда в опасности родные — ничьи слова не имели ни силы, ни смысла. Для Белинды точно не имели.
[indent][indent]Ведьма торопливо обыскала остальные полки кабинета и сгребла оставшиеся артефакты, лежавшие на видном месте. Нужно быть совсем недалёким идиотом, чтобы обращаться подобным образом с вещами, имевшими особую силу. Когда-нибудь сама природа отплатила бы ему той же монетой, а может в поступке Белинды эта расплата и наступила. Она чувствовала как остатки жизни испарялись из тела и самое ужасное заключалось в том, что вины Шодерон не чувствовала. Смерть во благо остается смертью, но глубоко внутри себя женщина ликовала. Ей пришлось защищать свой мир, а здесь цена вопрос побочный, а не первой важности.
[indent][indent]Белинда наблюдала за магией рыжей не без восхищения. Она не просто знала, чувствовала, что эта магия несколько другая. Её источник сильно переплетен с самой природой, поэтому про себя Шодерон лишь могла предположить о месте, которое приходилось малой родиной Тие. Гэльская речь лишь подтвердила догадки ведьмы. Благодаря бабушке много-много лет назад, Белинда переняла лишь часть умений кельтов. Но по-настоящему Шодерон была предана не только латыни, но и редким романшским заклинаниям, больше похожим на мягкое клокотание.
[indent][indent]— Отлично справилась, Ти, — одобрительно кивнула ведьма, запечатывая заклинанием сумки с магическими вещами. — Раз здесь всё, то уходим, — согласилась она, пропуская рыжую вперед себя.
[indent][indent]Белинда оглянулась напоследок. Лучше убедиться в том, что они действительно замели следы, иначе потом придется отвечать перед множеством сообществ, с которыми лучше не иметь ничего общего.
[indent][indent]Она стремительно бежала по лестнице вниз, перепрыгивая через ступеньку. Надо уносить отсюда ноги пока дом не проснулся от забвения, насланного Тией. Вскоре персонал начнет просыпаться, а кому-то одному не повезет и он проведет остаток дней за решеткой, когда полиция обнаружит яд в его кармане. Стоило выбрать самую гнилую душу. Здесь таких найдется с дюжину, в чем Белинда не сомневалась. Честные люди не работают на мерзавцев и не идут на поводу у денег.
[indent][indent]— Не переживай, я займусь крысой, — твердо сказала Шодерон, задрав подбородок. Она приоткрыла сумку и показала угол ноутбука, который тоже стащила, а на его месте оставила подделку, которая приобретет истинный облик только через месяц. — Проверю контакты и почту во время и после Марди Гра, — поделилась женщина, чтобы немного успокоить Тию. — Так или иначе я выйду на него и сообщу тебе. С ним я поступлю хуже, чем с этим мерзавцем, — ведьма направилась в сторону машины, идя по тому же пути каким они пришли сюда. — Он пожалеет о том, что предал магию и поплатится всем что ему дорого, — грозно добавила Белинда. Её голос сам опустился до низкой, угрожающей интонации.
[indent][indent]Спустя несколько часов они добрались домой. Никогда так Новый Орлеан не был мил ведьме как сейчас. Она хотела скорее вернуться домой и крепко обнять детей, зная, что одна из угроз миновала их семью, но перед этим стоило завершить начатое. Шодерон сразу предложила Тие поехать к ней в лавку и разобраться с артефактами. Нужно найти их владельцев, а безымянные распределить по степени опасности, а в случае чего уничтожить. Если ведьма не смогла сберечь столь могущественную вещь, то и обладать ей тоже не имела права. В своих взглядах Белинда строга и старомодна, если бы таких представителей колдовской расы было больше, то не пришлось бы разгребать всё это.
[indent][indent]— Тиа, спасибо за помощь, — поблагодарила она, мягко сжав плечо рыжей. — Знай, что я тебе всегда рада, — сказала Шодерон, устало улыбнувшись. — Если тебе что-нибудь понадобится, то можешь обращаться ко мне. Я буду рада помочь.
[indent][indent]И делала Белинда столь щедрый жест далеко не по той причине, по которой можно было или следовало. Тиа показала свою надежность и силу, а эти качества Шодерон ценила больше, чем какие-либо другие. Когда-нибудь наступит момент нужды и у рыжей, а она окажется рядом и поможет разобраться с чем угодно. Или с кем угодно.

Поделиться62020-01-31 22:13:02

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

эп1_Веро

[indent][indent]Белинда привыкла жить в хаосе, учиненном в собственном доме. Неважно какие у тебя дети: магические или простые, взрослые или маленькие — ты лично расписываешься кровью на этом дьявольском контракте. И всё же быть матерью-ведьмой веселее, чем просто мамашкой, озабоченной своими чадами. Только радость в Шодерон гасла с каждым днем сильнее и сильнее. Приближалась дата отъезда, на который она долго и мучительно решалась. Впервые за почти полвека жизни Белинда взвешивала поступок, который вот-вот собиралась совершить. Ей никогда раньше не приходилось покидать дом больше, чем на пару дней — максимум, неделю. Но месяц? Месяц по её меркам слишком много.
[indent][indent]Она знает, что не должна лишний раз беспокоиться ни за Перси, ни за Флавию. Дети Белинды взрослые и самостоятельные. Что уж говорить! Шодерон оставляет на их плечи Веснушку, за которой только и успевай следить. По большей части из-за плохо себя контролирующей кошки приходится донимать детей давно усвоенными инструкциями. Белинда никогда не любила пилить детей, в том числе и за проступки [даже магического характера]. Всё сводилось к небольшому нравоучительному монологу, который заканчивался распитием горячего шоколада. Но с самого утра Шодерон была сама не своя. Чуть ли не каждые пять минут переспрашивала Флавию взяла ли ту или иную вещь, уточняла у Перси «вы точно справитесь?». Не стоит думать, будто Белинда не верила или не доверяла своим детям. Им она как раз доверяла, как себе. Но разве существует в природе с п о к о й н о е материнское сердце?
[indent][indent]Женщина носится по дому с кружкой чая, хаотично раздавая задания Флавии: в понедельник пополни запасы кардамона, не забудь в четверг заполнить бланки и сходить в банк, в пятницу сделай скидки на травы и пряности, которые лежат неделю... Да-да, я всё прекрасно помню, мам! Слышится не то сонно-раздраженный, не то дерзкий голос дочери. Веснушка молча булькает молоком в стакане, старательно скрывая смешок, но это не остается без внимания Белинды. Она треплет девочку по волосам и слышит в ответ тихое урчание. Перси возвращается, весь перепачканный и насквозь пропахший машинным маслом, отчего Веснушка морщится и шипит. Шодерон зажигает пучок сушеного шалфея щелчком пальцев, давая всем понять, что пора успокоиться.
[indent][indent]— Перси, береги девочек, — строго наказывает она, гладя сына по щеке и старательно ищет хотя бы небольшой чистый участок кожи на лице, чтобы заботливо поцеловать. — Никаких поздних вылазок пока меня нет. В городе до сих пор неспокойно, поэтому держитесь вместе, — Белинда сама пугается того насколько серьезен её тон. — В случае чего сразу идите к Коту и за ним тоже приглядывайте, — Шодерон тепло [даже как-то немного тоскливо] улыбается. — И никаких мистических вечеринок и шабашей в доме! — строго наказывает женщина, но дети воспринимают это с широкими улыбками. Они давно приняли тот факт, что будь им хоть двадцать один, хоть двадцать восемь — Белинда будет видеть в них маленьких детей, нуждающихся в её наставлениях. — Я серьезно. По периметру дома проведены ультрафиолетовые лампы, которые будут включаться с наступлением темноты, плюс я позаботилась и о мохнатых друзьях и высадила аконит, — в ответ на тройное «у-у-у» в унисон Шодерон вопросительно приподняла бровь, но добил её своим осуждающим «ка-а-а-ар» их домашний ворон Галактион. — А ты чего возмущаешься, нахлебник?! Спасибо ещё скажешь, что никто тебя не сожрет, — запричитала на птицу Белинда. — Вы меня поняли? — и в этом моменте все трое должны были выдавить сдавленное «да, мам», но что-то пошло не так. Веснушка начала активно принюхиваться и заметно завелась. — Ну уж нет! Нет-нет-нет, милая, никаких кошачьих выкрутасов... — но Шодерон не успела договорить. Веснушка обратилась в ягуара и, снося всё на своем пути, бросилась прочь. — Я когда-нибудь привыкну к этому дурдому или уже нет смысла надеяться... — тяжело вздохнула женщина, ставя кружку с чаем на стол. — Приберитесь и на всякий случай приготовьтесь к защите.
[indent][indent]Белинда выпорхнула следом. Огромные кошачьи лапы оставляли заметный след на траве и вели в небольшой пролесок, отделявший уютный дом семьи Шодерон от постоянно гудящего Нового Орлеана. Стоило поставить оповестительные заклинания на случай, если кто-то незнакомый забредет на их оазис спокойствия. Женщина прекрасно знала куда идти пока след не исчез. Веснушка умела скрываться, сходя с тропы и перебираясь на деревья. Благо долго искать не пришлось. Раздавшийся вдали смешанный рык служил Белинде компасом. Она безошибочно узнала грозное волчье рычание, которое пробивалось сквозь детский и капризный рык Веснушки. Шодерон бросилась со всех ног на звук звериных побоев. Веснушка сцепилась с белой волчицей в весьма ожесточенной схватке, что женщине совсем не нравилось.
[indent][indent]— Так вот кого ты учуяла, — пробормотала Белинда, прячась за деревом. Разнимать огромных животных напрямую ей совсем не по силам. Приходится идти на крайние меры. Шодерон шепчет заклинание и выходит из укрытия. Под конец резко и громко хлопает в ладоши, вызывая ударную волну, которая раскидывает волчицу и ягуара по разные стороны. На удачу Белинды белый комок шерсти отметает к дорожке, усеянной аконитом. — Достаточно! — злобно выпалила женщина, вставая между незнакомым ей волком и Веснушкой, закрывая собой. — Юная леди, у вас большие проблемы! — тон, с которым Шодерон это сказала, заставил ягуара опустить стыдливый взгляд в землю, но угрожающе рычать Веснушка всё равно не перестала. — У вас тоже будут проблемы, если сейчас же не уберетесь отсюда, мисс Белый Клык!

[indent][indent]Кажется самое время подумать о небольшой отсрочке и задержаться дома. Я сейчас с радостью выпалила бы нечто вроде «как знала, что не зря высадила аконит!», но происходящее слишком непонятно. То, что кошки не ладят с собаками даже будучи оборотнями, я находила ироничным. У этих магических существ почти одна природа. Разница между ними незначительна, но видимо не настолько раз инстинкты брали верх над всем разумным. Становилось ли легче от попыток придать случившемуся рациональности? Нисколько. Материнский инстинкт тоже не из тех, который можно отнести к чему-то адекватному. Так что мне приходится уступать место праведной злости.
[indent][indent]— Веснушка! Нельзя кидаться на всех подряд кто пёс! — нравоучительно заявляю большой кошке, что вообще выглядит как воспаленная реальность. Человек поучает дикое животное, которое несколькими моментами ранее чуть не устроило сладкую жизнь волку. Ну не дурдом ли? Ещё какой! — Бегом домой! Прямо сейчас вот! И не забудь прихватить что-нибудь из вещей, — наказываю Веснушке, слушая её недовольный рык, переходящий в грозное ми-и-я-я-я-у-у-у!
[indent][indent]Сквозь клыки, размером с мою ладонь, звучит действительно устрашающе. Никому не пожелаю столкнуться с моей воспитанницей в таком состоянии. Как бы я не хотела признавать, но придется позаботиться и о волке. Схватка была слишком тактичной. Я точно знала, что дикие животные так не дерутся. Только с помощью заклинания мне удалось узнать кто передо мной. Не то, чтобы я не была рада волкам. Мне приходится ограждаться от них во благо Веснушке. Не без усмешки наблюдаю за тем как волчицу срубает на аконитовом поле. Стоит задуматься о высадке зверобоя на будущее.
[indent][indent]— Умница, а теперь бегом домой приводить себя в порядок, — сказала Веснушке, подоспевшей с пледом и спортивным костюмом. — Мы должны ей помочь, поэтому не ур-р-р, — грозно добавила в ответ на оскал девчонки, обращенный к волчице.
[indent][indent]Веснушка фыркнула, явно возмущенная сложившиеся ситуацией, но послушалась. Я наконец-то могу вернуться к нашей непрошеной гостье.
[indent][indent]Быстрым шагом устремившись к поляне, мне и в голову не приходило, что волчица может навредить. В таком бессознательном состоянии она беспомощнее младенца. Расстилаю перед ней плед, затем читаю заклинание. Волчье тело слегка отрывается от земли, а я направляю его на расстеленный плед. Крепко завернув волчицу в него, перевязываю на сложные узлы. Мало ли. Доверять в нашем мире никому нельзя. В том числе и якобы безобидным волчицам, что были наполовину человеком.
[indent][indent]Мне прямо-таки везет. Она не такая тяжелая, поэтому меня, успевшей позавтракать только кружкой крепкого чая, хватает на то, чтобы перенести тело на поляну поближе к дому. Если белая удумает взбунтоваться, то не справится ни с защитным барьером вокруг дома, удерживаемый Тавви и Флавией; ни со мной. У меня про запас была щепотка аконита. Мне больше нечем себя успокаивать.
[indent][indent]Сколько нужно времени волчице чтобы оправиться от аконита? Остается только гадать. Не хотелось бы загреметь ещё в Инквизиторий из-за того, что кто-то мало каши кушал и не справился с парой цветочков. Я решила лично проследить за пробуждением незнакомки. Удобно устроилась на качелях и просто смотрела за тем как медленно вздымается грудная клетка волчицы. Всё-таки я высадила не самый опасный вид аконита. Она вскоре должна очнуться, но с каждой прошедшей минутой нервы начинали подсдавать. Незнакомка ведь наверняка из чьей-то стаи. Не хватало мне ещё проблем с разгневанным альфой. Странно, что он уже не примчал сюда на всех четырех лапах отвоевывать свою бету. Или может разгневанный волк в пути. Или не разгневанный. Слишком много глупых вопросов для этого утра.
[indent][indent]Полтора часа, что прошли с момента как волчица отключилась и начала подавать первые признаки сознательности, казались мне чересчур долгими. Я с интересом наблюдала за пробуждением незнакомки. В человеческом обличье мне девушка тоже была незнакома, но в тоже время ловлю себя на мысли будто где-то видела её. Наверняка в местечке вроде Джудаса, где собираются всякие и мохнатые, и клыкастые, и рукастые.
[indent][indent]— С добрым утром, Белый Клык, — не без усмешки приветствую девушку. — Тебе придется кое-что объяснить, если не хочешь снова благоухать аконитом, — миролюбиво добавила я, кинув в девушку спортивным костюмом будучи уверенная в том, что она поймает олимпийку со штанами. — Не бойся, я не причиню тебе время, если будешь хорошим волчонком.

[indent][indent]Чего только мне не приходилось видеть в собственном доме и его окрестностях. Сюда захаживали вампиры и после первого визита я обезопасила дом ультрафиолетом. Захаживали и оборотни, но чаще кошачьи, коим всегда рады в моем доме. Аконитовое поле высажено не просто так. Новый Орлеан город не столько контрастов сколько сумасшествий. Вот очередное пожаловало ко мне на порог. Кажется бесполезно всем и каждому кричать, надрывая голос, что значит слово нейтралитет. Всем здесь что в лоб, что по лбу — подавай приключений на хвост, а с последствиями разберемся когда-нибудь потом. Например, никогда. Я привыкну. Обязательно привыкну. Ну подумаешь уже двадцать семь лет привыкаю. Бесконечность не предел так-то.

[indent][indent]И наглость предела тоже не знает. Не в праве незваные гости клыки обнажать, когда им помогают. Ладно я. Я — мать. Хочу по носу щелкну, хочу по жопе дам. Совсем распоясалось поколение некст. Я выясню какими судьбами незнакомку занесло в мои недоцарские владения, только дам ей дыхание перевести. Я чуть не пропустила мимо ушей слова волчицы пока показывала кулак Веснушке, выглянувшей в окно. Старалась делать с материнским изяществом и грозной расстановкой, но она ведь всего лишь котенок. Сердце кровью обливается. Не хочется верить словам волчицы о произошедшем. Не могла Веснушка броситься на человека. Её инстинкты обострялись и превосходили человеческий разум в редких случаях. Значит охотник был не прост как могло показаться. Кошка ревностно защищала свою территорию и не пускала чужаков. Многим стоило бы поучиться этому.

[indent][indent]— Ох, да ладно тебе, не нежничай, — закатываю глаза, отмахиваясь с пренебрежительной усмешкой. — Тебе будто впервой иметь дело с аконитом, — с кокетливой укоризной добавила я, поднимаясь с качелей и скрещивая руки на груди. Цокнув языков, отворачиваюсь и даю возможность девушке сменить плед на одежду. Действительно, стоять на опушке перед домом, где находятся моя троица детей, куда более стремно, чем если передо мной одной сиять в чем мать родила. Но я человек не гордый, подсматривать не буду. Чего я там не видела? — Неуравновешенная кошечка мне как родная дочь, поэтому подбирай выражения, Белый Клык, — бросила через плечо, предостерегая. Я хуже любого животного, когда встаю на защиту детей. И мне не жаль. — Вряд ли ей хотелось съесть охотника. Веснушке не нравится человеческое мясо, а вот оленина вполне себе, — беззаботно сказала, поворачиваясь на сто восемьдесят градусов. — Другое дело. В качестве извинений за то, что ты оказалась в моих владениях, разреши угостить тебя завтраком. Возражения не принимаются.

[indent][indent]Я щелкаю пальцами и вальяжно шагаю к своему дому, всем видом давая понять, что лучше девушке послушаться и не испытывать моё терпение. Чему я и научилась у Кота, так это не отпускать партизан пока не вытрясу необходимое до последней капли полезной информации. Судя по тому, что девушка осведомлена о подводных камнях Нового Орлеана, мне не стоит упускать возможности побеседовать с ней. Упоминание о Роксане сродни грому в уязвимую точку. Это чертово напоминание о бедах, которые творятся в Бермудах.

[indent][indent]— Веснушка не в банде, ей пока нечего там делать. Я о ней забочусь и помогаю, — строго отрезаю, давая понять, что разговор о Бермудах не направит диалог в спокойное русло. — У Бермуд своих проблем хватает и ребенку там не место, — надеюсь, объяснила доходчиво, потому что возвращаться к теме взрослых кошачьих, ведущих себя безрассудно, я не шибко горела желанием. — Проходи, не стесняйся, — пригласила в дом девушку и зашла следом через задний дворик. Дверь сразу вела на кухню. За столом сидели Тавви, Флавия и Веснушка, в ожидании, вероятно, люлей от меня. — Ну так что? Мы завтракать будем? Достаньте ещё одну тарелку и столовые приборы, у нас гости, — будничным тоном объявила я. Дети так и застыли в удивлении, выпучив глаза. — Знакомься, это Октавиан, Флавия и Веснушка, — представила волчицу семье, указывая на свободное место за столом. — А это... — слегка хмурюсь, внезапно вспомнив что мы так и не познакомились, миновав все правила элементарного этика и сразу перешли к десерту, решив начать с парирования сарказмом. — Кстати, как тебя зовут? Белый Клык мне в принципе нравится, но вряд ли это твоё имя, — отозвалась с теплым смешком, садясь рядом с Веснушкой. Она заметно напряжена, но только потому что ей не приходилось сидеть за столом с волками, которых она часом ранее обваливала в аконите как брокколи в жидком тесте для кляра. — Я — Белинда. Может знаешь Гербариум, лавку с травами и пряностями. Я владелица, — дождавшись пока все усядутся и наполнят тарелки едой, осторожно окидываю взглядом всех сидящих. Наконец-то все подуспокоились и пыль улеглась.

[indent][indent]Вскоре мы добрались до десерта за беззаботной болтовней. У волчицы больше тем для разговоров с моими детьми хотя бы в силу возраста, но я слушаю вполуха пока убираю посуду. Отвлекаюсь только однажды, когда приходит оповещение, что оплата картой за продукты не прошла. Придется после обеда ехать в город и самой закупаться необходимым к ужину. Заодно это будет неплохой шанс поговорить с волчицей наедине и заодно примерно узнать где она живет.

Поделиться72020-02-04 16:06:14

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

эп_1_Миша

[indent][indent]Усталость растекается по всему телу. Я встаю посреди лавки с пряностями, запрокидываю голову и тяжело вздыхаю — истинно кинематографичный ракурс. Очередная неудача, настигшая меня, приходится ударом и по самолюбию, и по гордости. Едва ли мне удается прочувствовать тычки злобной кармы, ведь эта треклятая карма отбила уже всё, что можно, и приступает к тому, что нельзя. Я пытаюсь убедить // уговорить себя в очевидной [следовательно, злящей] истине — что-то упущено. Наверняка нечто такое очевидное, лежащие прямо под носом... Но сейчас я отвлекаюсь от более насущных и важных забот, что едва не пропускаю пустую ячейку с табличной «розмарин». Взмахнув рукой и произнеся простое заклинание, заставляю взмыть ручку со стола и вывести каллиграфическим почерком слово, затем другое и следующее. У меня нет сил писать самой, но зато всегда найдется желание носиться с кружкой и постукивать по ней кольцами в такт своим мыслям.
[indent][indent]Я закрываю лавку, подумывая взять выходной. Убеждаю себя, что один день ничего не изменит — ведь не изменит?. Я отправила детей в Филадельфию, чувствуя как мои частые отъезды отразились на юных плечах. Рухнувшие заботы о доме, лавке, Веснушке и Коте заметно вымотали их. Не было и дня без гордости за Тавви и Флавию. Особенно в моменты, когда узнавала себя в их поступках и движениях, но видеть уставшие, изнуренные родные лица выше моих сил. Всем нужно взять паузу [мне — в первую очередь], поэтому я переношу встречу с Котом. Отправляю короткое зашифрованное сообщение, приглашая к себе завтра на виски и стейк — кодовая комбинация отчаяния, требующая вмешательства старого доброго друга.
[indent][indent]На этом позволяю себе подвести итог сегодняшнего дня, что тянулся мучительно долго. Большего всего на свете я хотела погрузиться в горячую ванную, наполненную бутонами тубезоры и маслом грейпфрута с щепоткой бергамота или вербены. По пути домой покупаю в маркете бутылку вина. Сложно припомнить когда в последний раз мой дом пустовал. Тишина буквально оглушала. Моё привычное утро начиналось не с кофе и венских вафель, которые теперь успела не только приготовить, но не спеша поесть; а с раздачи детям заданий или попыток пристыдить Веснушку за очередной кошачий проступок. Чувствую себя немного странно, когда беспечно ношусь из дома в оранжерею и обратно, чтобы приготовить пену для ванной. Ещё более странно чувствовать неземное облегчение от погружения в горячую воду, которая приятно обволакивает всё тело и мгновенно забирает усталость.
[indent][indent]Я не замечаю как погружаюсь в блаженную дрёму, позабыв о вине и вообще о целом мире, который существует по ту сторону двери. Впервые за год мой разум чист от тревожных мыслей. Но разве может что-то происходить просто так? Едва ли. Стараюсь не думать об этом, когда чувствую чужое касание, тянущееся от плеча к запястью. Мне все ещё кажется, что продолжается сон и произошло погружение на новый уровень — глубже. Я медленно открываю глаза, сонно моргая. Перед мной сидит девушка, похожая на юную нимфу. Чем только не шутит подсознание, подгоняемое скрытыми желаниями. Склоняю голову на бок и приподнимаю левый уголок губ в своей очаровательной коронной улыбке.
[indent][indent]— Знаешь, твой взгляд ещё красноречивее, — парирую в ответ, замечая куда смотрит незнакомка. Я в момент забываю, что она потревожила мой сон. Пальцы навязчиво касаются запястья юной красавицы, явно не собиравшейся уходить. Очевидно, происходящее — не сон. Очевидно, во мне взыграл привычный азарт и я принимаю ставку, тут же стремясь её повысить. — Мне казалось, что твоя смелость идёт рука об руку с невозможным, — перехватываю её руку, мягко сжимая и перекладывая на бортик ванной.
[indent][indent]Я прекрасно вижу к т о ты. Тебя не остановил зверобой, высаженный по периметру моего дома; не сожгли ультрафиолетовые лампы, которые с наступлением темноты готовы уничтожить любого кровопийцу. В тебе нет кошачьей наглости, нет-нет. Ты слишком прямолинейна. Будь ты кошкой, милая, я сразу бы поняла.
[indent][indent]— Ведьмам всегда рады в моём доме, пусть и столь прямолинейным, — рука ложится на горячую щеку девушки. Я приподнимаюсь и приближаюсь к ней, чтобы заглянуть в глаза и запомнить благородные, статные черты лица незнакомки. — Можешь передать своей Верховной благодарность за приглашение в ковен. Это действительно интересный ход, но не такой необходимый. Я и моя семья сами по себе, — мне самой не нравится так отрезать незнакомку от себя; хочется верить, что новый засланец здесь не для перетягивания меня в ведьмовскую общину, но обычно сюжет принимает именно такой поворот. — Из группового я люблю только...— наклоняюсь к уху девушки, чтобы прошептать, —... поход в кино, — захожусь тихим хохотом, заметив как напряглась незнакомка. Ожидала чего-то другого, милая? — Но я уважаю храбрость и благородство, поэтому, — коротким заклинанием гашу свет, ещё одним поджигаю с полсотни свеч, дожидавшихся своего часа, — может для начала разденешься? Неприлично сидеть передо мной одетой, когда я голая, — усмехаюсь, бросая вызов незнакомке, и с жадным [читай меж строк — слегка животным // хищным] интересом наблюдаю за ней. — Ещё в моем доме не рады наглости, поэтому тебе придется разделить со мной Шато Монроз.

[indent][indent]А ты не из робкого десятка.
[indent][indent]Я усмехаюсь собственным мыслям вслух. Уголки губ медленно ползут в более широкой улыбке. Игривый взгляд падает на развернувшееся действо. Девушка умело совмещает театр // бордель // Мулен Руж. Грациозная ровно настолько, что каждое движение плавно рисует прелестную картину эпохи Ренессанса. Я хотела бы прямо сейчас заставить исчезнуть всю одежду на ней одним щелчком, но так неинтересно. Инициатива и самоконтроль две стороны одной монеты. Всё это награждается сполна. Сама не замечаю как вмиг оказываюсь п о д н е й , её природными чарами. Возбужденно покусываю губы в ожидании чего-то большего, чем скинутые пальто и платье. Игриво приподнимаю бровь, намекая на продолжение.
[indent][indent]Ты ведь не хочешь останавливаться? Я — нет.
[indent][indent]Она понимает без слов и это прекрасно, как и прекрасно то, что обнажает своё красивое // подтянутое тело, достойное стать скульптурой в лучшем музее мира. Я, привыкшая делить свою жизнь на «до» и «после», уверенно провожу черту — г р е х н е п р о в е с т и . Незнакомка само олицетворение всего потрясающего, что только может быть в девушке. Она — чистая квинтэссенция секса и настоящей женственности, которая всегда привлекала меня. И примерно так происходит каждый раз, когда я нахожу толику привлекательности в очередной незнакомке, имя которой выветривается либо с наступлением рассвета, либо сразу после того как сердце находит привычный ритм, в котором и дальше бьется. Именно так и случился мой последний секс в Бьютте. Штат сокровищ, действительно, подкинул одно из них несколькими днями ранее. Но ты — н е п о х о ж а , ты — и н а я . И это читается в каждом отточенном, но в то же время дерзком_завораживающем движении.
[indent][indent]— Надо же, — глубокий вдох-выдох и я сгибаю ноги в коленях, чтобы уступить половину ванной незнакомке. — В каком ковене учат таким манерам? — о, она может не отвечать. Навести справки о ней не составит труда. Мне просто хочется и дальше тянуть из неё нитка за ниткой к себе, продолжая беззаботный флирт. Обязательства не для меня. Приятно, что и не для юной бунтарки тоже. — Или ты самородок, милая? — по-кошачьи наклоняю голову набок и хитро щурюсь.
[indent][indent]Она передо мной голая, но будто в броне. Интересно-интересно. Я всегда была уверена, что нет ничем более уязвимого, чем нагота и смерть. Никогда не поздно делать открытия. Мне интересно что будет дальше. Насколько далеко девушка готова зайти. Мой пытливый ум пытается мыслить рационально // выстраивать причинно-следственные связи. Она не похожа на гонца ни одного из местных ковенов, но в то же время гостья не похожа на чужеземку. Каждой картине нужно название...
[indent][indent]...твоё — олицетворение_сердце Нового Орлеана.
[indent][indent]— Допустим, я заинтересована, — отвечаю игриво // интригующе, не сводя глаз с неё. Выпрямляюсь, прекрасно понимая чего незнакомка хочет. Хочу ли я того же? Определенно. — Настолько личные, что ты пришла ко мне, а не к своей Верховной, — говорю вполголоса, медленно ведя указательным пальцем от шеи к подбородку. — Не боишься Её гнева? Не боишься, что любая н а ш а тайна станет и Её тайной? — я маню девушку ближе к себе, плавно сокращая между нами расстояние до считанных сантиметров_миллиметров.
[indent][indent]Но ты не боишься и это заводит в два раза сильнее.
[indent][indent]За свою [долгую] жизнь я довольно быстро осознала, что нет ничего приятнее, чем целовать девушку_женщину. В последний — р е ш а ю щ и й — момент беру инициативу в свои руки_губы. Как бы она не старалась быть нежной, я чувствую бунтарство и напористость в поцелуе, как и мужской [грубый_властный] след. Но я ей позволяю действовать самой, не забывая направлять н а с в нужное русло. Меня переполняла эйфория, которая в свою очередь напрочь вытеснила последние склоки усталости. В качестве скромного знака признательности позволяю бутонам туберозы заиграть новыми жизнями. Незаметно под водой поворачиваю запястьем, раскрывая кулак_пальцы подобно оживающим лепесткам при первых лучах солнца. Туберозы всплывают на поверхность воды, раскрывая бутоны и источая сладкий аромат. Я оставляю поощрительный мягкий_нежный поцелуй на уголке губ девушки // позволяю себе дерзость посмотреть в её глаза цвета чистейшей арабики.
[indent][indent]И всё же ты уязвима, как и все остальные — даже я.
[indent][indent]— Нисколько, но... — отстраняюсь, чтобы достать бокал и тут же возвращаюсь к ней. Мне есть чем удивить юную ведьму. Держу бокал за ножку и смотрю на неё сквозь стекло, закрывая один глаз. — ...но я хотела бы знать как тебя зовут. Ты, очевидно, знаешь кто я, а вот я не представляю кто передо мной. Как насчет исправления этой несправедливости? И заодно ещё одной небольшой выправки твоих манер, — шепчу заклинание и легким_пластичным движением руки копирую бокал. Оригинальный передаю гостье. Тянусь за бутылкой вина и сразу же наполняю бокалы. — С чем бы ты не пришла ко мне, подумай ещё раз. Есть риск, что я потребую с л и ш к о м м н о г о .

[indent][indent]Конечно, я тебе не доверяю, милая. И вряд ли стану. Спонтанность и вера вообще никогда не шли рука об руку, но нам ведь ничего не мешает переплести наши. Правда?
[indent][indent]— Ми-шо-нн, — тяну её имя как сладкую_горячую карамель на ложке. — Красиво, — кокетливо облизываю пересохшие губы и снова повторяю её имя, но на другой лад. — Родоначальницу семьи Шодерон звали Михе. Тоже француженка, — делаю небольшую паузу, отвлекаясь на распустившиеся бутоны туберозы. — В тебе от французского только Квартал, полагаю, — в этом сомнений даже нет. Она не просто ведьма, а само воплощение той живой_природной_настоящей магии, которой может быть только наделена девушка. И, конечно же, Мишонн выдает луизианский акцент. — Никогда прежде близко не соприкасалась.
[indent][indent]Меня тянуло к неизведанному, что чаще приводило к проблемам. Скажи мне на милость, Мишонн, ты проблема? Я сердито вздыхаю, слыша сокращение от своего имени. Не знаю кто однажды запустил эту волну, но если узнаю, то заставлю выпить литр мерзкого холодного чая. Кому-то явно не мешает промыть желудок. Неплохо было бы и мозги. Жаль не придумали ещё ни такого чая, ни заклинания, что способны были бы превратить серое вещество в более подвижную массу, чем желе.
[indent][indent]— Меня и не нужно бояться, Мишонн, — плавно вожу рукой по пенному покрову, как бы невзначай задевая щиколотку девушки кончиками пальцев. — Остерегаться — пожалуй, да, — поднимаю на неё взгляд, чувствуя как мои слова попадают в неё, разбивая былой щит самоуверенности. — Думаю, тебе не терпится познакомиться, — теплый смешок невольно вырывается из моей груди.
[indent][indent]Я старалась не поддаваться напору Мишонн // сдерживаться. Моё расположение подобно Эвересту — нужно покорить. Юной ведьме удается сделать это слишком быстро, а мне нравится немного потакать ей_её ласкам. Она поразительно умело перекрывает моё чувство тревоги, победив его ещё в зародыше. Сейчас мысль о незнакомке в ванной не кажется сумасшедшей, ведь Мишонн не такая уж и незнакомка. Формально ведь так. Т а к ?
[indent][indent]— Так вот в чем дело, — сказала я с наигранным удивлением, выпрямляясь и придвигаясь ближе. — Никогда не поздно для новых открытий, — я допиваю вино и отправляю бокал на пол, плавно ставя с помощью магии. Эксцентрики во мне на донышке, как и импульсивности. Мне нравятся красивая игра // сладкий дурман // солёное послевкусие. — У-у-у, интересно, — тянусь навстречу Мишонн. Вода волнами шуршит, будто пыталась оттянуть меня обратно. Я осторожно сменила положение и нависла над девушкой, крепко вцепившись в бортики ванной. — И как долго ты практикуешь вуду, милая? — склоняюсь к её уху и вполголоса уточняю. — По-настоящему.
[indent][indent]Ведьмы до инициации и после а б с о л ю т н о р а з н ы е . Я готова поставить свою оранжерею на то, что Мишонн относительно недавно пришла во взрослый мир иных запретов и успела прочувствовать на своей прекрасной_нежной коже силу д о з в о л е н и я . Мне нравится вводить её в ступор. Я вроде позволяю ей раскованность, но ограничиваю. Медленно наклоняюсь ближе и оставляю долгий_мягкий поцелуй за ушком. Опускаюсь к шее и чем ниже, тем дольше_сильнее_властнее касаюсь губами. Останавливаюсь на изгибе, задерживаясь подольше. Это моя любимая часть женского тела, не считая выпирающих ключиц. Самое время позволить прохладной волне остудить разыгравшуюся фантазию Мишонн. Ненадолго. Стоит ей в последний раз объяснить правила нашей импровизированной игры.
[indent][indent]— Я готова назвать свою цену, — всё также тихо говорю я, целуя девушку в уголок губ. Выдерживаю нагнетающую паузу. — Всё чего я хочу — услуга, — сказала я, но, чёрт побери, девочка, ты слишком рано расслабилась. — Мы заключим магический договор. Я помогу тебе, а ты в ответ будешь обязана мне оказать услугу, — ласково поглаживаю по щеке и опускаюсь к подбородку, заставляя посмотреть мне в глаза [и сама с неподдельным интересом разглядываю твои]. — Это может быть всё что угодно и когда угодно. Возможно я никогда не воспользуюсь, а возможно потребую нечто, что может пойти вразрез с твоей моралью. Соглашаясь на мои условия, ты подпишешь себе пожизненный договор. Жизнь непредсказуема, никогда не знаешь что пойдет не так и когда понадобится ведьма вуду, — дразнящим поцелуем едва осязаемо касаюсь губ Мишонн. — Есть одно маленькое «но». В случае нарушения договора — летальный исход, — моя улыбка непроизвольно плывет вверх, а в глазах читается самый необузданный и дикий азарт. — Ты готова играть по-взрослому?

[indent][indent]Еле сдерживаю себя от нахального «а чего же ты ожидала, малышка?». Наглая, самодовольная улыбка проявляется отчетливее. Всему есть цена, особенно моим услугам. Могу лишь проявить толику уважения к Мишонн, отмечая про себя её трезвый рассудок. Значит, под красивой головушкой что-то шевелится; и шевелится осознанно. Видно по испуганному взгляду. Наверняка она пытается просчитать всевозможные исходы и ходы, но когда одна из переменных — смерть, ты всегда остаешься у неё в должниках. Отплатить этот долг можно лишь ценой жизни. Можно своей, а можно сообразить кое-что поинтереснее и предложить Её Мерзотничеству и Гнилости — чужую.
[indent][indent]Я не удивлена смятению Мишонн, но в то же время слегка разочарована. Уступать изобретательности перед страхом вовсе не то, чего я добивалась. Мне почти начала нравиться наша игра, окутанная таинственностью. Почти, потому что дымка столь прекрасного сюра потихоньку развеивается. Вместе с этим улетучивается и очарование всего происходящего. Настолько явно и стремительно, что попыток спасти остатки приятного вряд ли получится.
[indent][indent]— Осторожность — это похвально, — впервые заговорила после долгой паузы. Мишонн покидает ванную и мне приходится сделать тоже самое. У меня есть немного больше времени, чем у неё, поэтому позволяю себе немного постоять и подождать пока вода высохнет на коже. Надеваю шелковую ночную рубашку выше колена и накидываю на плечи такой же пеньюар. — Главное не спутать со страхом, — добавила я, гася свечи. — Всё просто. Страх — это инстинкт самосохранения. Он, как дикий зверь. Его невозможно приручить, поэтому у него есть власть над тобой. Осторожность — это признак живого разума, приятная аналитическая способность, которой обладают немногие, — тихо подхожу к Мишонне и мягко обхватываю пальцами её подбородок. — К нашей следующей встрече реши кто ты: дикий зверь или...?
[indent][indent]Я замолкаю, предоставляя девушку волне смятения. Это её загадка и помогать я не намерена. Киваю на дверь, приглашая идти за мной. Спускаюсь на первый этаж и заворачиваю в гостиную, которая ведет на кухню. Я не настолько суровая хозяйка и вовсе не лишена гостеприимства, поэтому указывать на ещё одну дверь не собиралась. Мне всё-таки интересно как Мишонн хватило не то дерзости, не то глупости заявиться в мой в дом; в момент, когда любой человек наиболее уязвим. Все идеальные преступления совершены в ванной. И после такого следует уделить особое внимание защите дома, ведь в моей ванной мог оказаться и кто-то не столь приятный как ведьма вуду.
[indent][indent]— Так значит это было свидание? — с язвительной улыбкой спросила я, наливая горячий чай в две кружки. — Мне нравится ваше поколение тем, что вы бьете прямо в лоб. Настолько прямолинейные и не скованные, что одновременно восхищаешься и ужасаешься, — ставлю кружку с чаем возле Мишонн и сразу делаю глоток из своей. Старая привычка показывать незваным гостям, что это не попытка отравить. Впрочем даже юная ведьма без проблем определит отравлено питье или нет. — Мне стоит объяснить кое-что ещё, — беззаботно прощебетала я, поведя плечом. — Тебя наверняка учили тому, что магия не работает в одну сторону, — приподнимаю бровь, всем видом показывая надежду, что мне придется сейчас распинаться о базовых вещах. — Этот договор своего рода обязательство и для меня. Я оказываю тебе услугу, только потом ты должна оказать услугу в ответ, — опираюсь локтями о барную стойку и подаюсь слегка вперед. — И в случае невыполнения меня ждет такая же участь, но... Но есть и ещё кое-что, — прищуриваюсь, смотря на Мишонн исподлобья. — Ты правильно делаешь, что боишься. Я знаю зачем ко мне обращаются и какие услуги просят оказать. Я справлюсь в любом случае, а это значит, что так или иначе ты будешь должна. Подумай, стоит ли оно того, — повисла тяжелая пауза, которую спустя полминуты нарушил внезапный и громкий стук в окно. — Да чтоб тебя, Галактион... — сердито выдохнула, оставляя кружку, и открыла окно.
[indent][indent]Нет, ну надо же быть такой зловредной птицей, чтобы подгадить такой момент. Ворон влетел, остервенело махая крыльями, и уселся на жердь, откуда обычно докучал моей семье за завтраком или за ужином. Достав из холодильника миску с нарезанным куриным филе, взяла палочки для суши и приняла кормить птицу. Только сумасшедший будет кормить его голыми руками. Забота о Галактионе мгновенно забрала моё внимание, что я на короткое время забыла о гостье.
[indent][indent]— Он немного сварлив и вреден, но такой красавец, зараза, — шутливо сказала я, пожав плечами, будто извинялась за свою забывчивость.

Поделиться82020-02-05 03:04:17

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

эп1_чарли

[indent][indent]Белинда получает наводку от Кота посреди ночи. Прошло чуть больше года с первого убийства кошачьих оборотней. Шодерон не верила в случайности — не в их жестоком [магическом] мире. Ей совсем не спалось на мягкой кровати в отеле. Тело будто просило не расслабляться и быть готовой ко всему; в первую очередь к резкому подъему и срыванию когтей в поздний час. Белинде требуется минута, чтобы пробежаться глазами по зашифрованной весточке Кота, высекаемой на кисти руки. Очевидно он попросил Тавви доставить послание подобным способом, из-за чего Шодерон заключает: дело дрянь. Сын не хочет причинять боль и пытается как можно осторожнее выводить буквы, что вспарываются ранами на коже. Белинда берет заколдованный для такого общения нож и пишет на другом запястье — не бойся, можешь поднажать ещё чуть сильнее. Октавиан выводит буквы увереннее. Сквозь шиканье // шипение // громкое втягивание воздуха носом Шодерон добирается до сути сообщения и расшифровывает координаты возможного нападения на ещё одну пару кошачьих оборотней. Она не успела год назад в окрестностях Алабамы и не готова простить себе новую ошибку здесь, в Чикаго.

[indent][indent]Шодерон берет такси до указанного места. В сообщении первым и главным указанием — проверь дом Квинов. Она не знала чего ожидать, но надеялась лишь на тихий остаток ночи за кружкой чая в компании двух оборотней как бы странно это не звучало. Заклинание поиска лишь единственное доказательство, что Квины живы. Всё бы ничего, не добавляй подсознание мысль — п о к а ж и в ы . Потеря ещё одного кошачьего оборотня станет ударом не только для самой Белинды, но и для Кота. Лучше подумать о запасном плане, ведь каким-то образом Шодерон должна будет уговорить двух взрослых людей покинуть насиженное место и отправиться с абсолютно незнакомым человеком к ещё более незнакомому существу, имя которого никто не знает. И всё же Кот, даже будучи мифом для некоторых, оставался не последним человеком в мистическом мире.

[indent][indent]— Прошу прощения, — мягко подает голос Белинда, обращаясь к водителю такси. — Вы не могли бы переключить песню, — она предпочитает не спрашивать, а отдать приказ, замаскированный под просьбу. Легендарная песня «I was made for lovin' you» едва ли подходила фоном к столь тревожной ночи. Водитель лениво нажимает следующую кнопку и попадает на джаз-станцию. Вполне сносно // терпимо. — Благодарю.

[indent][indent]Остаток дороги Шодерон молчит, погруженная в свои мысли. Чистая музыка, льющаяся из барахлящих колонок, собирала обрывки плана воедино. Белинда просит высадить её в начале улицы, якобы спохватившись и вспомнив, что на деле немного ошиблась адресом. Убедившись, что хвоста за ней не было, ведьма торопливо шагает к дому. Вокруг всё тихо, а это не может не вызывать подозрений у неё. Неизвестность всегда пугала больше, чем что-либо ещё. Собравшись с силами, Шодерон поддалась зову поискового заклинания и остановилась на пороге обозначенного дома. Неловко будить людей почти на рассвете, но когда на кону стоит жизнь, то можно поступиться и этикетом, и прочими правилами приличия. Нутро подсказывает, что нужно немного повременить со звонком в дверь. Белинда хмурится, услышав хлипкий скрип на пороге, словно его продавили чем-то тяжелым. Шодерон шепчет заклинание под нос и в руке появляется огненный шар. Свет падает на дверной проем и ведьма замечает, что входная дверь приоткрыта. Она тихо проскальзывает внутрь и приглушает свет сферы, чтобы не выдать своего присутствия. Белинде нужно несколько минут для адаптации в темноте пока в конце коридора, очевидно ведущего на кухню, не замечает тусклый свет, будто забыли закрыть дверь холодильника. Подойдя ближе, ведьма обнаруживает тёмную тягучую жидкость, стремительно растекающуюся из кухни и вот-вот начинающую выходить за её пределы.

[indent][indent]— Ох, — только и успевает выдать Шодерон, заглядывая внутрь. Женское тело лежит под грудой сломанных стульев и стола. Вся эта горка из дощечек устрашающе подрагивает. Белинда слышит хриплые всхлипы и устремляется к ним. — Миссис Квин? — уточняет она, опускаясь рядом с телом женщины. Ведьма быстрым и резким заклинанием гасит огненный шар. Сажая заносы в пальцы, Шодерон откапывает тело женщины и осматривает раны. — Держитесь только, — бормочет она, нервно оглядываясь вокруг в надежде обнаружить аптечку. — Держитесь, я вам помогу, — слишком громкое заявление, но Белинду подгоняют ярость и бешенство, что и есть переломное начало сломанным обещаниям. — Где ваш муж? Что произошло? — но силы стремительно покидали её. Шодерон пыталась зажать скатертью огромную рану, но кровь стремительно покидала тело. Кожа вокруг раны запеклась. Стреляли в упор. По краям пыльца знакомого цвета. Р у т а . Белинда беспомощно осела, вмиг побледнев. Глаза женщины стали стеклянными. Она не успела. Всё, что оставалось, лишь прикрыть веки и спрятать безжизненный взгляд. Шодерон видит ещё один кровавый след, немного отличавшийся по цвету. Нет-нет-нет-нет-нет... На заднем дворике было другое тело — мужское. Не успела Белинда опуститься рядом как мистер Квин схватил её за руки. — Нет, не теряйте время. Нам уже не помочь. Они ворвались также, как и исчезли. Всё произошло слишком быстро, — затараторил мужчина и прервался на тяжелую одышку. — Моя дочь... Помогите Чарли... Она пожарный... Обещайте... — Шодерон не заметила как по лицу покатились слёзы. — Я... Я позабочусь о ней, обещаю, — прошептала Белинда, взяв мистера Квина за руку и провожая в последний путь.

[indent][indent]Ведьма оставалась в доме Квинов до самого утра. Первым делом обратилась к Совету, чтобы дело успели перехватить они. Обычные люди портят всё. Убедившись, что тела отвезут в морг под началом Совета, Белинда просит отвезти её в пожарную часть. Нужно найти Чарли до того как это сделает кто-то плохой. Хотя бы здесь Шодерон везет. Секретарь говорит — повезет, если поймаете, у них вызов; но ведьме везет, если такое вообще можно назвать везением. Она видит знакомое лишь по фотографиям лицо и появляется слишком внезапно.

[indent][indent]— Чарли? Чарли Квин? Не задавай вопросов просто послушай, — Белинда говорит быстро и четко. — Ты должна поехать со мной прямо сейчас. Это касается твоих родителей. Боюсь, у меня для тебя плохие новости.

[indent][indent]Белинда знала куда и зачем шла, как и знала чего можно ожидать от человека вроде Чарли Квин. Пожарная часть была некоторой защитой от кошачьих повадок девушки, которая мгновенно треснула. Об этом Шодерон тоже думала, но в последнюю очередь. Миловидная девушка оказалась не такой простой и не такой доброй как её родители. Не то чтобы Белинда могла судить о них, но те несколько минут, которые она провела с ними, провожая в последний путь... Те минуты красноречиво говорили о достоинстве Квинов, их внутренней силе и порядочности. Глаза умирающего никогда не врут. Ведьма видела не только ромбовидные зрачки, что постепенно и очень медленно возвращались в привычную человеческую форму, но и гаснущие глаза, в которых отражались только лучшие и добрые воспоминания обоих оборотней. По ним было видна та самая простая истина, по которой определялся любой человек. Белинда увидела её [истину] — смерти они не боялись. Боялись только за единственного оставшегося ребенка, за жизнь своей дочери. И когда Шодерон поклялась защитить её чего бы это не стоило, мистер и миссис Квин наконец-то нашли своё умиротворение, сплетенное со спокойствием.

[indent][indent]Чего уж точно не ожидала ведьма, так это н а с т о л ь к о агрессивной реакции. Как и любая бравая девчонка [а с высоты лет Белинды — Чарли именно что девчонка], юная Квин всполошилась и слишком бурно начала себя вести. Шодерон даже не пыталась вставить свою лепту между водопадом вопросов, на которые отвечать здесь не хотела. Просить снова о спокойствии станет ошибкой, потому что эффект будет диаметрально обратным. В накатывающей злобе Чарли сквозит страхом и Белинда прекрасно понимает её как никто другой. Она видела точно такой же взгляд год назад, когда они с Котом нашли Веснушку. Разве что последняя не поскупилась ни на рык, ни на попытки вдарить когтистыми лапами, что Коту пришлось разбираться с разбушевавшимся подростком самостоятельно. Там, где заканчивалась человеческая грань, Белинда была абсолютно бессильна.

[indent][indent]— Я — друг, Чарли, — Шодерон предпринимает попытку разрешить нарастающий конфликт на месте, но Квин на своей территории, что априори значило — Белинда не в выигрыше. — Чарли, знаю, ты сейчас на взводе, но давай успокоимся и спокойно поговорим по пути... — но девушка абсолютно не слышит. Ведьма чувствует на себе цепкие_сильные пальцы девушки и не противиться. Заводить оборотня-кошку себе дороже. Она следует за Квин, хотя вряд ли это так называется, когда тебя буквально тащат за угол. На секунду Белинде становится не на шутку страшно. Здравый смысл вовремя напоминает о себе. Здесь слишком людно, поэтому обращения в устрашающего ягуара не произойдет. Н а в е р н о е . И вот спина Шодерон буквально целует холодную стену. Ощущение не из приятных. — Полегче, — грозно предупреждает ведьма. Теперь цепкие пальцы расположились на горле. — Ты об этом пожалеешь, — хрипит Белинда, силясь освободиться без применения своих ведьмовских уловок и магии, но Чарли нарывается сама. Шодерон предупредила, а дальше...

[indent][indent]Она ждет нужного момента, чтобы показать юной кошке где её место в сложившейся ситуации. Не время для церемоний. Если не понимает по-хорошему, то придется сыграть в злую_разъяренную мамочку. Белинде несказанно везет, когда неподалеку проходит влюбленная парочка. Девушка лучезарно улыбается, неся воздушный шарик в виде сердца. Шодерон концентрируется на нём и шепотом произносит заклинание, после чего красное латексное сердечко разрывается громким хлопком. Для слуха оборотня равносильно тому, что ударить в колокол поблизости. Отвлекающий манёвр срабатывает идеально. Белинда распечатывает кольцо с измельченным цветков руты и сдувает небольшую щепотку прямо в лицо Чарли. Не так она хотела начать знакомство с той, которую поклялась защитить и увезти подальше от убийц. Воспользовавшись слабостью Квин, ведьма шепчет ещё одно заклинание, заставляя девушку застыть ниже плеч.

[indent][indent]— Знаете что, юная леди?! — возмущенно шипит Шодерон на Чарли. — Некрасиво перекрывать кислород тем, от кого ждёшь вразумительного ответа! — Белинда прочистила саднящее горло, которое будто изнутри кошки подрали. Одна уж точно приложила к этому лапу. — А теперь послушай меня внимательно и не вздумай выкинуть что-нибудь ещё, иначе... — у ведьмы перехватывает дыхание и на несколько секунд она замолкает, пытаясь придумать достойную угрозу, но... Но положение не то. — Твои родители погибли, Чарли. Тебе нельзя возвращаться домой, — голос Белинды вмиг стал печальным и тяжелым, словно налился свинцом. — Прости, что так сообщаю. Ты сама нарвалась, — Шодерон делает взмах руки, снимая заклинание. — Пожалуйста, Чарли. Я здесь, чтобы помочь тебе. Нужно, чтобы ты поехала на опознание и тут же убралась из Чикаго, — ведьма осторожно положила руки на плечи Квин в утешительно жесте. — Я поклялась твоим родителям защитить тебя. Поверь, творится нечто ужасное и в одиночку здесь не справиться. Поехали со мной.

[indent][indent]Понимая, что всё сказанной для Чарли не больше, чем п ш и к в воздух, Белинда с такой же осторожностью положила ладони на щеки девушки. Шодерон читает заклинание, которое позволяет Квин увидеть происходящее несколько часов и пережить то, что пережила сама ведьма: начиная от осторожной поступи к дому Чарли и заканчивая последними словами её отца, в ответ на которые Белинда принесла клятву, которую пытается соблюсти.

[indent][indent]Наверное, Белинда сошла бы с ума проделай кто-то с ней такой трюк или просто не поверила бы. У ведьмы не было злых умыслов, а необычные люди, вроде Чарли, должны это знать и понимать. Оборотни всегда чувствуют враньё и наглую ложь. Их невозможно одурачить, а победить можно только грубой физической силой. Последим по любой из мерок Шодерон не обладала. Она слабее вампиров, оборотней и инквизиторов. Её главное оружие — хитрость и ловкость рук. На деле оружием Белинды всегда было и остается благочестивое сердце, способное к состраданию после всего пережитого.

[indent][indent]Ведьма старалась несильно давить, выжигая события ночи на подкорке Чарли. Ей предстоит не самое приятное — опознание. Врагу не пожелаешь такой участи. Белинда бросила думать о том как лучше подготовить девушку к следующему шагу. На всё простой ответ — никак. Нельзя быть готовым к смерти ни будучи тем, над кем она нависает; ни будучи тем, кому приходится видеть как она нависла над родными_любимыми. Шодерон только и остается, что быть рядом, как она и обещала родителям Чарли.

[indent][indent]— Мне очень жаль, милая, — с горечью произносит полушепотом Белинда, медленно убирая руки от лица девушки. — Я всего лишь выполняю данное обещание в первую очередь, но есть и некоторые формальности, которые нужно соблюсти. Ты ведь понимаешь о чем я... — голос ведьмы гаснет с каждым произнесенным словом. Она отдала бы многое, чтобы не материализовать их. В её с Котом планах смерть Квинов была далекой перспективой, которую они силились опередить. Не успели. — Понимаю, что тебе сложно, — Шодерон мягко сжимает пальцы на плече девушки и, чтобы предотвратить бурю отчаяния_агонии со стороны Чарли, не дает ей вставить слова, потому что считает нужным объясниться. — Когда-то на моих глазах клан вампиров убил ковен моего мужа и его в том числе. Мне кое-как удалось спасти своих детей. Если бы ко мне не пришли на помощь, то сейчас у тебя не было бы человека, которому можно доверять, — пояснила она, тяжело вздыхая. — Мне жаль, что я не успела вовремя к твоим родителям, но я все ещё могу и хочу спасти тебя, Чарли, — Белинда садится напротив и требовательно просит взглянуть на неё. — Пойдем со мной и у тебя будет шанс отомстить за родителей, — Шодерон с отчаянием_злобой произносит эту фразу, понимая, что на месте Чарли хотела бы именно мести, но по-настоящему Белинда не была на месте Чарли.

[indent][indent]Белинде неизвестно чувство мести за родителей, потому что их пути разошлись, когда она была слишком юна. И вряд ли сейчас дела обстояли иначе. Её мать хотела быть еретиком, а это шло вразрез тому, что вкладывала бабушка Верховная. Белинда ни разу не хотела вернуться в Дир Айленд, чтобы отомстить за мужа, ведь по его вине ковен оказался растерзанным. Но за детей Шодерон готова совершить любое преступление, убить кого-угодно, если это спасет Тавви и Флавию. Так что в какой-то мере Белинда знала толк в мести за любимых людей.

[indent][indent]— Нам нужно съездить на опознание, а после решить и закрыть все вопросы, которые привязывают тебя к Чикаго, — она знает, что с этим, возможно, будет тяжелее, чем с прискорбными новостями. — Кто-то истребляет кошачьих оборотней, но я пока не знаю почему. Я хотела бы забрать тебя в Новый Орлеан. Там безопаснее, — Белинда поднялась на ноги и протянула руку Чарли, помогая встать.

[indent][indent]Женщина дала время Чарли собраться с силами и придумать правдоподобную легенду своего срочного_неотложного исчезновения. Вряд ли Квин захочет распространяться о родителях. Насколько Белинда знала — пожарные_копы слишком дружны, совсем как семья. Чужое внимание совсем не то, что нужно Шодерон. Чарли [о чем ведьма надеялась глубоко в сердцах] тоже. Завидев девушку на пороге части, она вызвала такси. Конечной точкой поставила здание Совета, замаскированное под ничем непримечательное частное владение. Таких в Чикаго полно.

[indent][indent]Весь путь прошел в молчании. Белинде больше нечего было сказать, а заводить отвлекающие разговоры она не то чтобы не умела... Скорее, не хотела давить на Чарли // раздражать бессмысленной пустой болтовней. Даже села впереди, давая больше пространства девушке на задних сидениях. В голову закрадывались шальные мысли, мол, а что если вздумает сбежать, но в зеркале заднего вида Шодерон видела лишь убитую горем юную девушку. Кот рассказывал о трагичной гибели другого ребенка Квинов. Чарли осталась совсем одна. Ей будет вдвойне тяжело, ведь кошки абсолютно не стайные животные. Пусть и в человеческом обличье, но юная Квин оставалась ягуаром. Он — её суть. Прожив почти с двадцать лет под боком с кошачьими, Белинда многое понимала в них. Может, не их самих, но как-то так.

[indent][indent]— Если нужно собраться с мыслями, у нас есть пара минут, — мягко говорит Шодерон, приобняв за плечи Чарли. Тащить её против воли в здание себе дороже. — Я буду рядом от начала до конца, — сказала Белинда, утвердительно кивнув. Когда они вошли внутрь, то несколько инквизиторов с довольно-таки неприятными выражениями на грубых лицах преградили путь. — Остыньте, солдатики. Я здесь по делу Квинов, это их дочь — Чарли, — протараторила ведьма, испуская неприязнь и злобу на вояк мистического мира. — Проводите нас в морг. Процедуру вы знаете.

[indent][indent]Белинде тошно от происходящего. Странное чувство, которое с каждым разом проникает глубже в душу. Странное от того, что уж кому-кому, а Шодерон не пристало повести даже мускулом на лице при гостье по имени смерть. Женщина своими глазами видела как погибали десятки людей за один раз, она видела как приносили себя в жертву подобные ей и как ломались судьбы сотни людей. И всё равно шаг, приближающий к моргу, становился всё неувереннее. Внутри замирал и сжимался каждый сосуд, готовый вот-вот лопнуть от напряжения. К такому нельзя быть готовой ни в первый раз, ни в сто первый раз.

[indent][indent]— Видеть смерть и понимать, что оказалась бессильна перед её ликом? — спросила Белинда с нескрываемым страхом и беспокойством. — К сожалению, слишком много раз, — сказала она с тяжелой пустотой в голосе. Вряд ли такой ответ устроит человека, который только что лишился самых близких. Особенно от той, которая по тем или иным причинам проваливает попытки и миссии спасти кого-либо. Порой обстоятельства сильнее нас самих. И те, кому предначертан уход, рано или поздно отправляются в свой последний путь. Если кто-то и умеет прятаться от смерти, то явно недолго. — Сообщать кому-то о смерти родителей и давать клятву незнакомым людям довелось впервые, — сказала женщина, тяжело вздохнув. — Только не совершай глупостей, Чарли. Эти люди — инквизиторы. Они не будут с тобой церемониться, а я потом уже ничего не смогу с этим поделать, — предупредила ведьма, всем своим видом прося у Квин невозможного — держать себя в руках.

[indent][indent]Лифт как назло медленно опускался вниз. Чем раньше всё закончится, тем раньше Белинда сможет убраться из города. Перед глазами до сих пор стены дома Квинов. Стены, забрызганные кровью; стены, помнящие схватку; стены, не имеющие возможности поделиться всем этим. Наверняка инквизиторы прямо сейчас зачищают следы бойни, выдавая всё за вооруженное ограбление. Или пойдут самым простым путем. Устроят поджог и свалят всё на проводку. Хотя это будет слишком злобно по отношению к самой Чарли. Пожарный, у которой сгорел дом. И смех, и грех. Но кто знает на что способны люди, никогда не питавшие теплых чувств к кому-либо кто отличался от них в корне; люди, никогда в принципе не проявлявшие хоть какие-нибудь человеческие чувства.

[indent][indent]Человек в белом халате торопливо ведет их к моргу. Смерть никогда не привлекала Белинду ни в каких её проявлениях. Холод, вызвавший мурашки по коже, тому подтверждение. Она слишком легко одета для минус первого этажа. Но то, что произошло дальше, ни в какое сравнение не идёт. Шодерон позабыла о минусовой температуре, когда ткань с тел опустили ниже плеч. Те самые лица, которые она помнила в гримасах боли и страданий, теперь казались чрезмерно умиротворенными. Это слишком пугает, но Белинда героически проглатывает нервный ком, сковавший горло. Она украдкой смотрит на Чарли, бледную и слабую, слишком похожую на родителей, а это пугало в разы больше. Коронер прекрасно всё понимает по взглядам и по сдавленному кивку Квин. Он и до этого момента всё прекрасно понимал, но формальности соблюсти надо было. Теперь Инквизиция будет выяснять кто совершил убийство, а после накажет. Белинда хочет верить, что накажет, но едва ли может поверить, что им удастся кого-то найти, иначе не ввязалась бы во всю эту детективную авантюру вслед за Котом.

[indent][indent]Сейчас мало толку строить догадки. Мертвые имели меньший вес и меньшее значение в сложившихся обстоятельствах. Шодерон мерзко от таких мыслей, пронизывающих чернотой сознание, но жизнь не стоит на месте. Мы просто вынуждены идти дальше как бы сложно не было. Белинда почти сразу идёт за Чарли. Нутро подсказывало, что она больше не будет пытаться бежать. Уже не от кого и не от чего. Но ведьма понимает насколько тяжело принять смерть родных. Понимала слишком хорошо.

[indent][indent]— Чарли, не вынуждай меня усмирять тебя. Поверь, тебе не понравится, — предупредила Белинда, не давая девушке вернуться обратно. Даже регенерация ягуара не давала гарантий против свинца, выплюнутого бесперебойной очередью. — Людям нельзя знать что мы существуем, — вразумительно сказала женщина, заглянув девушке в глаза. — Я отвечу на все твои вопросы по пути домой, ты соберешь вещи и я отвезу тебя в безопасное место, — поделилась планом ведьма, понизив голос. — Всё, что тебе нужно знать сейчас... Ладно, в нашем мире есть своя типа армия. Инквизиция. Орден старается защищать нас от обычного мира и обычный мир от нас. Скрыли, потому что так они быстрее найдут убийцу. Поверь, твоих родителей убил не простой человек, а кто-то знающий о том, что вы оборотни, — она подошла ближе к Чарли, надеясь на то, что та поймет насколько важно в данный момент немного поступиться гордостью и чувством мести дабы защитить себя. — Ещё одну пару оборотней, тоже ягуаров, убили почти год назад. Зацепок толком нет, а у всех подозреваемых даже мотив слабый. Грядет что-то злое и по-настоящему нехорошее, — в голосе ведьмы краски сгущались из мрачно серых в пугающе черные. — Если ты сорвешься, то погибнешь. Кому от этого станет легче? Тем более, я поклялась твоим родителям защитить тебя. Хочешь того или нет, я сдержу клятву. Выбирай сама как я это сделаю — по-хорошему или по-плохому.

[indent][indent]Пока обычные люди мечтали стать частью магического мира, такие люди, как Белинда, чувствовали и знали, что он трещит по швам. Так было всегда. Природа, наделившая простых людей магией, уже в своих истоках не справлялась с неожиданными сюрпризами земли. Из века в век, из цивилизации в цивилизацию ведьмы бросали силы на сохранение баланса добра и зла. С каждым новым витком делать это сложнее. Особенно сейчас. Ведьма всей душой чувствовала насколько противоестественен геноцид кошачьих оборотней и в то же время чувствовала как сильно бьет по ней самой каждая новая смерть.

[indent][indent]Но свои чувства Белинда крепко-накрепко заткнула. Хватит одной девушки в истерике. Двух этот город просто не вынесет. Ведьма боролась со жгущим нутро желанием вырубить Чарли. Её нельзя винить за боль, которая вспарывала гнев, а тот щедро лился наружу. И всё же есть вещи, которые иногда важнее горя. Если Квин сейчас же не возьмет себя в руки, то им обеим придется несладко. В вопросах, где на чаше весов находится безопасность Шодерон, ответ всегда очевиден. Спасать утопающих дело рук самих утопающих. Не будь от девчонки проку, то Белинда оставила бы её со случившимся горем наедине, но не может. Чарли не человек, а любой её проступок отразиться и на самой ведьме.

[indent][indent]— Чарли! — женщина шикнула на неё, давая понять, что они находятся в самом неподходящем месте для выяснения отношений. — Давай-ка ты кое-что уяснишь, милая, — цедит сквозь зубы Шодерон, подходя ближе. — Это был последний раз, когда ты мне хамишь. Я не намерена терпеть твои выпады в свою сторону. Я пересекла половину страны, чтобы не дать тебе умереть, поэтому тебе стоит умерить пыл, — серьезно добавила она. — Инквизиция не моя, а ещё от меня мало что зависит. Весь наш мир объединяет только одна забота — не дать людям узнать о нас, а ты сейчас делаешь ровно наоборот. Хочешь вернуться обратно в эти стены, м? — гневно протараторила ведьма. — От твоих истерик толку ноль! Ты уже не поможешь родителям. Им уже никто не поможет. Всё, что ты можешь — быть дочерью своих родителей, — если бы не клятва, Белинда давно бы щелкнула Чарли по носу. Очень и очень больно. — Нет способа лучше узнать человека, чем застать его на пороге смерти. Я видела какие твои родители на самом деле. Мне жаль, что ты их потеряла, но горе не дает тебе права вести как капризная сучка из выпускного класса. Не позорь своих родителей. Они за тебя отдали жизни, не давай мне повода думать, что напрасно, — холодно и злобно сказала Шодерон, выставляя руку и не давая Чарли рвануть обратно в Инквизитоий. — Остынь. И ты, и я не больше, чем пешки, но даже пешка способна стать ладьей и поставить мат.

[indent][indent]Что ж. Они достигли безопасного взрыва, насколько это вообще возможно в сложившейся ситуации. Белинде не особо приятно показывать свою обратную сторону — тёмную, злобную и властную. Она предпочитала оставаться серым кардиналом и управлять издалека, чтобы не кликать на себя и свою семью бед. Все боятся явной силы, поэтому стремятся заполучить и удержать её. Без кровопролития не обходится.

[indent][indent]Шодерон берет небольшую молчаливую паузу, чтобы привести дыхание в порядок. Перестать себе напоминать бесконтрольного зверя, пышущего яростью. Ей хочется скорее убраться отсюда. Инквизиторий никогда не вызывал желания вернуться обратно и снова сталкиваться с суровыми лицами, полными надменности. Всякий раз так и хочется напомнить об особых артефактах, которые ведьмы создают для инквизиторов и которыми те в свою очередь не брезгуют пользоваться. Лицемерие да и только.

[indent][indent]— Возьми отгул, а после иди к кадровикам и проси перевод в Новый Орлеан. Никого не слушай, игнорируй уговоры остаться. Тебе нужно держаться таких же, как ты, — вразумительно сказала ведьма, обрисовывая примерный план. — Первое время поживешь у меня, а после я помогу тебе освоиться в городе, познакомлю с остальными кошками. Между тобой и другой девочкой, потерявшей родителей, должна быть связь. Чем раньше мы поймем с чем имеем дело, тем быстрее решим проблему и спасем множество жизней, — Белинда отвлеклась на телефон, заказывая такси. — Заедем к тебе на работу, потом ко мне в отель. Я заберу вещи и сразу в аэропорт, — повисла очередная пауза, требующая точки в их разговоре. — И, Чарли, только не дури.

Поделиться92020-02-06 03:57:41

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

майя1

[indent][indent]Мне явно не хватало чего-то успокаивающего. Сказала бы — алкоголя да побольше, но радости жизни крылись в самых обыденных вещах. Например, таких как чайные посиделки с Котом. Мне не нравится в очередной раз приезжать к нему с пустыми руками. Было бы, конечно, лучше с пустыми. Вместо ответов на наши вопросы я привозила лишь больше тайн и загадок, что путали все теории заговоров против кошачьих оборотней в невообразимый клубок. Он не осуждает — мне легче. Пусть не особо, но всё же легче. Кот и сам в не меньшем замешательстве, чем я. Вижу это по его уставшему лицу, что застыло в гримасе отчаяния. Кажется, я в такой же хожу почти год. Нам нужна очередная пауза, чтобы разобраться с имеющимися проблемами. Как и всегда, Кот заранее знал о надвигающихся бедах на Новый Орлеан.
[indent][indent]Оставалось привести с в о ю жизнь в порядок. Начинать надо с семьи и нашей лавки пряностей, куда я и направилась, распрощавшись с Котом. Я противоречу сама себе, что неудивительно. Навести порядок в понимании значило — защитить семью. Но для начала я крепко обнимаю дочь, едва захожу за прилавок. Она тоже выглядит уставшей. Ещё бы! На её плечи свалились дела целой лавки. Ей всего двадцать два... И эта мысль резко сменяется другой: моей дочери у ж е двадцать два года. Не ребенок, нет. Разве можно что-то сделать с материнским сердцем, разрывающимся от беспокойства // страха // боли ? Едва ли. Лучшее, что я могу сделать для неё сейчас — позволить выпорхнуть из клетки за несколько часов до закрытия лавки. Ей нужен отдых. Игнорируя все протесты [скорее, желание побыть со мной подольше и разузнать то, что не касалось её светлого ума], я выпроводила Флавию домой и закрыла Гербариум на учёт.
[indent][indent]Я слишком быстро справилась с пересчетом трав и пряностей, сверила бухгалтерию и очередь заказов. Закрадывались шаловливые мысли отправиться в Judas и пропустить пару бокалов вина в компании Рагнара. Устало качаю головой, стараясь отогнать это желание. Я знала чем всё закончится: найду в дым пьяного Хэнка // захочу поделиться важной информацией // мы все окажемся на грани провала. Не только потому что до рыжей пропитой головы не дойдет суть послания. Предупреждение такого уровня сродни коварным играм с судьбой — с ней играть о п а с н о . Следовательно, сегодня неподходящий вечер для выпивки_приятелей. Я с л и ш к о м не в себе. Настолько слишком, что инстинкт защитить родных и близких выйдет боком. Так что мне остается в сухом остатке? Снова пить чай и с безразличием перелистывать красоток в тиндере, отмечая про себя «ну, может, как-нибудь».
[indent][indent]Периферийным зрением улавливаю странное движение: быстрое // резкое — как тень. Воображение рисует пугающие картины. Старательно игнорирую игры усталого разума и начинаю собираться домой. Мне нужно к семье, домой. Я слишком скучала по улицам Нового Орлеана, давно ставшими родными. Ещё больше скучала по оранжерее и звучанию мелодичного рока в гостиной, по настольным играм вечером и беззаботному смеху детей. Очередная тень скользит за дверью лавки, что заставляет меня нервничать. Как там говорится? Один раз — не...? Не считается. Второй раз — совпадение. Третий — закономерность. Не то чтобы я хотела дожидаться третьего дабы подтвердить свою паранойю, но он случается. Замечаю через дорогу незнакомый силуэт, очевидно следящий за кем-то или чем-то на моей стороне улицы. Неприятно. Напрягает.
[indent][indent]В такое время близ туристического квартала бродят только вампиры. Всё ищут наживы среди наивных людей, а те по большей части не против новых ощущений. Недоброе предчувствие заставляет меня замереть. Стоило отвернуться как появился ещё один вампир, очевидно составивший компанию первому. Нахожу в столе нож, будто он мне чем-то поможет — Господи, ты совсем съезжаешь с катушек, Белинда. Включаю ультрафиолетовые лампы, которые всегда оставляю на ночь [вообще-то для растений, но не всегда], и даю понять, что таким гостям в моей лавке не рады. Кажется, уходят, однако дурное предчувствие не хочет оставлять меня и накатывает в этот раз сильнее. Ничего не остается, кроме как юркнуть через служебный вход и как можно скорее добраться до французского квартала, куда вампирам лучше не соваться со злыми намерениями. И всё бы ничего, но я буквально затылком чувствую как кто-то наблюдает за мной. Ловушка захлопывается, когда передо мной вырастает кровопийца и я безуспешно пытаюсь увильнуть в другую сторону, где поджидают его дружки.
[indent][indent]— Лучше отступите, — в голосе сквозит злобой и отчаянием. — Что вам надо? — не скажу, что мне это интересно, но всё же... — Ты пойдешь с нами, — ну да, конечно, бегу аж волосы назад. — Я так не думаю, — сохранять спокойствие становится сложнее. Я чувствую ненужное чужое движение и рефлекторно распечатываю кольцо со зверобоем, щедро пуская пыль цветка в глаза вампирам. — В последний раз предупреждаю — уходите, — в ответ раздается рык. Что-то отвлекает их внимание или к т о - т о . Неподалеку стоит девушка и это тоже не к добру. — Мисс, уходите! Уходите немедленно! — предупреждаю её, но один из вампиров решает, что лучше заткнуть мне рот, а мои инстинкты решают, что лучше воткнуть нож в его мёртвое сердце.

[indent][indent]Мне никогда прежде не приходилось убивать живое существо голыми руками. Вампиры вообще входят в категорию «живое существо»? Я даже пауков не убивала, а с мышами в доме отлично справлялся ворон [и порой мои крики_визги]. А теперь напротив меня слабела вампирская туша [мне по-прежнему сложно причислять кровопийц к общему человеческому знаменателю], сильнее насаживаясь сердцем на нож. От остальных двух не было и следа. Они так стремительно исчезли, воспользовавшись моментом, что я думать о них забыла.
[indent][indent]— Что, простите? — переспрашиваю грубовато, все ещё находясь где-то между стадией шока и отрицания. — То есть, нужно было ему позволить вонзить мне в шею омерзительные клыки и дать вдоволь напиться кровью?! — понимаю, что бурчащая я, пытающаяся оттолкнуть от себя мертвое тело, выгляжу как посмешище. — Мисс, Вы мне помочь не хотите? — язвительно переспрашиваю, но моя злоба дает немного сил для толчка и в следующую секунду вампир падает солдатиком на спину, а треск его черепной коробки эхом перекликается в грязной подворотне, отскакивая пугающими звуками от ржавых кирпичей. — Уже не надо, — недовольно резюмирую, отряхивая руки.
[indent][indent]Я пока слабо и медленно соображаю. Мысли забиты только мечтами о горячей ванне и чистом теле. Эта сволочь заляпала мою любимую майку. Вот что действительно досадно. До сих пор раздумываю о целесообразности (не)использования магии. Передо мной очевидно некто сведущий о нашем мистическом дурдоме. На глаз определяет вампира и пинает мертвое тело так, будто для неё нет ничего более простого и будничного. На ведьму незнакомка едва ли похожа. Я не чувствовала в ней и жалкого сгустка магии. Инстинкты очевидно не выдавали в ней оборотня. Шея // открытые участки тел — чисты. Она не кормушка для кровопийц. Так кто же ты есть, чёрт тебя подери?!
[indent][indent]— Интересно, однако, зачем вам нужен вампир, — вопрос, конечно, риторический. Не то чтобы я стремилась получить правдивый ответ. Меньше вампиров мне импонировали только люди, которые с ними сотрудничали. Ещё меньше импонировали те, которые размахивали пистолетом поблизости от меня. Жаль, что недоверчивым взглядом нельзя расплавить сталь. Или из какого мусора сегодня делают оружие? — От меня он очевидно хотел крови. Жаль мы упустили его приятелей. Оказывается так приятно кому-то пробивать сердце ножом, — с легкой ноткой самодовольства сказала я.
[indent][indent]Нет, я не собиралась угрожать незнакомке, но посыл, думаю, ясен был бы в том числе и идиоту. И вот наступает момент, когда всё вокруг приобретает какие-то бешеные // слишком яркие краски. Передо мной мозаика, кусочки которой не удается собрать. Есть общая картина, разрозненная // вспоротая настолько, что я едва улавливаю суть. Вопрос девушки поражает в ответ тысячу моих. Откуда человек знает, что я ведьма? Откуда человек знает о вампирах и подозрительно вовремя поспевает, когда нападают на меня? От каждого предположения рождается новая тысяча вопросов.
[indent][indent]— Не нравится мне это всё, — всё, что я по итогу могу сказать, указывая на мертвое тело. — Не будем терять время на формальности. Раз вы всё знаете, то будете помогать, — собраться с мыслями сейчас дорогого стоило мне. Узнать кто пришел по мою душу важнее странностей девушки, которые выбивали меня из привычной колеи. — Остается надеяться, что всех троих обратил кто-то один. Следовательно, у них общая кровная линия, — я наклоняюсь к телу и выдергиваю нож, показывая остатки крови на свету. — Я могу попробовать найти оставшихся с помощью заклинания поиска, но с пистолетом и этой зубочисткой мы обречены на провал, — сказала я, тяжело вздыхая. — А тело... Разве нам не стоит вызвать инквизиторов? Или кто у нас вообще утилизацией подобного занимается? И вообще, — я резко [даже для себя] затормозила. — Может, стоит скинуть всё на Инквизицию? Скажу, что на меня напали, когда я собиралась отправиться домой, а Вы... — щурюсь, подозрительно косясь на девушку. — А Вы, собственно, кто такая? — спрашиваю, не скрывая подозрения в голосе. — И как здесь оказались именно в момент нападения на меня? У Вас хотя бы есть лицензия на оружие? — ну вот, я не смогла сдержаться. — Без глупостей. Сами ведь знаете, что я ведьма, — добавляю предупреждающим тоном, которым буквально сквозило: пожалуйста, давай сохранять спокойствие и не усложнять.

[indent][indent]Вечер обещает быть долгим. Ночь кажется тоже. Надеюсь я не подвешу вверх тормашками Майю, когда она снова вздумает беззаботно шутить обо всем произошедшем. Проблемы с вампирами, очевидно, уже нарисовались; с инквизиторами дополнительных не хотелось. Впрочем к выкидонам представителей мистической завесы Нового Орлеана я привыкла давно. Не удивила меня и осведомленность юной недо_принцессы Жасмин_Майи. Уверена, она станет той ещё занозой в моей заднице, а их [заноз] что-то больно много становилось, что присесть спокойно невозможно на пару минут.
[indent][indent]— Боюсь у нас нет выбора, дорогуша, — обреченно вздыхаю, мысленно готовясь к воплощению нашего плана, что был накрапан на коленке. — Пожалуйста, давай без фамильярностей. Как никак нам предстоит разбираться с трупом и ещё двумя где-то шастающими по округе.
[indent][indent]Пыхтя от недовольства, нежели от тяжести тела, я тащила убитого в кабинет. Беда не приходит одна — вот, что я точно уяснила за время всех злоключений, когда-либо случавшихся со мной. Вопросы Майи только больше вгоняли в тупик, порождая новые, а те порождали ещё больше и росли в геометрической прогрессии. Чем я могла насолить вампирам? Прозвучит наивно, но ничем. Я сторонилась их всю жизнь, старалась не связываться с ними без надобности. Это понимал и Кот, ограждавший от контактов с кровопийцами. Неужто клыкастые обиделись?
[indent][indent]— На «нас»? — переспросила, зыркнув на девушку и показав кавычки. — Ты вообще здесь причем? Разве не твоя задача патрулировать улицы, чтобы вот такого не случалось? — указываю взглядом на труп трупа и сердито дышу, пытаясь вернуться в спокойное состояние. — Ладно, всё. Я не ответила на вопрос, — мотаю головой, шумно втягивая воздух и скрещивая руки на груди. — Я вообще без понятия. Никогда не вела дел с вампирами. Абсолютно никаких. Его принадлежность можно определить разве что по глифу, если он есть, — предположила я, пожав плечами.
[indent][indent]И заниматься этим я, конечно, не буду. Кто тут инквизитор в конце концов? Дав понять Майе, что рука моя не коснется нашего жмурика, я вышла из кабинета. Для ритуала нужны травы, заклинание и карта. Благо всё это было в лавке. В потайном ящике под кассой выуживаю несколько склянок и наполняю их необходимыми ингредиентами. Беру чистый нож, который тоже понадобится. Давненько мне не приходилось шпионить, но сейчас важно поступиться этикой и прочими принципами. Не то чтобы совесть грызла меня — нисколько, но был страх и весьма оправданный. Какая-то часть меня не хотела узнавать, что там будет в финале; не хотела раскрывать целей кровопийц. Эта же часть питала наивную надежду на случайность. Только рациональная половина меня диктовала прозаичную действительность.
[indent][indent]Возвращаюсь в кабинет и начинаю хозяйничать. Из своего стола достаю большую карту Нового Орлеана. Нам очень сильно повезет, если вампиры не смылись восвояси. В любом случае у нас предостаточно крови в хладной туше, которая пачкает мой любимый ковер.
[indent][indent]— Какие бы дела тебя не связывали с ним, он явно не местный, — сказала я, раскладывая на столе карту и придавливая заворачивающиеся уголки книгами. — Только самоубийца мог напасть на меня, — серьезно добавила, смешивая травы. — Или тупица, который не знает чем в принципе чревато нападение на ведьму. Незнание, конечно же, не освобождает от ответственности, но дает право полагать, что обращен этот мешок с кгхм... Короче говоря, обращен недавно раз не смог совладать с собой, — я подошла к трупу и резким рывком вытащила нож из сердца. Поставила чашу с травами около кисти и вспорола запястье до сухожилия. — Здесь смешаны растения, которые растут в Луизиане, это поможет усилить эффект и дать более точные координаты. Его кровь приведет к остальным, — объяснила Майе, ограждая себя от кучи ненужных вопросов. Вернувшись обратно, я начала тщательно смешивать всё и читать заклинание. Кровь в миске забурлила, будто рвалась скорее на карту. Уколов палец, я добавила несколько капель своей крови и вылила содержимое на стол под новое заклинание. — Я по-прежнему их цель. Возможно, это тоже поможет в поисках.
[indent][indent]Я продолжала бормотать складные предложения на латыни пока багряный ручеек растекался по карте и не остановился в точке у доков. Неодобрительно цокнув, я ненадолго застыла на месте. Вскоре этот ручеек перетек в одну большую каплю, которая воспламенилась и прожгла дыру в карте. Магия не прощает сомнений, но благо пострадало что-то не столь значимое.
[indent][indent]— Ну что? Готова забраться на враждебную территорию? — спросила я, переведя взгляд на Майю. Свернув карту, спрятала её обратно, а нож вернула туда, куда и полагается — в сердце кровопийцы. — На всякий случай. Мало ли, — убийственно-кокетливо добавила и впервые за весь вечер растянула губы в заговорщической улыбке.

Поделиться102020-02-07 19:56:12

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

касс_1

[indent][indent]Белинда начинает привыкать к тому, что жизнь налаживается, если происходящее так вообще можно назвать. Она миновала сплошную полосу неудач с расследованием, чудом пережила без последствий кровавую луну и почти забыла о схватке с вампирами, произошедшей почти месяц назад. Ведьма наконец-то начинает чаще улыбаться, вспоминая потасовку в баре, причиной которой стала. Теперь история о схватке волка и полярного медведя кажется комедией, а не трагедией. Сказал бы кто месяц назад Шодерон, что погром в Джудасе выльется в нечто подобное, она ни за что не поверила бы. Впрочем, она и сейчас не верит в возможность жить как раньше: без приключений // бед // новых сообщений о нависшей смерти над кошачьими оборотнями. Белинда позволяет себе цепляться за всё то хорошее, что сейчас с ней происходит, потому что знает — это ненадолго.
[indent][indent]Первую половину дня лавка находится в нерабочем состоянии. Для Шодерон это новый шанс провести с детьми чуть больше времени, чем обычно. Пока Тавви разгружает ящики со специями_травами и растениями, Белинда и Флавия раскладывают всё по полочками_стеллажам и отправляют запас в кладовку, щепетильно ведя учёт товара. На фоне играют любимые рок-песни и нудная работа превращается в маленький не то концерт, не то караоке-бар. Шодерон слышит строчки о любви и тяжело [обреченно] вздыхает. Ещё одно благо, которое она себе позволить не может. Случайные_кратковременные связи стали её кредо. Пока дети увлеченно спорят о свойствах нового растения, которое Белинда привезла из Монтаны, она старается незаметно переключить песню на что-то более драйвовое и отвлеченное от темы любви.
[indent][indent]— Вы оба неправы, — влезает Шодерон, желая прекратить спор, который ни к чему не вёл. — Это самая обычная левизия. Мне просто нравится как она цветет и пахнет, — пояснила ведьма, наблюдая за резко изменившимися лицами детей. — Но это пока. Её особо не изучали, поэтому ни о каких целебных или других полезных свойствах неизвестно. Возможно, мы это изменим, а если нет, то будем наслаждаться красотой лепестков и тонким сладковатым ароматом. Чувствуете? — Белинда обняла детей, так и продолжив стоять с несколько минут на месте. — Ох, уже половина третьего. Тавви, тебе пора, а то опоздаешь, — Шодерон смазано клюёт сына в щеку, вынужденная подниматься на носочки, чтобы дотянуться до него. — Не забудь проведать Шейна. Сам знаешь, последствия кровавой луны... — и ей действительно не пришлось продолжать, сын и сам всё прекрасно понимал, что подтвердил коротким кивком и улыбкой.
[indent][indent]Остаток рабочего дня прошел в заботах о постоянных клиентах лавки. Владельцы ресторанчиков, с которыми Белинда сотрудничала не один год, пришли за своими стандартными наборами, каждый на свой лад. Шодерон не заметила как на улице начало темнеть. Даже спустя три недели её тревожило шестое чувство, пусть Инквизиция и пообещала, что займется напавшими кровососами. Ведьма продолжала соблюдать элементарные правила безопасности, потому что не хотела снова сидеть в допросной и отвечать на одни и те же вопросы представителей Совета.
[indent][indent]— Флавия, на сегодня всё. Забери Веснушку из Канкуна и отправляйтесь домой. Закажите пиццу, выберите фильм на вечер и не забудьте полить оранжерею, — дочь сразу понимает, что нет смысла противиться, поэтому с тяжелым вздохом собирает вещи [между делом уточняет — точно помощь не нужна?], но делает это нарочито медленно. Белинда не успевает огласить своё грозное материнское «юная леди» — в лавку заходит женщина весьма странного — в ы с о к о м е р н о г о — вида. — Позвони как будешь дома, — говорит вполголоса Шодерон, провожая взглядом дочь. — Извините, дети, — обращается ведьма к посетительнице, пожимая плечами. — Так чем могу вам помочь? — но ответ на её вопрос прилетает молниеносно. Ответ не самый приятный и едва ли устраивающий её. — Excuse me? — возмущенно переспрашивает Белинда, хмуря_поднимая брови. Рука тянется к новому ножу в столе. Старый изъяли инквизиторы в качестве улики. — Я заколола одного вампира, заколю ещё одного, поэтому это ты давай без глупостей, — предупреждающе прошипела Шодерон, крепче сжимая рукоять ножа. Она в любой момент готова включить ультрафиолетовые лампы, заключив нежелательную гостью в ловушку. — Кто ты и что нужно от меня?

[indent][indent]Белинда жила двадцать лет с мыслью, что ей удалось сбежать от прошлого. Более того, ведьме удалось провернуть этот трюк дважды. Сначала она покинула родной ковен и затерялась в Квебеке, а после покинула ковен мужа, от которого остались только сама Белинда и её дети. Да, Шодерон всегда говорит // думает — е ё д е т и . Она крепко-накрепко запечатала любые мысли о прошлом, в которое уходили корни и её происхождения, и происхождения е ё детей.
[indent][indent]Ведьме категорически не нравится тон гостьи, словно та и не пыталась скрыть его наигранности // фальши. Всё это со стороны похоже на воспаленную попытку перехитрить хитреца. Белинда, наученная_намученная опытом, сдаваться не собиралась, как и не собиралась откладывать нож. Из всех мистических тварей — вампиры были менее любимы ей. Шодерон предпочла бы разделить трапезу с дисом нежели с кровопийцей. Ещё Белинда ненавидела загадки. Ведьме хватает преследования вереницы неудач в расследовании, которое откровенно затянулось. Даже в столь опасной ситуации женщина думала о других, своих близких людях и оборотнях.
[indent][indent]— Успокоюсь, когда ты прекратишь юлить и духу твоего в моей лавке не будет, — злобно отчеканила Белинда, сжимая рукоять ножа до предела своих физических возможностей, что побелели костяшки пальцев. Но пальцы сами разжимаются, когда вампирша говорит всего одно слово — называет фамилию, от наследия которой Шодерон сбежала двадцать лет назад. — Что? — переспрашивает она, чувствуя как перехватывает дыхание // сердце начинает биться в несколько раз быстрее. Наверняка эта треклятая кровопийца слышит как кровь резво пульсирует по венам_артериям. — Не очень смешная шутка...
[indent][indent]Голос Белинды гаснет. Нож выскальзывает из пальцев и со звонким грохотом падает на пол. Она опирается руками на прилавок, чувствуя как воспоминания вспарывают подсознание. Картинки возникают одна за другой — Шодерон ищет нужную. Где-то в подкорке всплывают истории Дерека [весьма неправдоподобные] о связанных ковене и клане. Белинда была слишком юна, чтобы воспринять правду за таковую и относилась ко всему намного проще, предпочтя наречь семейные байки Блэйков л е г е н д а м и .
[indent][indent]— Мне не о чем разговаривать с вампирами. Если ты знаешь, что я сделала, и пришла сюда, то могу только поздравить. Пустые амбиции, подкрепленные слепым эгоизмом — это определенно то, чем славятся Блэйки, — процедила сквозь зубы Белинда, выходя из-за прилавка. Она движется в сторону ультрафиолетовых ламп. Руки сложены на груди, но лишь для отвода глаз. Ведьма готова в любой момент распечатать кольцо со зверобоем и хорошенько припудрить носик вампирше. — Стой, где стоишь, — Шодерон вытягивает руку, очерчивая границу между ними. — Кассандра.
[indent][indent]Немного обидно, что столь прекрасное, поистине в е д ь м и н с к о е имя теперь носит кровопийца. Белинда чувствует, что знает это имя не только из древнегреческой мифологии. Шодерон поднимает взгляд на Кассандру — её лицо кажется знакомым, но в то же время абсолютно новым. У неё чисто блэйковские скулы и губы, острый взгляд и прямой нос, как у Флавии... Ох, черт...
[indent][indent]— Подожди, — Белинда щурится, всматриваясь внимательнее. Она вспоминает огромную картину в особняке Дерека. Целый коридор дома был увешан портретами. Блэйки знали историю своей семьи вплоть до самого начала начал. Но была всего одна картина, которая выбивалась из общей концепции. Всего одно полотно, где нарисован мужчина в окружении трех детей. Тогда Шодерон поражалась внешнему сходству Дерека и его дальнего предка, но теперь вспомнила и Кассандру, которую тогда зацепила лишь краем глаза. — Ты и правда существуешь... — пробормотала Белинда, не веря в происходящее. — Ты та самая Кассандра Блэйк, которая променяла Верховенство на клыки и вечное существование, — ведьма поражена, ведь для неё непонятно как можно отказаться от своего естества в пользу чего-то вроде э т о г о . — Твой отец, как однажды и Дерек, перешел дорогу вампирам. Ты пошла следом за отцом... — Белинда мотает головой, будто хотела отрицать всё, что говорила, но тяжелый вздох лишь напоминал о невозможности сделать это. — Я искренне надеялась, что вы, Блэйки, остались далеко в прошлом. Так что же тебе надо от меня? У тебя есть клан, есть родственный ковен. Что тебя привело ко мне? И какого черта ты натравила своих шестерок на меня? Кстати, Инквизиция казнила остальных двух. Уверена, что не хочешь прямо сейчас развернуться и покинуть Новый Орлеан?

[indent][indent]В жизни Белинды хватало сумасшествий, остроугольных не состыковок и бед. Кассандра Блэйк выглядит как всё вместе взятое, объединенное в едином целом. У ведьмы так сильно путаются мысли, что не получается сложить несколько слов в простое предложение; сил нет и на элементарное — у х о д и . Шодерон пытается рявкнуть излюбленное ею « п р о в а л и в а й ! » и тут терпит позорное поражение. Слишком не вовремя. Визит Кассандры ни к месту от слова совсем. Вряд ли Белинда была бы рада ей при более облегчающих обстоятельствах. Каждая собака в Новом Орлеане знала, что Шодерон ненавидит вампиров. Многие искали в этом самый тривиальный подтекст — изменение судьбы // попытка избежать настоящей смерти. Трансформация в кровопийцу совсем не то перерождение, о котором следует допускать мечты. Кассандра яркий тому пример.
[indent][indent]Что в ней видела Шодерон? Гордыню. Нелепую и ослепляющую гордыню, которая уничтожила остатки человечности в некогда прекрасной ведьме. Белинда уверена, что Кассандра была таковой. Не могла не быть, судя по рассказам самого Дерека и его многочисленных родственников. Кем стала? Живым фарфором в хищной оболочке, привлекающей слабых // сладострастных // податливых. Скольких ты загубила своим естеством, противоречащим всем законам природы? Много. Белинде не надо было высчитывать точный возраст, вспоминая его по датировке на раме величественной картины в доме Блэйков. За то время, которое вампирша очевидно прожила, довольствуясь своим главенствующим статусом в мистической пищевой цепочке, м н о г о . Шодерон передергивает от мысли, что её дети каждый день прогоняют через свои сердца кровь Кассандры.
[indent][indent]— Я думаю тебе лучше уйти, — упрямо повторила ведьма, хотя нутро подсказывало, что просто так от назойливой гостьи не избавиться. — Что смешного я сказала? — сердито спросила женщина, грозно нахмурившись. — Ч Т О ? — шепотом срывается с пересохших губ Белинды. Меньше всего она хотела слушать речи о чувствах Дерека, которого вычеркнула ровно в тот день, когда тот едва не погубил Тавви и Флавию. Целый ковен — достаточная жертва, чтобы не чувствовать вины за свой эгоизм. — Мне плевать, что тебе нравится. Или говори по делу, или найди выход сама.
[indent][indent]Шодерон не могла позволить себе расслабиться. В подкорке постепенно приходило осознание, что беспокоиться не о чем. Хотела бы Кассандра навредить — навредила бы, не устраивая весь этот спектакль. Белинде тошно, ведь ей до сих пор известно как ведут себя Блэйки. Значит, она н е з а б ы л а . Многолетний труд, заключавшийся в отстраивании новой жизни, только что легко_изящно перечеркнут с подачи Кассандры Блэйк. И гореть ей в аду за это. Шодерон обязательно позаботится о том, чтобы так оно и случилось.
[indent][indent]До чего же вампиры любят длинные и помпезные речи. Белинда закатывает глаза, слушая целый памфлет праотцу Блэйков и клану, вампиризму и себе любимой Её Вампирейшеству Кассандре. У ведьмы меньше минуты на незаметную попытку совершить спасительный звонок другу. Однажды Кот помог отбиться от целой своры кровопийц. Она уверена, что и сейчас они оба не промах. Шодерон наклоняется за ножом и возвращается за прилавок, куда кладет теперь уже бесполезное орудие. Пока Блэйк заходится маниакальной [как твой отец, дорогуша] хвалебной речью об их двинутой семье, Белинда несколько раз нажимает на кнопку разблокировки на телефоне — бесполезно. С попытки пятой она нехотя признает, что никому позвонить не сможет — разряжена батарея. Придется справляться самой. И всё бы ничего не намекни Кассандра на обращение её детей в мерзких вампиров. Вены на шее // висках женщины наливаются кровью и набухают, гневно гоняя кровь по голубым тоннелям.
[indent][indent]— Лучше подумай прежде, чем сказать что-то ещё, Кассандра, — сдержанно_сжато проговорила женщина, чувствуя как каждое слово дается с трудом. Ведьмовское начало требовало хлеба и зрелищ. Требовало показательного урока для той, которая играется с судьбой и не осознает последствий. — Я тебе объясню в первый и последний раз. Мне плевать на ваши садисткие традиции, на ваши омерзительные договоренности и прочую блэйковскую ересь. Предупреждаю, не смей приближаться к моим детям. Я убью любую клыкастую тварь, которая сунется к ним, — предел терпения и гостеприимности Белинды подходил к концу. Кассандра всем своим существом и высокомерием только подливала масла в огонь. — Это касается и тебя, и любого носителя фамилии Блэйк. Вы — прошлое, с которым я попрощалась почти двадцать два года назад. Для тебя это просто фьють, как лист с осеннего куста, а для кого-то ощутимая веха жизни, — Шодерон снова вышла из-за прилавка, готовая показать гостье на выход, если бы не очередная беспечная нелепица, сорвавшаяся с холодных губ вампирши. — В таком случае тебе следует бояться меня, Кассандра Блэйк, — Белинда шепчет команду из двух слов на латыни, резко поднимая руки. Образовался огненный круг, в который Шодерон заключила кровопийцу. Нет, она не собиралась спалить заживо Кассандру — лишь очертить границы. Радиуса огненного кольца достаточно, чтобы вампирша не пострадала при условии, если будет стоять на месте и в н и м а т е л ь н о слушать. — Я не буду шутить с тобой, поняла? — ведьма самодовольно улыбнулась кривоватой улыбкой, приподняв уголок губ. — Мы поступим следующим образом. Я вымощу тебе огненную дорожку до выхода. Мы пойдем в бар во Французском Квартале, где обсудим все наши вопросы. Раз и навсегда. Ты слышишь меня? Мы обсудим условия, на которых я больше никогда не увижу тебя ни в Новом Орлеане, ни в моей жизни, ни в жизни моей семьи, — Белинда шепчет новую команду на латыни и щелкает пальцами, указывая на дверь.
[indent][indent]Язычки пламени вспыхнули ровными линиями, образуя некое подобие коридора и ковровой дорожки. Шодерон резко кивает в сторону выхода, давая понять, что больше не настроена на около светскую // колкую беседу. Всё это не игра. Если Кассандра считает иначе, то и разговаривать Белинда будет тоже — и н а ч е .

[indent][indent]Происходящее выматывало Шодерон, выжимая все соки. Один из немногих по-настоящему родных новоорлеанских уголков превратился в поле боя. Что будешь дальше? Враги и неприятельские силуэты начнут мелькать на пороге доме? Её дома, где живут дети; где находят уют и кров нуждающиеся отщепенцы мистического мира. Всё становится слишком сложно, а Белинда едва удерживает себя в сантиметре от пропасти, куда точно рухнет, если не соберется и вновь не станет сильной. Не станет той ведьмой, при виде которой кто-то трепещет, кто-то держится на почтительном расстоянии от беды подальше. Кассандре явно не хватало ни первого, ни второго.
[indent][indent]Если бы только Блэйк могла посмотреть дальше своего горделиво задранного вампирского носа, то увидела насколько Белинде тяжело; насколько сильно её желание больше никогда не встречаться с ней. Видимо, это слишком просто — взять и прекратить быть надменной сукой. Вампиры... Что с них взять?
[indent][indent]Выпроводив нежеланную гостью, Шодерон заколдовала замок и дверь, чтобы наверняка не пришла шальная мысль вернуться. Устало взмахнув руками, женщина погасила огонь и скривила рот, когда запах горелого въелся в легкие и осел глубоко в горле. Ещё несколько простых заклинаний скрыли следы огня и магии. Белинда могла бы просто сжечь Блэйк ровно также, как выжигала из памяти образ Дерека, образ непутёвого мужа, на протяжении долгих лет. Благо сложности в этом не было. Последние годы их брака только помогли забыться быстрее на новом месте. Возможно Шодерон стоило бы задуматься над тем сколько придется вырезать из подсознания встречу с Кассандрой, но сил у ведьмы оставалось только на прогулку до бара во Французском Квартале и холодный джин-тоник, украшенный лаймом. Ей нужно немного горечи, сводящей скулы, чтобы смахнуть только что произошедшую нелепицу.
[indent][indent]Ведьма снова окинула взглядом лавку перед выходом. Ничего не должно указывать на визит и небольшую стычку между ней и вампиршей. Так будет спокойнее — во многом самой Белинде. Сейчас и без того наступили тревожные времена. Не хотелось отвлекаться ещё на расспросы Тавви и Флавии, заставляя их волноваться, иначе придется ходить под кошачье-волчьим конвоем. Вряд ли Кассандра оценит изящество сильных лап Веснушки на своем точенном личике. Коварно усмехнувшись этим мыслям, женщина вздохнула с облегчением. Она не собиралась проверять сколько ударов понадобится её подопечной, чтобы та искромсала вампира; но всё же мысль, что хоть что-то способно стереть гримасу самодовольства с лица Блэйк — грела, немного успокаивала.
[indent][indent]— Надо же, не ушла, — с наигранной досадой пробурчала под нос Шодерон, прекрасно зная про едва ли не безграничные вампирские возможности. Специально драконит и указывает на место, ведь уверена, что Кассандра прекрасно слышит каждое слово. — Крови в местных барах не подают, поэтому надеюсь, что ты удовлетворишь себя вином, — холодно отчеканила она, проверяя заклинание на замке. Убедившись, что всё работает как надо, Белинда направилась к месту назначения.
[indent][indent]Женщина не просто так выбрала Французский Квартал. Это земля ведьм, значит, преимущество. Шодерон всегда просчитывает свои действия наперед, предпочитая занимать заведомо выгодную позицию. Между ведьмой, пусть и одиночкой нечистой на руку, и вампиром — выбор очевиден. Так Белинде будет спокойнее потягивать напиток и делать вид, что её вовсе не тревожит визит Кассандры. По крайней мере, она не хотела показывать насколько сильно этот злосчастный реверанс судьбы ударил по ней. Кровопийца не дождется. Впрочем, Шодерон едва ли интересовали ожидания вампирши. Она просто шла по давно знакомой дороге, ведущей в уютный и относительно спокойный бар, где туристы почти не ошиваются. Вести Блэйк в Джудас = равно = ненужные вопросы от близких ей людей и ненужное беспокойство.
[indent][indent]— Джин-тоник, — заказала Белинда, только переступив порог. — Побольше джина, поменьше тоника, льда до краёв, — уточнила она, положив десятидолларовую купюру на барную стойку. — Тебе особое приглашение нужно? — спросила ведьма, повернувшись к вампирше, и вопросительно изогнула бровь. — Спасибо, дорогая, — Шодерон одарила улыбкой барменшу, чем наверняка смутила её. Сделав небольшой глоток джин-тоника, она довольно протянула. — М-м-м, всё как надо, — Белинда направилась вглубь зала с коктейлем. Полупустое помещение отлично подходит для переговоров на ножах, если это так вообще можно назвать. Дожидаясь Кассандру, женщина расположилась удобнее на мягком стуле и поддалась вперед. — Мне вот только одно непонятно, дорогуша. Раз у вас всё добровольно, то какого чёрта ты всё-таки сидишь здесь, а не пакуешь вещи и не бронируешь билет на ближайший рейс до Нью-Йорка? Кажется, я тебе ясно дала понять, что ни меня, ни моих детей ты не получишь, — она сделала глоток джин-тоника и растянула губы в улыбке, не предвещающей ничего хорошего. — Или дело в Дереке? — коварный прищур направлен на Кассандру. Даже вампирская выправка не способна скрыть беспокойства. — Вопрос только в моём или твоём, — Белинда понизила голос до полушепота, чтобы Блэйк пробрало до костей; чтобы она наконец-то почувствовала — каково это, когда чужаки лезут под кожу.

[indent][indent]Мир построен на сделках. Особенно магический. Это уроборос, где всегда ты кому-то должна и в то же время кто-то должен тебе. Белинда предпочитала выстраивать свой дом на фундаменте из должников, нежели самой ложиться в основу. Сейчас всё складывалось против неё. Появление Кассандры разрушило крепость, которую Шодерон выстраивала на протяжении половины жизни. И построила её не столь прочной как думала сама. Иначе фамилия Блэйк никогда не всплыла бы, не говоря о личной встрече с кем-то из них.
[indent][indent]— Твой садист отец, которому ты прислуживаешь и чьей наследницей являешься, — сказала якобы про между прочим Белинда, откидываясь на спинку стула и потягивая джин-тоник. — Ты наверняка бывала в Дир Айленде. Может несколькими днями позже после той самой ночи, — продолжила Шодерон, мысленно запрещая себе возвращаться к воспоминаниям двадцатилетней давности. В них не было ничего светлого, поэтому незачем взваливать этот крест снова. — Куча тел, загадочные и мистические теории заговоров против умело подстроенной под ситуацию тактики инквизиторов. Стая волков загрызла пьяную общину хиппи или что там написали в орегонских газетах, — ведьма махнула рукой и отвела взгляд в сторону, снова пригубив коктейль.
[indent][indent]Белинде странна сама по себе мысль, что Кассандра способна любить. Их ковен и клан явно не на этом строились. Вряд ли она вообще что-то знала, кроме купола отцовского садизма, о котором расплескивает речи. Но если воспоминания той ночи навсегда избавят Шодерон от Блэйков, окончательно перерезав все связующие их нити, то такую цену ведьма заплатить готова. Последнее путешествие в Самайн девяностого шестого в обмен на минус одну проблему — хорошо, хорошо, хорошо. Лишь бы только не чувствовать на себе пытливый взгляд Кассандры. Женщина поддается навстречу, давая понять, что не боится и свою таинственность Блэйк может засунуть себе глубоко в холодные сердца
[indent][indent]— Поддержка и помощь? — громогласно усмехнулась ведьма, откровенно пялясь на вампиршу как на сумасшедшую. — Я лучше стану эмиссаром стаи, чем примкну к ковену, который состоит в сомнительном синдикате с кланом, — сказала она, понизив тон. — Уж извини, но это так. Дерек это тоже прекрасно понимал, — женщина опустила взгляд и замолчала. Она никогда не испытывала ненависти в чистейшем её проявлении. Раздражение было потолком её негативных эмоций. — Тебе ли не знать о цикличности истории? Твои поиски лишь пустая трата времени, а теперь и моя тоже.
[indent][indent]Белинда допивает джин-тоник. Ей нужно ещё немного. Без двух, а то и трех порций не разобраться ни в своих воспоминаниях, ни в своих чувствах к Кассандре, которые сбивали её неравномерными волнами. Накатывали то злобой, то досадой, то сочувствием. Но Блэйк делает то, что не следовало бы — касается руки Шодерон. Холод на ладони пронизывает очередной волной — снова злоба. Забавно. Забавно, ведь Белинде никогда прежде не доводилось касаться кожи вампира по-настоящему. И трепета от соприкосновения с иной формой жизни ведьма не испытала.
[indent][indent]— А вот это ты зря, — процедила сквозь зубы женщина, перехватывая руку Блэйк. Короткой фразой на латыни она обездвиживает руку Кассандры и связывает их запястья тонкой нитью, мерцающей серебряным светом. — Хочешь знать что произошло? Я покажу тебе. Ты всё увидишь своими глазами, — сказала Белинда. Её голос соткан из боли и злобы, отчаяния и гнева. Ведьма тихо шепчет заклинания, позволяя видеть Кассандре ровно столько сколько требуется. — Твой идиот потомок убил двух вампиров и клан пришел мстить. В нашем ковене было несколько десятков человек с детьми. Никого не стало, — Шодерон показывала как празднование Самайна сменилось массовой резней. Кто-то погиб, так и не встав из-за стола. Кто-то оказался беспомощен, потому что вампиры уже прикончили их родных. — Я чувствовала как прежняя сила, что дает ковен, не просто исчезала. Я чувствовала как она умирала во мне. Ты когда-нибудь проживала с двадцать смертей одновременно? — буквально выплюнула Белинда, сильнее сжимая руку Кассандры. — Я защищала детей и молилась всем богам, чтобы мне хватило сил сдержать щит, — ведьма показывает собственные воспоминания, в которых несколько вампиров рвались к барьеру и бились об него, оставляя стекать кровавые дорожки. — Я защитила их. Конечно, я защитила их, но тебе стоит видеть вот что, — Шодерон показывала беспорядочно разбросанные на земле тела, тепло которых испарялось вместе с утекающей из вен кровью. — Во всем этом виноват Дерек. Тот самый всего лишь горделивый мальчишка.

[indent][indent]Никто прежде не вынуждал Белинду возвращаться в ту ночь. В ту самую ночь, когда она решила больше никогда и ни с кем связывать себя чем-то постоянным, будничным и доверительным. Ещё в восемнадцать Шодерон поняла, что простая жизнь не для неё. Над ней будто повисла печать разрушений и действовала она на всех окружающих. Только поднявшись на ноги в Новом Орлеане она перестала думать о собственной слабости и обратилась к силе. И до сегодняшнего дня этой силы хватало для борьбы с прошлым, потому что ни одно искупление не исправит два почивших ковена. Ни одно.
[indent][indent]— Жаль тебе, как же, — пробормотала под нос Белинда, отворачивая голову и быстро смахивая накатившие слезы. — Тебе жаль, что Дерек не выжил, — добавила она спокойным тоном. Отчасти это Шодерон могла понять; более того — принять. — Ничего, ведь семья есть семья. Ты борешься за свою, я за свою, — сказала ведьма, делая глубокий вдох и с усилием проглатывая болезненный ком в горле.
[indent][indent]Смотря на Кассандру, Белинда могла только думать о том какой может стать жизнь после смерти. Ведь по сути Блэйк и не жива вовсе, как и её сородичи. Они будто выбили добровольный контракт на существование, купив синтетическую подписку ценой человека, которым когда-то был каждый из них. Что это было? Страх сделать шаг за черту и оказаться в кромешной тьме, где ничего нет? Едва ли ведьме такое под силу понять. Особенно если она и не старается вовсе. Жизнь Белинды соткана из проблем, не оставляющих времени на размышления о вечном. Иногда она может позволить себе лишь задуматься над тем, чтобы притормозить и всмотреться в суть вещей. Прямо как сейчас, когда напротив неё сидит вампир. Кто бы мог подумать — сама Белинда Шодерон сидит за одним столом с кровопийцей, распивая коктейль и беседуя о трагедиях прошлого.
[indent][indent]— Я преподнесу тебе ещё один дар, Кассандра, — сказала ведьма, придвигаясь ближе. — Хочешь знать почему вампиров не любят? — она прищурилась, всматриваясь в лицо Блэйк, чтобы запомнить. Запомнить насколько все существа слабы вне зависимости от их дара или проклятья. — Знаешь как вы появились на свет? Вследствие ошибки. Всего один маленький просчет инквизитора привел к тому, что новая сыворотка сотворила первого вампира, — объяснила Белинда. — Всё магическое и сверхъестественное в нашем мире началось с ведьм. Мы были первыми кого наградила природа, потому что баланс настолько шаток, что самостоятельно наша земля уже не справлялась, а потом... Потом и нам понадобилась помощь. Мы создали оборотней, с почтением воспользовавшись силой луны, — продолжила она, понизив голос. — Я не ненавижу конкретно тебя, как ты могла подумать. И дело не только в том, что вампиры буквально сожрали целый ковен, потому что Дерек был слишком тщеславным. Мужчина никогда напрямую не спросит совета женщины, — с горькой усмешкой сказала Белинда, тяжело выдохнув. — Я просто никогда не смогу принять то, что нарушает баланс природы, и оскверняет мой источник силы.
[indent][indent]Шодерон может и не стоило говорить этих слов вампирше, но очередной её визит она точно не выдержит так стойко. Если ведьма позволила влезть в голову ради ответов на вопросы, которые давать не хотелось, то нужно было поставить ещё одну точку. Белинда поставила, надавив с силой. Когда-нибудь ведьмы вроде неё научатся жить в мире и взаимоуважении с вампирами, а не только использовать их кровь для заклинаний. Шодерон едва ли верила в такой исход для себя. То, что ей казалось правильным рассмотреть в Кассандре тень человека, вовсе не значило перемирия между ними. Белинда надеялась больше никогда не увидеть её даже случайно.
[indent][indent]— Дело не в тебе самой. Не хочу, чтобы эти мысли грызли тебя, ведь... — ведьма приподняла уголки губ в легкой улыбке, — ...ты слишком упрямая, когда тобой движет цель. Двадцать лет потратить на поиски меня. Я польщена, — Шодерон усмехнулась, поднимаясь из-за стола. — Пусть прошлое тебя больше не тревожит, — Белинда остановилась рядом и положила руку на плечо Блэйк, слегка сжав в поддерживающем жесте. — Живи настоящим и двигайся в будущее, Кассандра. У тебя для этого есть целая бесконечность, — с теплотой в голосе сказала ведьма, не ожидая от себя подобной искренности.
[indent][indent]Мельком взглянув на вампиршу, Шодерон снова едва заметно улыбнулась и поспешила к выходу. Сама того не желая, по пути домой Белинда думала только о Кассандре и её жизни, о её выборе и жертве. Когда-нибудь она постарается понять, но пока время не пришло.

Поделиться112020-02-08 20:32:42

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

рага_хуэнк

[indent][indent]Нормальные люди после нападения вампиров сидят дома, обложившись зверобоем и ультрафиолетовым лампами. Меня можно вычеркнуть сразу из двух списков: а) нормальных; б) людей. Ах да, можно ещё и из третьего — нормальных людей. Мне советуют не высовываться и не задерживаться допоздна в городе. Начинаю понимать своих детей, когда достаю их заботой, но я — мать. Мне можно. Совету и инквизиторам указывать мне нельзя. Только если чуть-чуть и в рамках закона. Насколько я помнила ни один из них [законов] не запрещал проводить мне вечера в баре за бокалом вина в приятной компании.
[indent][indent]Сегодня к «приятной» добавляем «очаровательная» — получаем вроде как свидание или как теперь называют встречи, когда ты приходишь в бар пофлиртовать и распустить руки под высоким градусом. И дабы не испортить вечер ни себе, ни ma cavalière всё же прибегаю к м а л е н ь к и м магическим хитростям: смене привычной откровенной одежды на более откровенную_вызывающую // легкой ностальгии по платиновому блонду вместо иссиня-черных локонов. Вуаля и перед вами та, в которой сложно узнать Белинду Шодерон.
[indent][indent]Ещё с несколько минут кручусь у зеркала, не веря в то, что решилась на радикальные меры по изменению внешности. Пусть всего на один вечер притворюсь кем-то другим [хах, будто мне впервой!] ради себя // своего спокойствия. Даже вчера я среди бела дня оглядывалась по сторонам, боясь, что кто-то из клана придет мстить за почившего ансилла. Сразу одергивала себя, ведь день — это моё время для жизни, никак не для кровососов. Не хочу тратить время_мысли на них. Меня вовремя отвлекает сообщение от Джоан [сразу хочется дать авансом плюс в карму, если в честь Джетт], где коротко и лаконично, всего в трёх словах умещается самое главное — буду в шесть. Простота не может не вызывать у меня улыбку, а моя мечтательная улыбка не может не стать поводом для ехидства Тавви.
[indent][indent]— Не-а, не вздумай, — предупреждаю сына, пригрозив указательным пальцем. В ответ на мой жест реакция сына была, как и всегда, однозначной — мам, ну ты серьезно? Мне двадцать восемь... — Да ничего не собирался говорить, правда. Хотел только спросить не подбросить ли тебя до мисс... — нависает короткая пауза, после которой Тавви начинает корчить из себя рок-звезду и напевать в манере Джоан Джетт, — I love rock ’n’ roll, — и что вот с ним делать? Закатываю глаза, продолжая наблюдать как сын продолжает свой концерт, но стоит ему налететь на стул и снести его как меня распирает на хохот. — Всё, поехали, рокер. Это тебе карма ответила за издевку над Джоан, — нравоучительно заявляю, поглаживая место ушиба на спине сына.
[indent][indent]Мы приезжаем почти впритык, успевая в дороге устроить караоке-к(б)ар. Тавви вот-вот ускользнул бы, не надави я на его совесть и не заставь заглянуть в Джудас. Как было сказано выше, отнести меня к нормальным людям почти невозможно, потому что н о р м а л ь н ы е матери не ходят в одной компании с детьми в бар и не предлагают оценить пассию на вечер по шкале от «пусть заплатит за тебя» до «понял, тебя дома не будет, можно не ждать». Сын приличия ради заходит на несколько минут поздороваться с Рагнаром [наверняка предупреждает его о чем-то вроде «не давай ей после вина пить текилу»] и переброситься парой слов с Хэнком. Я нервно оглядываюсь, видя знакомые лица и ни одной женщины, подходящей под описание: рыжая // метр шестьдесят // в приталенном пиджаке поверх платья цвета индиго.
[indent][indent]— Если она не придет через пятнадцать минут, то я буду агрессивно пить виски и ты, Рагнар, — смотрю на парня взглядом да-ты-вляпался-дорогой, — составишь мне компанию, — Тавви язвительно желает удачи Хэнкссону и получает ласковый тычок в плечо от меня. — Ладно, начнем с Chateau Mont-Redon, — промурлыкала на чистом французском и удалилась за свой любимый столик — в укромном углу, где приглушен свет.
[indent][indent]Удача на моей стороне и Джоан приезжает, успевая втиснуться в те пятнадцать минут, которые я мысленно засекла. Ладно, должна признать, она стоила моего ожидания. Проходит меньше часа за пустой болтовней. Я делаю вид, что мне интересно слушать Джоан. За мной совсем малое дело. Нужно вовремя натурально удивиться // вставить свои «да?» — «не может быть!» — «фантастика!». На деле я думала о её красивом платье; о теплых бликах, что переливаются на шелковистой ткани; о том, что под этим платьем. Засматриваюсь на неё и не сразу замечаю обеспокоенный // бегающий взгляд Джоан.
[indent][indent]— Что? Что такое? — оглядываюсь по сторонам, всполошившись. — Там, — пискнула она, пытаясь вжаться в самый темный угол. — Что там? — либо я много выпила, либо совсем не соображаю — микс двух вариантов держим в уме. Источника беспокойств женщины мне отыскать не удалось. — Мужчина в костюме, — сдавленно добавляет Джоан, нервно вжимаясь в спинку стула. — Ты его знаешь? — обеспокоенно спрашиваю, рисуя себя сюжеты из Санта-Барбары, где всё так или иначе состояли друг с другом в отношениях. — Он мой муж, — шепотом произносит рыжая, а у меня сердце в пятки падает. Резко выдерживаю руку из её дрожащей ладони. Попытки сопоставить реальность и свои действия проваливается в грандиозным треском. — О Н Т В О Й К Т О ? — возмущенного переспросила, шипя на Джоан. — Так, ладно, я всё улажу. Сиди здесь и не высовывайся, — наказала ей, удалившись в сторону бара. Краем уха слышу как мужчина представляется проверяющим и замедляю шаг. Махаю Рагнару, подзывая к себе, чтобы предупредить о возможной проблеме. Муж Джоан, видимо, отправляется на поиски Хэнка, а я пользуюсь моментом // цепляю бармена под локоть // отвожу в сторону. — У нас проблема. Та женщина, Джоан, ну... Она жена этого, — выглядываю из-за плеча Рагнара и бросаю оценивающий взгляд на мужчину, — павлина, — перевожу н е л о в к и й / / в и н о в а т ы й взгляд на Хэнкссона. Моя гримаса, полная сожаления, лучшая иллюстрация чисто американского — o o p s !

[indent][indent]Мне хочется провалиться под землю, вот прям с е й ч а с . Ухнуть в недра земли, утечь по-английски, испариться по-французски, в общем, все национальные способы прыгнуть щучкой в прорубь испробовать, но (!). Но я же, вашу мать, мать ваша Белинда Шодерон и мне не положено бежать от проблем. Остается лишь одна опция — влезть в наклевывающуюся авантюру да посильнее, чтобы весело стало всем. Я правда не специально, оно само так. Честное шмародромское, великое блядиндерское.
[indent][indent]И, видимо, карма у меня такая, что не я забочусь о своих детях и тех, которых родила, и тех, которые стали названными; а они пытаются устранить мои проблемы. Ещё немного и начну думать о первых признаках старости, настигших меня, но пока мои прекрасные дети подают мне стакан водочки, а не воды, то можно немного расслабиться. Точнее, нельзя, потому что над нами // Джудасом походу нависает серьезная проблема. Не знаю куда вся эта передряга заведет, но подсказывают мои ягодицы, что зря я сегодня прицокала в бар на каблуках. Очень-очень-очень зря. Себе я могу не верить, а вот задница, она такая — она чует всё безошибочно. Надо было вчера покупать в аптеке успокоительные, а не, кгхм, собственно неважно.
[indent][indent]— Вот так открытие, дорогой, — театрально удивляюсь и закатываю глаза. — Ты думаешь в тиндере кто-то указывает факт замужества? Это же просто блядюшник чисто на раз-два, ну, — пожимаю плечами и голос становится таким же сдавленным. Со стороны начинает казаться будто мы с Рагой сейчас допетрили, что оплошали прямо в кульминации грандиозного действа, но машина запущена и несется на всех парах без тормозов. Gospodi, nam pizdak. — Проблема в том, что если этот самый найдет её здесь с иголочки одетую и ещё в моей компании, то догадаться несложно что к чему, — хлопаю ладонью Рагнара по н\о\ж\н\и\ц\а\м и щурюсь как озлобленная стервятница. — Блять, Рагнар, — дожили! Заливаюсь стыдливой краской перед молодым парнем, который наверняка побольше моего в постели повидал. Хотя... — Вообще-то никто так не трахается, — авторитетно заявляю, как-то не вовремя включив в себе лектора по половому воспитанию. — Прекрати уже, мне правда нужна помощь. Её надо как-то вывести отсюда пока мистер Проверяющий не устроил Хэнку чего послаще, у него и так жопа по швам трещит от управления Джудасом, — взмолилась я, надеясь на понимание, но гримаса кокетства на грани с мольбой резко меняется на возмущение в кубической степени. — Меня позавчера чуть не сожрали три вампира в грязной подворотне, я просто хотела поеба... — но договорить не успеваю, потому что алколучик осветил наше спиртовое_солодовое царство.
[indent][indent]— Здрасте, я Хэнк Мёрфи.
[indent][indent]Сдерживаюсь от комментария «huёm po pasti» на это родное_бухое «здрасте». До сих пор непривычно видеть Хэнка во главе чего-то более серьезного, чем пирамида из виски и колы. Но мы поддерживаем как можем и проблем тоже подкидываем от души. Ладно, проблем подкидываю я, но кто же знал... Кто же знал...
[indent][indent]— Б л я т ь , — свистит тихим выдохом в ладошку, за которой же прячу взгляд, полный отчаяния и безнадеги. Если прислушаться, то между теми волшебными пятью буквами можно расслышать — б [нам] л [полный] я [пиздец] т [простите] ь. Собираю себя в кулак и поворачиваюсь к Хэнку и проверяющему. — Рага, его надо как-то предупредить, — слегка отклоняюсь назад и говорю сквозь плотно прижатые губы. Наверняка сверхслух уловил каждое слово. И не только медвежье чутье сделало жим-жим. — Надо увести этого придурка, а я выведу его жену пока она не... — пока не наворотила делов хотела бы сказать, но шевелюра Джоан уже начала мелькать на горизонте подобно тому как всадники апокалипсиса чинно скачут в эпицентр бедствия.
[indent][indent]Я киваю ей на дверь, мол, давай, уноси ноги у нас тут все п о д к о н т р о л е м [конечно же, нет]. Джоан словно ураган несется к нашей хилой хибаре, сделанной из говна и палок, чтобы смачно разнести и размазать всё по стенам. Так сказать, увековечить момент // свой апогей храбрости и решительности. Смотря на эту женщину, я понимаю по взгляду и волнительно воздымающейся груди [а ведь воздыматься могла в более приятной обстановке, Джоан!], что грядет непоправимое. Хотела бы посоветовать никогда не связываться с женщинами, но кто послушает? Ах, ну и куда я сама без э/т/о/г/о/-/с/а/м/о/г/о.
[indent][indent]— Кевин, да ты совсем уже охренел? — возмущенно вопрошает Джоан, а голос у неё ну просто амброзия. Твою же за задницу, нельзя было потерпеть...? Так-так-так, стоп-стоп-стоп. Не туда мысль полилась. — Ты следишь за мной?! — стоит отдать первое место по охуеванию с ситуации Кевину, его лицо просто н е ч т о , гляди вот-вот и челюсть отвалится. — Знаешь, что? Ты достал меня уже. Да, я изменяю тебе, — победно заявляет Джоан, вколачивая последний гвоздь в крышку [по ходу дела разберемся чьего] гроба.
[indent][indent]— П и з д е ц , — прикрываю глаза ладонью и обреченно вздыхаю, ожидая когда не_моя спутница на вечер в траходром заложит ещё и меня в придачу. Она ведь не думает, что я сейчас подлечу на крыльях любви и увезу её на Лесбос, проводить незабываемые дни и ночи в люкс-бунгало. Или думает? Тогда, упси ой.
[indent][indent]Отчего-то Кевин решает, что виновником торжества был Хэнк. Если рассуждать логически, то его можно понять. Рага слишком молод и горяч для кого-то вроде Джоан, а я так вообще баба — вот это поворот. Методом армейской вилки Кевин уже мысленно ударил в середину, решив приписать мои блядовские заслуги Хэнку, но не тут-то было. Я ведь подруга Мёрфи и в беде его не брошу. В конце концов, не ударит же Кевин женщину, а если и ударит, то Рагнар обещал моему сыну, что мои царапины — это его царапины. Или кулак по морде лица не считается? Но ведь на Раге быстрее заживет.
[indent][indent]— Джентльмены, давайте успокоимся, — плавно влезаю между Кевином и Хэнком, чуть ли не затылком чувствуя как второй сейчас покажет всем какой он джентльмен. — Вы ведь профессионал своего дела, — заботливо поправляю пиджак и галстук проверяющего. — Давайте перестанем быть злыми, оставим личные передряги за пределами бара, вы проверите какое здесь прекрасное место для отдыха и... — ладно, я с д а ю с ь . Мне самой противно лебезить перед мужчиной, который даже собственную жену удовлетворить не может. — Хэнк не виноват, Джоан пришла со мной, — предусмотрительно делаю шаг назад и складываю руки на груди. Поднимаю подборок, мол, выкуси и проваливай, скорострелам здесь не рады. — Да, это я трахаю твою жену, — технически нет, только собиралась; но перекошенное лицо Кевина стоило этого лжефакта. — Можешь выписать мне штраф и залиться в другом баре, — добавила в надежде, что именно так Кевин и поступит, но нет, он кладет свой портфельчик на барную стойку, снимает пиджак и галстук, закатывает рукава; а я в геометрической прогрессии начинаю выхуевать. Когда он с отчаянным криком замахивается на меня, то резко приседаю и кулак Кевина смачно проезжается по роже Хэнка. Вот уж заступилась за друга так заступилась.

[indent][indent]Думала ли я, что ситуация примет такой оборот? Впрочем тут надо отвечать на вопрос «думала ли я?», потому что не особо. Я уже подпитая и мне чуть-чуточку весело. Поднимаясь на ноги, я наблюдаю интересную картину. Хэнк распластался на стойке, Кевин злобно дышит, будто вот-вот от своей слепой ярости сотворит грех и запачкает штанишки своего делового костюма, а Рага... А ой, вот и Рага тянет ручки к маме. А не за этим самым. А ой х2. Кряхтит как наглая голодная чайка, отгораживая меня от Кевина или Кевина от меня. Тут не особо нужно разбираться. Десяток пар глаз, прикованный к нам, горят поярче, чем челюсть Хэнка. Я, может, и баба-дура, но здесь принято бить рожи только мужикам. Ну и вообще тоже придумал руку на мать поднимать, да-ага.
[indent][indent]Но прятаться за Рагнаром тоже мероприятие сомнительное. Я затылком чувствую как он буквально встает на дыбы. В его ладонях вижу ледяной отблеск в количестве двух штук. Так-так-так, у нас тут намечается peace duck. Хэнкссон из последних сил сдерживается, чтобы не обратиться, а меня это нисколечки не отрезвляет. Ещё сильнее алкоголь бьет в голову. Я почти готова вслед за Джоан хлопнуться в обморок, благо вовремя переключатель щелкает и магнит, притягивающий к себе дичь да приключения, активируется.
[indent][indent]— Рагнар... — тихо зову его, but my last two brain cells уже знают что было_будет дальше. Месяц назад он мне разнес оранжерею, а в этот раз разнесет в щепки либо Кевина, либо Джудас. Голосую за первый вариант. — Хэнк, bear alarm! — повышаю голос, прерывая мстю проверяющему. Оказываюсь за спиной Мёрфи также быстро, как вероятно кончает Кевин. У меня сегодня два путешествия за спину по цене одного. Всё-таки какава же жизнь, когда тебя защищают такие... А снова ой. Не об этом же сейчас надо думать. — Где?! — какой ещё блять пожар? Я не_слегка теряюсь и начинаю тупить, когда Хэнк начинает орать мне прямо в лицо. Мне в такие моменты хочется орать ещё громче и вот ору. — Да... Прекрати... Меня... Трясссьььти... — кое-как выговариваю и на удачу оборотня не сшибаю пьяной волной посетителей со стульев. Наконец Мёрфи перестает думать, что я собачка-болванка, которую прикольно щелкать по носу, чтобы она болванила на панели [остановите внутренний ор, ну почему я искрометно шучу, когда вот так]. — ДА ПОНЯЛА Я УЖЕ, ПОНЯЛА!
[indent][indent]Упс. А магия-то дама капризная и работать не хочет. Я делаю раз-два, раз-два-три и н и ч е г о . На моем лице переливается гамма из «ачё», «непон» и «всмисле». Рагу херовить уже не по-детски начинает. Я не эксперт в медвежьих капризах, знаю только, что возможно мои предки приложили свои пальчики к печати. Может у Хэнкссона тысячелетняя обида на меня проснулась и его штормит от разъедающего чувства несправедливости? А потом в голове начинает укладываться, что отчего-то мишку бесит ошивающийся рядом незнакомый мне парнишка. Выглядит на троечку. Он с тематической вечеринки сбежал? Или из Дома Забвения? Или вино вдарило настолько, что мне кажется, будто череп у него просвечивает сквозь кожу. Страсти-то какие. Но Раге-то лучше не становится.
[indent][indent]— Значит, так! — снова машу руками, как идиотка, и всё впустую. — Твою блять мать... — бурчу под нос, понимая, что видимо и правда придется устраивать пожар. Нахожу бутылку самого дешевого коньяка, отрываю кусок от подола платья и запихиваю в горлышко. — Немедленно покиньте здание, у нас пожар! — оглашаю, надеясь, что мне на слово поверят, ну да конечно как же. — Где? — кто-то переспрашивает, а я уже чиркаю зажигалкой и поджигаю ткань, пропитанную коньяком. — Здесь! — кидаю бутылку на середину, отделяя себя, Рагу и Хэнка от остальных.
[indent][indent]Огненная змейка на полу криво делит помещение, но этого достаточно, чтобы даже зеваки начали рвать когти к выходу. Я кому-то в руки толкаю и Кевина, и Джоан, пока не думая о том с к о л ь к о всего они могли увидеть и стоит ли беспокоиться о раскрытии нашего мира. Как-то не до этого, когда Рагнара пидорасит будто он под кислотой оттягивается на рейве. Уж я-то понимаю, что нам так или иначе конец. Стоило бы позвонить Тавви и попросить помочь, ведь трезвый ведьмак здесь больше к месту, чем пьяная я. Но между шрамами от медвежьих рваных ран на сыне или себе — пожалуй, выберу себя; поэтому больше не отвлекаюсь от происходящей катастрофы и начинаю усиленно думать как избежать наказания за эту фиесту.
[indent][indent]— Хэнк, это бесполезно! — оп, вот и первая здравая мысль. — Он едва контролирует себя, обращайся, я подстрахую, — когда последний хвост оказывается за порогом Джудаса, чувствую непонятный прилив сил; словно нечто перестало их блокировать. Ах да, это ведь алкоголь отступил. Ну просто чудеса природы. Как и месяц назад выбираю тактику закрыть нас в клетке со зверем. Аконита в моем кольце не так много, придется оставить на самый безнадежный момент. Стараюсь внятно прочесть заклинание и поставить барьер, чтобы предотвратить побег медведя. Помимо светящих фар и опасно торчащих клыков, измазанных кровью, я вижу как начинают белеть волосы Рагнара. — Хэнк, быстрее! — мой крик больше напоминает испуганный визг. Ну а попробуй сохрани бесстрашное лицо перед т/а/к/и/м/-/в/о/т. В Хэнкссоне становится больше животного и дикого, чем человеческого и знакомого. Передо мной оказывается огромный медведь и я застываю на месте. — Твою ж налево... Только не ешь меня, а...

[indent][indent]Страх меня парализует, но под его плотной шубкой из набивного меха ютится чувство безграничного восхищения. Увидеть перед собой полярного медведя, пусть и готового разорвать тебя на кожаные тряпки, сродни чуду. Почти как принять самый чистый кокаин, сдерживающий всякие сомнения, которые обычно возвращают тебя к реальности. Я просто застываю, теряя драгоценные секунды. Зверь даже в самой опасной своей ипостаси прекрасен. В мою ещё не до конца протрезвевшую голову закрывается мысль: «боль прекрасна». Именно в такой боли таится настоящая сила. Но выставка звериного Ренессанса заканчивается, толком не успев начаться. Рагнару [или он уже растворился под белой шкурой?] страшно лишь секунду. Ровно столько же сколько не страшно мне, пришибленной кратковременным восторгом.
[indent][indent]— Поняла, постараюсь быстрее, — успеваю бросить в ответ, наконец вернув себе способность двигаться.
[indent][indent]Инстинкт самосохранения перезапускается, подсказывая в какую сторону делать ноги. Работает схема недолго. Обычно желание пожить ещё немного работает несколько иначе. Оно заставляет скрываться, убегая как можно дальше. За столько лет, что я впутана в передряги Нового Орлеана, многие здравые инстинкты атрофировались. Да господи боже, вы просто посмотрите на тех, кто стал моей семьей. Странно, что помимо инстинктов я не проебала ещё магию. С моим умением находить проблемы удивительно, что я не одна из царства мистических джунглей или не кровопийца. Хотя случилось второе — не раздумывая вышла бы на прогулку при свете дня да спалила бы себя ультрафиолетом к чертям.
[indent][indent]Если происходящее сейчас — предвестник смерти, то мои предсмертные мысли до смешного тупы. Даже отгородившись дверью подсобки от битвы, не перестаю чувствовать себя частью агрессивного месилова. Руки знают своё дело и шарят по полкам в поисках заветной настойки. Фиолетовая жидкость выглядит как самая настоящая смерть. Слишком кислотный оттенок, значит, доза должна быть ударной, чтобы наверняка. Возможно потом я спрошу Хэнка зачем им настолько мощный концентрат яда. Возможно сделаю вид, что ничего подозрительного в добровольном хранении волками аконита нет.
[indent][indent]Взбалтываю ампулу, растворяя осадок в настойке. Невольно вжимаю голову в плечи, когда до подсобки доносится грохот и треск ломающейся мебели. Нужно поторопиться. Как назло мне даже подстраховаться нечем. Шприц всего один, как и склянка с аконитом тоже одна. У меня будет лишь одна возможность угомонить зверя. Вот бы в обморок не хлопнуться при виде клыков размером с мои пальцы каждый. Вдобавок острых, растущих из мощных челюстей, что могут сомкнуться мертвой хваткой. Я, в отличие от Хэнка, рискую узнать что за свет в конце тоннеля. Но если не поспешу, то может он меня как раз и встретит на той стороне. Вместе узнаем.
[indent][indent]Набираю в шприц настойку трясущимися руками. Хочется верить, что меня белка до такого довела, но кого я пытаюсь обмануть, хах. Как только в ампуле кончается настойка, врываюсь на огненную вечеринку. Дела совсем плохи. Хорошо хоть медведю от Рагнара передалась установка: вижу цель, не вижу препятствий. Мне сейчас на руку. Если я выживу после такого, готова поклясться больше не клеить чужих жен в Джудасе. Хотя бы в смену Рагнара. Но тогда в чем смысл? Видимо, и вправду придется завязать. Пока медведь стоит ко мне жопой, а мы это проходили, момент идеальный. За исключением одного маленького «но». Укол в медвежье филе не будет действенен. До момента пока аконит поразит и скует мышцы Рагнара он вполне успеет прокусить хребет Хэнку следом за столом. В общем, не повторяйте дома, трюк выполнен профессиональными идиотами. Ведь только мне хватит ума дернуть белого медведя за шерсть, чтобы он повернулся ко мне и я могла всадить ему шприц в пузо [или в печень, у меня так-то прицел сбит]. Пока мне не прилетело лапищей изо всех сил давлю на поршень, впрыскивая аконит. Но мне всё равно прилетает. Благо в плечо, потому что я предпочту отлететь в груду переломанных стульев и столов, чем замертво упасть с откушенной башкой прям на месте.
[indent][indent]— Хэнк, не дай ему уйти, — через силу выдавливаю каждое слово, придерживая раненную руку. На предплечье три довольно глубоких раны саднят так, будто мне раскаленной кочергой клеймо поставили. Кожаная куртка уменьшила масштаб катастрофы, но не очень-то и сильно. — Дверь, Хэнк, — указываю на барьер, что начал предательски мерцать, оповещая о своем хилом состоянии. Через силу заставляю себя дышать, стараясь не отрубиться. Щекотливое чувство, которого мне словно не хватало. Все же лучше пусть и дальше не хватало бы. Когда уже этот блядский аконит ослабит дурь, застоявшуюся в полярных венах? Переваливаюсь на другой бок. Вытягиваю руку и произношу заклинание. Барьер тает затухающими отблесками, вместо него появляются неравномерные сгустки магии, что превращаются в сдерживающий пояс. Он не дает медведю сделать шаг в сторону выхода, но если бы это ещё помогало предотвратить попытки вырваться. Рагнар упертый, как баран. И это первый раз, когда я в нем не ценю столь полезное качество. Чувствую как верхнюю губу щекочет что-то. Рот наполняется металлическим привкусом. О-оу, дело дрянь. У Блядиндера низкий заряд аккумулятора. Рискую сесть. В том числе и в инквизиторскую тюрьму, если сейчас дам слабину и Рагнар побежит наводить шороху на весь Новый Орлеан. — Рагнар! — окликаю его, вообще в душе не представляя на что надеюсь. — Рагнар, если ты не будешь сильнее, то всё закончится ещё до утра, — голос предательски дрожит. Мои силы, моя магия на исходе. Если я не остановлюсь, то взять взаймы не получится. Магия выжрет каждую крупицу жизни в моем теле. Опускаю руку, позволяя инерции сделать своё дело. Напор в несколько центнеров оборачивается против медведя, когда магический барьер падает. — Тогда ты не увидишь свою сестру, — опасно, но выхода нет. Сильнее аконита для Рагнара разве что, — Сигрид.

Поделиться122020-02-24 01:22:00

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

флавви_1

[indent][indent]С самого утра Белинду преследовало чувство тревоги. Ведьма привыкла прислушиваться к любым знакам, которые преподносила интуиция. Впрочем, Шодерон перманентно пребывала в состоянии беспокойства. Поводов у неё, как минимум, с десяток, но главным и первостепенным всегда были дети. Когда сердце щемило по-матерински, то Белинда не находила себе места.

[indent][indent]Самое чёрное и грозное облако нависло над Флавией. Шодерон старательно сдерживала молнии, что они с дочерью стали метать друг в друга с завидной частотой. Каждая ссора с юным воплощением самой себя — н е в ы н о с и м а — для Белинды. Из раза в раз она чувствует, будто ломает себя кость за костью, когда её слова ранят_злят дочь. И если в остальные дни буря утихала быстро, то сегодня волны страха за Флавию становились выше и выше.

[indent][indent]Белинда старалась [не] вмешиваться в жизнь дочери // ограничивать её свободу. На ней двойная ответственность: и как за девочку-подростка, и как за юную ведьму, которой только через полгода предстояла инициация. Совсем на малую долю секунды Шодерон подумала о том, что в ковене становление детей проходило бы более гладко. По ментальному резкому щелчку пальца отбрасывала подобные мысли. У них совсем иная судьба, никак не связанная с какими-либо объединениями ведьм. Белинда сама сделала выбор в пользу сложного пути, по которому тащила детей. Факт того, что они до сих пор не захотели присоединяться к любому из ковенов, красноречиво говорил лишь об одном — всё идёт как надо.

[indent][indent]Ведьма с большим трудом сдерживает себя от желания найти дочь. Всего-то нужна её вещь, карта и простое заклинание, но слежка в их семье — строгое табу. По крайней мере, пока никому из них не грозит что-то серьезное. Белинда старательно отвлекает себя делами по дому, чтобы ненароком не нарушить своих же запретов. Она наводит порядок дома, перебирает книги и обновляет склянки с ингредиентами. Можно было бы воспользоваться магией, но только ручной труд помогает женщине выпустить пар. Шодерон [наконец-то!] не замечает как пролетает несколько часов. Близился обед. Значит, Флавия скоро вернется и полезет в оранжерею. Некоторым привычкам она не изменяла. Именно они были своего рода указателем — стоит беспокоиться или пока нет.

[indent][indent]Белинда чувствует напряжение, исходящее от дочери. Чувствует и нечто другое — злобу. Флавия корпит над сочинением в школу, но Белинда не лезет. Она не понимает важность классического образования в полной мере. Её обучала бабушка и этих знаний хватило на более глобальные цели, чем нервотрепка из-за недостающего количества слов в писанине. Своих мыслей Шодерон не озвучивает, надеясь, что однажды Флавия всё же поймет, что им дана необыкновенная жизнь, где ни логарифмы, ни законы Ньютона не понадобятся. Магия — про невозможное. В школах во все времена веру в невозможное опровергали: когда-то казнью, когда-то изощренными пытками.

[indent][indent]— Не задерживайся! — только и успевает крикнуть вслед Белинда, но в ответ с л и ш к о м г р о м к и й хлопок дверью.

[indent][indent]Женщина тянется к пачке сигарет, лежащей на холодильнике. Ей даже не нужно вглядываться в содержимое, чтобы понять — не хватает. Тяжело вздохнув, Шодерон прикуривает и выпускает едва осязаемый клубок дыма в потолок. У неё заканчиваются силы на борьбу с юношеским максимализмом Флавии. Она откровенно считала, что сложнее будет с Тавви. Мальчишки всегда сложнее, но в жизни Белинды всё всегда вверх дном. Иногда ведьма ловила себя на мысли, что это пробивается характер Дерека, отца её детей. Только он со злобы способен был сотворить нечто непоправимое, что несло вред не только ему, но и окружающим. Попади они в радиус ударной волны ошибки случайно или нет — страдали все одинаково. Ровно такое же чувство тревоги пробило Белинду сейчас, будто её выкинуло в Самайн девяносто шестого. Прошлое стало довольно часто настигать Шодерон. Чем быстрее она бежала от него, тем стремительнее оно давало о себе знать. Или, как вариант, у Белинды появилось слишком много времени, чтобы думать о том, о чем не стоит думать вовсе.

[indent][indent]Кристаллы, висящие в дверном проеме, начали переливаться и быстро мигать. Кто-то чужой подбирался к дому Шодерон. Она точно видела, что ведьма, благодаря мягкому зеленому свечению. Незваную гостью Белинда встретила на веранде, докуривая третью сигарету подряд и запивая никотиновое послевкусие чаем с жасмином. В беспокойном силуэте Шодерон узнает школьную подругу дочери.

[indent][indent]— Алиса? — уточняет, скорее, для себя. Она не успевает выстроить кипу вопросов, как это делают н о р м а л ь н ы е м а т е р и . Её хватает только на один, самый важный. — Чем обязана? — Белинда знала, что дети не должны быть напоминанием преступлений и нелепого поведения своих родителей, но Алиса, увы, не просто напоминание трусости, но и в остальном тоже копия своих вертлявых отца и матери. — Мисс Шодерон, там Флавия и остальные девочки ковена... — девушка задыхается, явно долго бежала от автобусной остановки со всех ног. — Так, ну-ка не миссшодеронкай на меня, — ведьма ненавидела официоз и формальности. — Они хотят запечатать оборотней в волчьих шкурах... — наконец-то выдает главное Алиса. — ОНИ ЧТО?! — благо Шодерон вовремя вспоминает, что девчушка — посол доброй воли, а любая секунда, потраченная на тирады, может стать решающей. — Я подброшу тебя домой, немедленно предупреди стаю, чтобы их эмиссар успел приготовить нужное зелье или наложить защитное заклинание.

[indent][indent]Белинда знала куда ехать. Она знала что требуется для ритуала, как и знала, что кучка не инициированных ведьм могут наломать дров [и, скорее всего, наломают их]. Женщина высаживает Алису и едет к аконитовому полю, не сбавляя скорости и наверняка нарушая всякие правила. Шодерон опаздывает. То, что ритуал, пошел неправильно очевидно по витающим сгусткам магии. Когда Белинда приближается, её отбрасывает магический круг, который сразу же вспыхнул ярким пламенем на несколько метров вверх.

[indent][indent]— Флавия! — ведьма только с виду кажется той, которая знает, что делать. Она кажется спокойной, но на деле её сковывает страх и мысль, что она не успеет спасти свою дочь. — Флавия, какое заклинание вы использовали?!

[indent][indent]Самые настоящие страх и ненависть можно испытать не в пресловутом Лас-Вегасе, а на аконитовом поле в Новом Орлеане. Сердце Белинды в сию же секунду ухнуло в какую-то бездонную, тёмную низину. Её дочь заточена в магическом круге по вине недалеких девочек-подростков. Если кто-то мог разбиться лепешкой о бронебойное стекло, доказывая, что ведьма Шодерон самая добродушная из всех тех кому вверена магия, то жертва эта будет напрасной. Сейчас Белинда люто ненавидела перепуганных // беспомощных девиц, втянувших Флавию в опасную авантюру. Нет, она никогда не была против ведьмовских шалостей, ведь сама грешила подобным в годы беспечной юности. Но была разница между шалостью и полным неуважением к дару, который тек по венам нечеловеческой силой. Такие ведьмы уже в зародыше проклятье магического общества. От таких экземпляров Шодерон бежала всю жизнь, укрывая своих детей. Вовсе не из аскетических убеждений.

[indent][indent]— Флавия, послушай, — в голосе Белинды сквозит мольба и просьба действительно услышать её. — Я не могу попасть к вам. Заклинание слишком сильное для меня одной. Не смотри на Алису, она бесполезна, — разочарованно добавляет женщина. — Кроме тебя никто не сможет успокоить то, что происходит внутри круга, — сказала она вкрадчиво, кивая в подтверждение своих слов. — Потоки магии нестабильны. Ты сама понимаешь что это значит. Попробуй навести порядок внутри. Возможно тогда у меня получиться безопасно нарушить целостность круга, — объясняет она, снова предпринимая попытку подобраться ближе к едва заметной пелене с агрессивно сверкающими сгустками магии.

[indent][indent]Времени недоумевать // причитать // отчаиваться не было. Белинда бормотала заклинания, чтобы сдержать нестабильные элементы, что рвались из круга вон сеять хаос дальше. Пока ведьмы-недоучки заходились коллективной истерикой Флавия латала всё изнутри. Шодерон поглядывала с гордостью на дочь. Её смелость придавала сил и дальше спешно произносить длинные предложения на латыни. Сквозь оглушительный треск слышит новый всплеск девчачьих перепуганных голосов. Магия прекратила своё буйство и тогда Белинда смогла подойти ближе. Коротким заклинанием ведьма уничтожает круг и сердито вздыхает. Им всем крупно везет, потому что Шодерон раздирает от интереса каким заклинанием девочки решили накликать беду на оборотней.

[indent][indent]— Я знаю что не ты, — холодно сказала Белинда, переведя дух. Она бегает глазами по строчкам, узнавая в них магию новоорлеанских ведьм. — Я тебя такому не учила и не стала бы, — разочарование брало вверх над материнским сердоболием. — А-а-а, не так быстро, девочки, — Шодерон уловила периферийным зрением попытку к бегству. Взмах рукой и очередное ругательство по латыни — бегущие с глухим стуком врезаются в невидимый барьер. — Ваши родители в курсе о вашей глупой шалости, но позвольте вам напомнить ещё раз: магия — не игрушка. Магия — не метод мести и уж точно не личная прихоть! — женщина повысила голос, а в интонации так и бесновались грозы и молнии. — Если вы и дальше будете думать, что магия всего лишь данность, то провалите инициацию. Каждая, — пригрозила Белинда, обрисовывая всю паршивость положения. В её времена инициация была не только праздником, который приветствовал и величал магию в каждой новой ведьме; но чередой экзаменов, важность которых Шодерон помнит и сегодня. Свои ведьма сдала без каких-либо трудностей, оставив теплый отпечаток на душе о том дне, только по одной причине — искреннее понимание. — Что с вами делать решат ваши родители, а что касается Флавии — вам стоит быть благодарными ей и лучше больше не втягивать её в подобные авантюры, иначе отвечать будете уже перед Советом.

[indent][indent]Этим юным ведьмам бесполезно что-либо объяснять. Наверняка они выросли в роскоши, окутанные поблажками своих родителей и не знающие истинной цены вещам. Быть может, ковены и сильны количеством, но слишком усердно шлифуют промахи своих подопечных с детства, что в более зрелом возрасте они не способны признавать свои ошибки. Для Белинды это также странно и непонятно как и многое другое в традиционном магическом мире. Ей непонятно как ведьмы её возраста, получившие поистине сильное образование в стенах некогда великих ковенов, произвели на свет толпу мстительных истеричек.

[indent][indent]— Ф л а в и я , — но в который раз за день // неделю // месяц дочь не слышит [или не хочет слышать] свою мать. Всё, что может сделать Белинда — оставить в покое и не давить. Дать собраться с мыслями не только себе, но и дочери. Она до сих пор не может понять когда их занесло в кювет взаимного недопонимания. И всё чаще наталкивает себя на мысль, что они слишком похожи, поэтому им бывает тяжело. Обратная сторона материнской гордости оказалась горькой, но у них не всё потеряно. Шодерон всегда боролась за свою семью, поэтому даёт то ценное время им обеим, прежде чем войти на кухню и поставить чайник, что значило — беседа будет долгой. — Почему ты злишься на меня, Флавия? Я сделала что-то не так, придя на помощь? Я задела твоё достоинство или в чем причина твоего поведения? — начала издалека Белинда, но её слова отскакивали от Флавии как горох от стены. — Что ты хочешь доказать? Что ты достаточно взрослая и может даже в чем-то лучше меня или другой взрослой ведьмы? Поэтому ты таскаешь у меня сигареты и устраиваешь шабаш с сомнительными недоделками? — женщина тяжело вздыхает прямо в унисон закипающему чайнику. — Я вообще-то с тобой разговариваю, Флавия.

[indent][indent]Нет более тяжелых поражений, чем те, что происходят на поле битвы под названием — семья [материнство]. Белинда терпит очередное, запоздало понимая паршивость ситуации. Флавия слишком молода, поэтому ей непонятны опасения матери. Логично. Закономерно. Несправедливо.

[indent][indent]Шодерон не злилась на проступок дочери в той мере, в которой злилась на саму себя. Она злилась на свою слабость, ведь в бушующем подсознании вырисовывалась непростая и мрачная картина. Женщина боялась, что её сил и влияния в Новом Орлеане не хватит для защиты Флавии. Этот запоротый ритуал перечеркнул жизнь на то, что было до; на то, что стало после. Привычное сечение, которое вспарывало историю самой Белинды с первого проявления магии. Тот самый золотой стандарт, дробящий и без того короткую жизнь на более короткие отрезки.

[indent][indent]Инстинктивно ведьма набирает одной рукой sms-ку Коту, коротко и отчаянно прося быть готовым к очередной передряге, из которой ему возможно придется вытаскивать семью Шодерон. Снова. Круговорот проблем никогда не закончится. Наоборот — только сильнее утянет их в эпицентр смерча. Ответ приходит моментально. Конечно, её старый добрый Кот не оставит в беде. Даже не возьмет на карандаш за оказание очередной услуги, но обязанной Белинда всё равно будет чувствовать себя.

[indent][indent]— Нет, я не понимаю, Флавия! — резко выпалила женщина, небрежно бросив телефон за спину на кухонную тумбу. — Я, чёрт побери, не понимаю! Я не понимаю как такая умная и образованная ведьма могла связаться с пустоголовыми марионетками да ещё пойти у них на поводу! — возможно Белинда перегибала, но перед глазами у неё все ещё беснуется огненный барьер, из которого рикошетом вылетали сгустки магии. — Ты могла пострадать по чужой глупости! Это ещё хуже, чем если бы ты сама допустила ошибку, — интонация в голосе резко меняется с «я от тебя сейчас мокрого места не оставлю» до «ну неужели ты не понимаешь?». — Так что будь добра — объяснись, — устало добавила Шодерон, отведя взгляд в сторону.

[indent][indent]Ругать дочь занятие весьма энергозатратное. Повисшее молчание давило на виски, заземляя Белинду всё ниже. Так и провалиться сквозь землю недалеко. Пока Флавия продолжает вести себя как девица в темнице, женщина закидывает в микроволновку соленый попкорн. Ей нужно что-нибудь съесть пока она кого-то не сожрала с потрохами от стресса и злобы, но в основном из-за страха. Он накатывает снова, едва не сшибая с ног громоздкой волной. Мысль о том, что Белинда могла не успеть, крепко заседает в подкорке. Отпустит нескоро.

[indent][indent]Кажется в их доме закипал не только чайник и взрывались не только зёрна кукурузы в микроволновке. Шодерон нутром чувствовала, что настоящий взрыв почти на пороге. Это как готовиться к неизбежному — нелепо. Сколько бы не молилась про себя, прося об отсрочке, этот разговор настиг бы их обеих. Не просто чувствуя, а глубоко в сердцах будто зная наперед что произойдет через несколько секунд, Белинда повернулась к Флавии. Она должна и смотреть, и слушать, и понимать; невыносимо сложно, но должна. В том возрасте, в котором пребывала её дочь, Шодерон не слушали [точнее — слушать не хотели]. Ведьма не станет допускать ошибок своей матери, как и надеется, что Флавия никогда не обожжется о наследие Белинды.

[indent][indent]— Ты... Ты что? — растерянно пробормотала женщина, застыв на месте. Она беспомощно смотрела по сторонам, не зная что ответить дочери. В Шодерон заложено природой думать сразу о плохом дабы не оказаться застигнутой врасплох обстоятельствами. — Милая, но ты ведь... Тебе не надо ничего доказывать. Флавия, ты даже ещё инициацию не прошла, чтобы думать о чем-то глобальном, — неуверенно сказала Белинда, нахмурившись. — Ты так говоришь будто любое сходство со мной — это наказание, — со сквозящей болью в голосе добавила она, тяжело вздыхая.

[indent][indent]И Флавия не подтверждает слов Белинды... Как и не опровергает. Пока на фоне взрываются последние зёрна попкорна и чайник издает протяжный затихающий свист... Господи, как же сложно всё это. Она привыкла вести сражения за семью, а не внутри семьи. Ещё Шодерон не привыкла к добиванию ошеломленного // лежачего. Понимая, что Флавии необходимо выговориться, женщина отпускает ситуацию и позволяет дочери спустить всех собак, что грызли на душе.

[indent][indent]— Но у тебя Н Е Т в этом нужды! Неужели ты не понимаешь, что тебе не надо ничего доказывать; что тебе не надо быть ни моей копией, ни моей противоположностью! — вспылила в ответ Белинда. Усталость накатила мгновенно, едва она сказала последнее слово. — Почему ты вообще решила пойти таким путем? — глухо спросила женщина, всё также безнадежно пытаясь отыскать свою ошибку в воспитании Флавии. — Милая, ты ведь не понимаешь совсем, — тяжелый вздох непроизвольно срывается с губ. — Садись. Я должна тебе кое-что рассказать, а ты должна в свою очередь кое-что понять, — Белинда мигом приготовила две большие кружки чая, засыпав несколько видов крупных листов, и пересыпала попкорон в большую миску. — Садись же, — повторила она более требовательно. — Это не на пять минут, — сказала женщина, занимая стул напротив. Ведьма предусмотрительно забрала пачку сигарет, закинув ко своей. — Было ошибкой ограждать тебя от всей истории. Я думала, что раз ты была совсем маленькая, то не стоит вносить раздор прошлого в твою жизнь, — Белинда виновато закусывает губу и быстро смахивает навернувшиеся слезы пока они не покатились по щекам. — Может я и крутая ведьма, по крайней мере для одиночки, но в остальном...

[indent][indent]Ни одна мать не хочет проходить через самобичевание детей. Для Белинды оба её ребенка — б е с ц е н н ы . Даже со своими сколами и царапинами, ссадинами и шрамами Октавиан и Флавия оставались для неё идеальными. Они лучшее, что Шодерон могла дать миру и простому, для несведущих и не зревших в корень мироздания; и мистическому, ведь Тавви и Флавви были продолжением двух древних ведьмовских веток. Может дочь Белинды права и такая ноша непосильна, но так или иначе Шодероны справлялись с бедами на протяжении долгих веков. Справятся и сейчас, особенно когда находятся на грани. И Флавия точно права в том, что не просила тяжелого венца на свою хрупкую голову. Никто в здравом уме не попросил, даже Белинда не стала бы, но и никогда не отказалась бы от дара природы, вместе с той ответственностью, что та возложила на неё.

[indent][indent]— Я похожа на клоуна, милая? — со сдавленной строгостью_злобой уточняет Шодерон у дочери. — Ты где-то увидела что-то смешное? Тебе что было смешно участвовать в ритуале? Или было смешно провалить его и едва не умереть? — уж чего Белинда никогда не терпела в доме так это оскорбления магии, потому что это равносильно отрицаю самой себя. Не к добру. Ненависть к себе разрушает магию изнутри, а после разрушает и человеческую оболочку. Дисгармония приводит к ужасным последствиям; она своего рода ковровая дорожка, выстланная к гробовой доске. Белинда с л и ш к о м мать, поэтому не позволит Флавии и шага сделать на манящий бархат, где всё кажется больше незначительным. — Если бы я была уверена, что наш дар тебе не под силу, то запечатала бы его к чертям собачьим и дала бы тебе ту самую жизнь, о которой ты может и грезишь! Но ты до сих пор та, кем являешься, потому что я знаю кто ты и не позволю забыть тебе!

[indent][indent]Мера крайняя, но в ковене Шодеронов прибегали и к ней. Те, кто слабее нужного, получали блеклый билет в серую повседневность, отрезанные от первозданной природы. Им стирали память и внушали иную жизнь, что хуже проклятья, ведь оно рассеивается со смертью, а это... Это остается навсегда, передаваясь из поколения в поколение. С рождением детей Белинда в некоторых вопросах задвинула магию на второй план. Она позволила и продолжает позволять своим детям многое, что непозволительным было ей. Кто знает в насколько мелкую крошку или же пыль родной ковен стер бы саму Белинду, если бы однажды она не решилась на побег. Именно побег дочери Шодерон хочет предотвратить, прекрасно понимая, что за родными стенами Флавия погибнет, едва только вздохнет полной грудью якобы свежий воздух свободы. Она произнесла заклинание и достала из тайника потрепанную деревянную шкатулку со старыми фотографиями и вырезками из газет. Белинда быстро перебрала их, разложив в хронологическом порядке, и подтолкнула шкатулку к Флавии.

[indent][indent]— Я старалась оградить вас с Тавии от прошлого, — это своего рода «прости». — Ты помнишь как он мучился от кошмаров и его магия немного опаздывала? — конечно Флавия помнила. Сложно забыть отчаянный детский плач посреди ночи, как и сложно не помнить неестественной бледности ребенка, запирающего магию в себе из-за страха погибнуть. — Некоторое время я была Линдой Блэйк. Я соврала о том как погиб ваш папа, соврала и о том, что моя семья отказалась от меня за мой бунтарский нрав, — нет пытки более мучительной, чем рушить образ крутой матери и ведьмы перед ребенком, который очевидно всю жизнь тянулся к этому недостижимому идеалу. — Я ушла из ковена как только прошла инициацию. Моя бабушка умерла за полгода до этого, а место Верховной заняла мама. Ковен Шодеронов хранит одну из страниц гримуара, до неё хотела добраться моя мать и провернуть то, что много веков назад провернули еретики. Ей хотелось власти, хотелось быть не меньше, чем богиней, и моя сестра поддержала это желание. Я знала, что рано или поздно все мы перебьем друг друга и первой умру я, как следующая на место Верховной, — Белинда отвела взгляд и закусила губу, нервно заерзав на стуле. — Я сбежала и встретила твоего отца. Мы поженились и вскоре появился Тавви, но Дереку было мало. Мы пересекли Штаты с запада на восток, собирая одиночек, и осели в Дир Айленде, создали свой ковен. Мы жили мирно, всё было хорошо, появилась ты и казалось, что больше меня не коснется тот ужас. Знаешь это обманчивое чувство, мол, хуже не будет, но потом судьба делает с точностью да наоборот, подкидывая проблем на грани с катастрофой, — она замолчала на минуту, просто чтобы успокоить дыхание и сделать его ровным. — Наш ковен находился на границе с кланом из Кейплса. Вампиры часто заходили на нашу территорию и питались туристами. Однажды твой отец решил взять всё в свои руки, пришел к ним и убил нескольких ансиллов. Ответ не заставил себя долго ждать. Они пришли в Самайн и перебили всех, — Белинда подняла взгляд на Флавию, едва сдерживая слезы. — Я держала на руках совсем маленькую тебя и прятала за спиной Тавви. Я чувствовала как слабеет моя магия, когда ведьмы и ведьмаки умирали один за другим. Я боялась, что щит не выдержит и... — Шодерон осеклась из-за кома в горле, затем постаралась сделать глубокий вдох, но даже тот предательски расцарапал горло. — Кот спас нас. Он появился из ниоткуда и помог мне выбраться. Я почти осталась одна, на руках с маленькими детьми и идти было некуда. Кот помог замести следы, чтобы никто и подумать не мог будто кто-то выжил в той кровавой бане. Для всех Линда Блэйк и её дети умерли. Так мы оказались в Новом Орлеане, так я впервые опустила руки по локоть в грязь, когда начала работать на Кота. Всё, что я сделала, я сделала ради тебя и Тавви, — Белинда смахнула слезы пока они не покатались градом по щекам. — Я ни о чем не жалею. Я сделаю всё, чтобы дать вам лучшую жизнь, но всё это... Я не крутая ведьма, милая, я лишь мать, которая никому не позволит отнять у неё детей. Какую глупость ты не совершила бы, я приду спасать тебя. Всегда, Флавия, ты поняла меня?

[indent][indent]Когда-то этот разговор должен был состояться. Наученная горьким опытом, Белинда редко планировала свою жизнь. Будто всё её существование сводилось к череде случайностей, происходящих настолько постоянно и систематически, что иного Шодерон представить для себя не могла. И среди одной из таких нестабильных переменных вполне закономерный и логичный вопрос Флавии. Когда? Мама, когда? Белинда лишь тяжело вздыхает, не зная какой из ответов будет правдой. Скорее всего, ни один из тех, который выбрала бы в качестве верного. Ни ложью, ни истинной не будет пресловутое «никогда» [ибо не зарекайся] или «когда станешь совершеннолетней» [ведь случилось намного раньше]. Если покрывать себя враньем, как пылью, то в конце концов можно задохнуться, но сейчас... Сейчас Шодерон чувствует как гора сходит с плеч. Самое тяжелое позади. Или вовсе нет?

[indent][indent]— Скажу честно, не знаю, — на Белинду снисходит кратковременное озарение, что мир не делится на две части. Он — сгусток безжизненной массы, цвет оттенков которой задают сами люди. Всегда есть другой выход. Незнание тоже выход, порой даже более правильный, чем избитое шаблонное добро и зло. — Я всю жизнь бежала от этого кошмара. Боялась увидеть кого-то знакомого из прошлого, ведь тогда всё рухнуло бы, пришлось бы начать сначала и так до бесконечности. В Новом Орлеане я решила бороться, а не бежать, — добавляет Шодерон, слегка поджав нижнюю губу и задумчиво посмотрев в сторону. Прежде у неё не было возможности задержать дыхание и остановить мир, бешено и отчаянно крутившийся вокруг неё подобно центрифуге. — Мне жаль, что тебе приходится переживать всё это, милая. Правда жаль.

[indent][indent]На этом будто все слова закончились. Белинда не знала что ещё можно добавить к вышесказанному. Если раньше она усмехалась, когда кто-то говорил, что тишина умеет звенеть, то теперь, глубоко внутри себя, ужасается. Тишина действительно может быть звенящей, сводящей с ума и разрывающей изнутри. Даже мысленный подсчет до десяти-двадцати тонет в беззвучной клоаке, когда Шодерон силится высчитать затраченное время на каждый вдох и каждый выдох. Делает это, чтобы не сорваться и не разлететься на осколки от пережитого. Перед глазами до сих пор витают сгустки не подконтрольной магии. Присмотревшись к глазам Белинды, можно увидеть те опасные искры в самой глубине склеров.

[indent][indent]— Я хочу спокойного мира для тебя, — сипло бормочет Шодерон, поднимая взгляд на дочь. Она почему-то никогда не задумывалась об истинных чувствах Флавии, что было роковой ошибкой. Возможно принимала неподдельное восхищение за данность, ведь так же её вдохновляла бабушка. Как же Белинда скучает по Бернадетт, её мудрости и умению находить свет там, где никто не подумал бы. Она и была светом, не обманчиво теплым в начале лета на северном канадском закутке, а согревающим и спасающим. — Надеюсь, курение не та черта, — усмехается Белинда. Серьезный взгляд дочери лучший показатель неудачной шутки, но в этом вся ведьма Шодерон. В чем-то она лишь интерпретация настоящего света своей бабушки. — Извини, вся эта ситуация с ритуалом до сих пор сводит меня с ума, — она крутит пальцем у виска и мотает головой. — Боюсь представить последствия, если бы не хватило сил разрушить барьер, — её тело до сих пор пробивала слабость, потому что никто из холеного ковена и не подумал помочь.

[indent][indent]Но всё это уже не имело значения. Не в момент, когда Флавия так знакомо опускает голову и её плечи начинают подрагивать. В такие моменты Белинда будто смотрела в зеркало. Ей настолько знакомо то, что испытывает дочь именно сейчас. В её годы Шодерон также сидела за столом, горюя по бабушке, которая так ждала инициации любимой внучки, но дожить до неё не смогла совсем чуть-чуть. Белинда абсолютно точно также опускала голову с растрепанными волосами, цеплялась до боли пальцами за края стула, чтобы никто не видел как слёзы капают на коленки. Она делает то, что её мать никогда для неё не делала. Берет стул и пересаживается поближе. Осторожно обнимает за плечи, а после притягивает к себе и обнимает крепче, каждой клеткой крича — я здесь, милая, всё хорошо.

[indent][indent]— Пообещай мне больше никогда и ничего не скрывать, — тихо попросила Белинда, целуя дочь в макушку и поглаживая по спине. — Со мной ты можешь быть и сильной, и слабой. Я и Тавви всегда защитим тебя, всегда поможем тебе, — обещает она, пряча тихий всхлип за шумным вдохом. — Ты стоишь больше, чем что-то, не потому что ты Шодерон, а потому что ты — это ты, Флавия, — говорит Белинда, тепло улыбаясь, не скрывая ноток гордости в голосе. — У тебя есть особый и редкий дар, который ты почему-то принимаешь как должное, — таинственно добавляет она. — Принеси свой скетчбук, я сделаю нам чай, — просит Шодерон, хитро подмигивая дочери пока заправляет её мокрые от слез за уши. — Давай, пора исправить мой главный промах. Пора тебе показать в чем заключается твоя особая сила.

[indent][indent]Белинда резво подскакивает с места и начинает хлопотать на кухне, ставя по новой чайник. Делает аляповато, потому что сил уже не оставалось держать слезы при себе. Всё это до сих пор несправедливо по отношению к Флавии, хотя та наверняка догадывается почему мать резко отворачивается, ведь наспех смахивает слёзы. Возвращается Шодерон за стол, сияя улыбкой, с двумя чашками ромашкового чая. На середине стола лежит одна из тяжелых и редких книг, которую Белинда не трогала без надобности, боясь испортить ценный экземпляр.

[indent][indent]— Зато тебе будет о чем написать в сочинении «как я провела лето», — отшучивается напоследок Белинда, успокаивая дочь.

[indent][indent]Несколько глотков ромашкового чая и предательский ком проглатывается, растворяясь незаметно // бесследно. Накатившая буря, что разразилась ещё на поле и ворвалась в их дом, стихла. Впервые за долгие годы Шодерон чувствует неподдельную легкость. Её давняя мечта сбывалась п о - н а с т о я щ е м у прямо здесь_и_сейчас. Об откровенном разговоре с дочерью Белинда мечтала с тех пор как по отведенным взглядам понимала, что у Флавии появились тайны. Возможно стоит однажды отблагодарить негодниц из ковена за их проступок, ведь теперь мать и дочь станут сильнее // начнут доверять друг другу больше // преодолевать станут более сложные препятствия. Белинда смотрит на свою дочь, а внутри тепло разливается, чего не было уже давно.

[indent][indent]Шодерон осторожно подтягивает к себе альбом и медленно листает страницы, изредка хмурясь. Сколько подсказок было рядом, а она только сейчас о с о з н а л а . Белинда корит себя за многое и сразу. За время, которого недостаточно посвятила своим детям, чтобы не просто смотреть на общее, но в и д е т ь . За не_погасший огонек молодых лет, который оберегает так рьяно по сей день, что остается слепой там, где не должна. В карандашных штрихах она видит свою дочь яснее, чем когда-либо. Возвращает Флавии альбом и подтягивает тяжелую книгу к себе, открывая с ювелирной осторожностью. Очень и очень бережно.

[indent][indent]— Когда-то я рассказывала тебе о том, что ведьмы Шодерон берут начало с незапамятных времен, но это лишь поверхностное объяснение того, ч е м мы в действительности являемся, — она медленно перелистывает плотные блоки в поисках раздела о первозданной магии. Той самой, что держит баланс и умеет постоять за себя. Той самой, что крепко связана с природой, которая никогда не остается в должниках ни перед кем. — Сегодня магия извращена многими... — Белинда перебивает в голове множество слов, чтобы не сказать резкость столь привычную ей, — ...кгхм, многими вещами, что созданы не самой природой, а чем-то противоположным ей. Примерно как вампиры, — Шодерон заметно передергивает от упоминания кровососущих тварей, но она продолжает. — Чем древнее семья ведьмы, тем крепче её связь с природой, а значит тем сильнее её магия, если та относится к своему дару с уважением, — Белинда разворачивает книгу к дочери, показывая чудесные рисунки, на которых изображены благородные женские_девичьи силуэты, обвитые гармонией с различными растениями. — В нашей семье нечто подобное я видела только у бабушки, — она достает письмо Бернадетт, на котором нарисован букет из пурпурных орхидей, георгинов и коралловой герани, окутанный листьями миндального дерева. — Ты ведь понимаешь что значит это послание, — она не спрашивает, потому что видит — Флавия знает.

[indent][indent]Белинда помнит первое н а с т о я щ е е проявление магии дочери. За ночь комната превратилась в тропические джунгли. Магия самой Шодерон проявилась в виде пульсирующего защитного поля, что во многом предопределило её будущее. Белинде с_у_ж_д_е_н_о было стать защитницей, умеющей при необходимости атаковать. Пусть Бернадетт не упускала возможности заполнить свободное время будущей преемницы знаниями о силе более великой, Шодерон всегда чувствовала на себе ответственность за других и боевая магия текла по её венам быстрее. Именно благодаря ей Белинда сейчас сидит в собственном доме и имеет возможность жить_говорить с дочерью, а не оплакивать почти_годовалую девочку восемнадцатый год.

[indent][indent]— Сейчас может показаться, что тебе доступны лишь крохи, но это не так. Чем больше ты тренируешься, тем больше природа открывается тебе, позволяя считывать знаки, на которые давно никто не обращает внимания, — Белинда снова перелистывает блоки, пока не оказывается на последней странице. На ней изображены разные цветы ровно в ряд и для не_знающих они лишь орнамент, но для Флавии не должны быть. — Твой дар в том, что ты понимаешь саму суть природы. Здесь столько тонкостей, которым обучиться невозможно, но тебе и не нужно, — она ласково гладит дочь по волосам и убирает длинную прядь за ухо, которая когда-то была челкой, что Флавия наотрез отказывалась стричь. — Когда твоя магия проявилась, то я решила, что нам не помешает оранжерея, а после и своя лавка, чтобы и я не забывала кем мы всегда были, — Белинда наблюдает за тем с каким интересом бегают глаза дочери по желтому пергаменту и понимает, что наконец-то всё сделано правильно. — Однажды ты будешь готова и станешь ведьмой более сильной, чем я. Ты сможешь защитить не только себя, потому что на твоей стороне всегда будет сама природа.

[indent][indent]Она снова берет альбом и один из карандашей. Открывает с обратной стороны и рисует аккуратные стебли ландыша, обвитые шиповником. Увлеченно дорисовывает белые цветы, бережным зонтом укрывающие розовые бутоны. Белинда никогда не забывала своих корней. Её кольца, наполненные аконитом, зверобоем и рутой благородно блеснули в лучах закатного солнца. Шодерон протянула альбом Флавии и тепло улыбнулась.

[indent][indent]Я всегда буду рядом, чтобы залечить твои раны.

Поделиться132020-03-29 01:51:43

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

тейт_1

[indent][indent]Щепки, осколки, стулья хаотично летают по всему Джудасу. Оп, вот и Хэнк пролетел над ведьмой с подачи Рагнара и впечатался спиной в барный стеллаж. Белинда успевает спрятаться под стойку, продолжая судорожно соображать. С медведями ей раньше не приходилось иметь дел. В домашнем обучении пункт о таких оборотнях пропускался, ведь никто не видел косолапых на протяжении долгих веков. Те заслужили заточение своим буйным нравом и неукротимой яростью. Смотря на то как полярный медведь разносит Джудас, Шодерон нисколько не удивлялась отчего её далекие предки решили запечатать медвежий ген.
[indent][indent]Рагнар разошелся не на шутку, а полупьяная ведьма туго соображала. Под рукой не было ничего, что могло бы помочь утихомирить медведя без вреда ему. Но с другой стороны по стенке съезжает Хэнк, которому точно пришлось худо. Пока Шодерон может только удерживать Рагнара в баре, снова накладывая заклинание барьера. По сути, просто запирая себя и Мёрфи в клетке со свирепым зверем. Эта жизнь, кишащая тварями и недолюдьми, когда-нибудь сведет Белинду в могилу. Может сведет сегодня, если не найдется способ привести Рагнара в человеческий вид.
[indent][indent]Впервые Шодерон увидела полярного медведя в своей оранжерее. Такого же буйного и явно уступающего в бою звериной сущности. В голове начала складываться картинка. Тот же безумный бегающий взгляд, непрерывный рёв и неконтролируемая ярость. Замешаны дисы, явившиеся незваными гостями в мистический мир. Рагнар не виноват за свои гены. В его инстинктах выжжена цель — уничтожать дисов. Между сосуществованием с воскресшими тварями и милыми мишками Белинда определенно выберет косолапых, поэтому не оставит Рагнара в медвежьей западне.
[indent][indent]На неё снизошло озарение, когда последний хмельной дурман испаряется. Эта драка точно приведет к трагедии, если не остановить Хэнкссона. Сомнений в силе Хэнка не было, но что-то Белинда не припоминала ни одного боя между волком и медведем, где победу одерживал первый. Всё-таки волки стайные животные и сильнее вместе, чем порознь. Убедившись, что Хэнк живой и просто потрепан дракой, Шодерон вышла из-за барной стойки. Правильнее, конечно, сказать, что выползла. Беснующийся медведь кого хочешь заставит свернуться в три погибели. Когда-то бабушка учила её премудростям поведения в лесу. Беканкур в те времена славился густыми лесами, где жили все от мала до велика. Учила тому, что медведи — цари, которым не стоит дерзить. Даже показывала как правильно сойти с тропы и уступить дорогу, но — это? Рагнар ведь полярный медведь, а они здесь не за льдину и не за тюленью тушу дрались.
[indent][indent]— Так, ладно, — бормочет себе под нос, собираясь с духом. — Он всё ещё Рагнар, наш Рагнар, — приговаривает, успокаивая себя, но рёв косолапого заставляет сердце ухнуть в пятки. — Хватит! — неожиданно для себя рявкнула Белинда в ответ, выставляя руки вперед. — Рагнар, пожалуйста, будь хорошим мишей, иначе худо будет, — предупредила она, готовясь прочесть заклинание. Ведьма видела во взгляде полярного проблески человека, но как только он сделал шаг вперед — начала произносить фразы на латыни. Шодерон создала едва видимую клетку, прутья которой были сотканы от магии и отсвечивали бледно-желтым цветом. — Послушай сюда, Рагнар, — женщина подошла ближе и не попятилась назад, когда с десяток мощных ударов медвежьих лап дали трещину в её магии. Подвыпившая ведьма почти что бесполезная ведьма. — Рагнар, не надо! — новое заклинание превратило прутья в крепкие путы, что обвили тяжелую тушу и заставили её рухнуть на пол. — Борись, родной, ты сильнее, — сказала Белинда, крепче сжав кулак и сильнее затянув путы, и свободную руку положила на широкую морду, начав медленно и убаюкивающе поглаживать рычащего мишку.
[indent][indent]Вскоре дыхание Рагнара выровнялось и беда миновала. Не считая только того, что теперь в баре разгуливают два голых мужика, Шодерон искренне радовалась исходу. Сил у неё хватило только отползти к барной стойке и протянуть ноги, уставшие от высоких каблуков. Теперь даже планы на свидание в одну ночь превращались в около смертельное приключение. Немного горько осознавать насколько всё усложняется с каждым годом. Мир будто сходит с ума, не уведомив об этом. Но сегодня кажется нет ничего, что не могла бы скрасить бутылка водки. Так они втроем и просидели на полу, наблюдая за тем как висящие на соплях вещи падали на пол и разбивались, но с каждым глотком беленькой ничего уже не имело значения. Белинда устало клала голову то на плечо Хэнка, то на плечо Рагнара и просто хохотала от души, когда они доводили до сюра всё то, что происходило несколькими часами ранее.
[indent][indent]Шодерон надо убираться как можно скорее. Напоследок ведьма навела порядок с помощью нескольких заклинаний. Неидеально, но хоть Джудас не похож на место куда упала бомба. Ей хотелось скорее вернуться домой и упасть лицом в подушку, не смыв косметику, прямо в одежде. Сняв барьер с бара, женщина вынырнула на улицу. Где-то вдалеке кто-то уныло доигрывал джазовую мелодию. На горизонте светлеет так быстро, что Белинда и не успела заметить пока заказывала такси.
[indent][indent]Прошла четверть часа. Ни одна машина так и не показалась в радиусе видимость. Хотя чего она ждала в такое-то время? Зацепив пальцем туфли, Белинда побрела в сторону дома вся растрепанная, уставшая и с букетом высоко градусных ароматов. Не лучшая затея, ведь так неровен час и можно притянуть новых приключений на свою мини-юбку. Кстати, вот и они. Не прошло и часа.
[indent][indent]— Дорогой, врун из тебя никудышный, — устало сказала Шодерон, вымученно улыбнувшись. — Ты на машине и собирался зайти в бар? Что-то не стыкуется, не находишь? — она пожала плечами и продолжила идти, всем видом отмахиваясь от назойливого юноши. — Я не доверяю самаритянам. Дам тебе дельный совет, дорогой, — Белинда всё же останавливается и поворачивается к незнакомцу. — Всё в этом мире имеет цену. От добра добро не ищут, — вкрадчиво сказала она. — Так что либо мы заедем на заправку за кофе и я заплачу за бензин, либо продолжай бесцельно кататься по городу, — добавила женщина, скрестив руки. — Мне нужно в пригород, поэтому подумай дважды так ли тебе скучно.

[indent][indent]Белинда с уважением относилась к чужим тайнам и секретам, не смотря на то, что помогала Коту торговать информацией. А вот ко вранью — не очень. Не надо быть ищейкой или живым воплощением детектора лжи, чтобы понять как сильно заврался юноша. Ведьма делает вид будто принимает очередную байку незнакомца на веру, списав неопытность в искусстве изворачиваться на юный возраст.
[indent][indent]— И кем же ты работаешь? — уточнила Шодерон, садясь в машину. — Только не говори, что таксистом. Не поверю, — она широко улыбнулась и бросила туфли под ноги.
[indent][indent]Ей особо и дела-то не было до парнишки. Белинда даже не поинтересовалась как зовут спасителя. Наверное по той причине, что ещё не убедилась окончательно в статусе оного.
[indent][indent]Только в машине Шодерон всё же решила присмотреться к незнакомцу. Парнишка так сильно кого-то напоминал, но кого ведьма вспомнить не могла, как и не могла сейчас просканировать его. Внимание Белинды сконцентрировалось на том, чтобы оставаться в сознании. Запах горючего помог немного взбодриться. Женщина любила только приятные ароматы, поэтому те, которые выжигали носоглотку, практически отсутствовали в её жизни.
[indent][indent]— Нисколько, — отозвалась Шодерон, позволяя юноше прикурить. Он до сих пор казался ей подозрительным. Слишком бодрый для человека, которому через несколько часов на работу и который якобы разочарован в сорвавшемся свидании. Нет, Белинда нисколько не отрицала существование непроходимых оптимистов, но интуиция всё навязчивее подсказывала, что дело здесь далеко не в этом. — Сначала на заправку за кофе, а дальше я покажу дорогу, — ответила женщина, учтиво улыбаясь в ответ на забавный жест парнишки. Новый Орлеан кишит чудиками. Город притягивает к себе их и порой сложно отличить добро ото зла. Здесь каждый не тот, кем кажется. И Шодерон точно знала, что незнакомец не просто наивный мимо проезжавший сострадалец. — Ах да, безопасность превыше всего, — мигом опомнилась женщина, щелкая ремнем безопасности.
[indent][indent]Дорогу до заправки она предпочла бы провести в молчании. Ей до сих пор странно ехать в чужой машине с подростком. И это глупо, учитывая, что Белинда никогда не чуралась случайных связей. Вся жизнь в Новом Орлеане состояла из них на большую часть. Люди приходили и уходили, оставались только дети и близкие друзья. Как раз эти самые друзья сейчас наверняка разгребают завал в баре. Шодерон невольно представляла себе альтернативное развитие событий, в которых не смогла протрезветь и совладать с магией. Реши судьба разыграть этот сюжет, то вряд ли бы Белинда сидела в машине и вообще была в состоянии думать.
[indent][indent]Она настораживается, когда парнишка расспрашивает о баре. Ведьме абсолютно не нравится заинтересованность незнакомца в Джудасе. Шодерон точно знала, что простые смертные не могли видеть происходящего; что она держала защитный барьер до последнего момента, пока Рагнар не обратно не обратился в человека. К странностям Белинде не привыкать. В случае чего она знает как поступить с чрезмерно интересующимся не своими делами юношей.
[indent][indent]— Драка? — наигранно удивилась женщина, поворачиваясь в пол оборота к парню. — Значит, ты не только подсматриваешь, но и подслушиваешь? Как нехорошо, — кокетливо причитает Шодерон, улыбаясь. — Нет, владелец мой давний друг и затеял ремонт, — легко соврала Белинда, поведя плечом. — Решил немного освежить интерьер, попросил помочь с выбором новых элементов. Мы, как и всегда, распили бутылку чего покрепче и решили, а чего тянуть? Вот именно, что если задумал что-то — надо делать сразу. Снесли вещи, которые не нравятся, и вышло так, что не нравится нам многое, — сказала женщина, усаживаясь обратно. Ей едва хватило сил, чтобы не добавить — вот как надо врать, дорогой. — Какой кофе пьешь, милый? — спросила она, выскальзывая из машины. — И не забудь заправиться. Я заплачу.
[indent][indent]Белинда не рисковала применять магию сейчас. Пары алкоголя — сигналы, напоминающие ведьме о возможных последствиях. Она тянула время, желая проверить парнишку. Даже интуитивно ведьма не могла понять кто перед ней находится. Шодерон не улавливала магических признаков от юноши. Хуже, чем кто-то посвященный в тайну иного мира, только тот, кто к нему отношения не имеет, но каким-то образом прознал о существовании рас, далеких от привычных.
[indent][indent]— Мы так и не представились друг другу, — сказала как бы про между прочим Белинда. — Да, мне большой-большой, вообще вот самый большой капучино без сахара, — она отвлекалась на кассира, — а молодому человеку что захочет и заправиться, — добавила Шодерон, расплачиваясь наличными. — Меня зовут Белинда. Можем сначала попить кофе, а потом поехать? Не хочу заляпать тебе салон.

[indent][indent]Белинде ничего не оставалось, кроме как оградиться от странностей внезапно (ли?) свалившегося спасителя. Она никому не доверяла в полной мере. Но даже когда казалось иначе, то для самой Шодерон это становилось азартной игрой. Судя по тому, что ведьма до сих пор жива и прекрасно себя чувствует — каждый раз выходила победителем.
[indent][indent]Её раздирало два желания: поскорее избавиться от мальчишки, чтобы не слушать невразумительных историй, или изучить его поближе, чтобы знать с кем столкнула лбами судьба (или столкнул случай). Первое как-то прельщало больше, но атмосфера американских бензаправок бесцеремонно вмешивалась в планы Белинды.
[indent][indent]Женщина тянула время, противореча самой себе. Неизвестность притягивала таких, как она. Знание принесло ей много денег, а парень выглядел как заманчивый куш. Внутренний голос подсказывал Шодерон, что стоит переступить через себя и продраться к трезвому сознанию сквозь уставшие, сонные веки.
[indent][indent]— Хах, Дэнни Тейт, — выдала Белинда, пожимая руку парню. — Ты что из Канзаса? — отшутилась она, улыбнувшись шире, и сразу же спрятала улыбку за стаканчиком кофе.
[indent][indent]Шодерон недовольно морщится, учуяв запах тлеющей сигареты. Несколько лет назад она и сама не отказалась бы скурить одну-другую под кофе, но дала слово дочери. Можно сказать, что Флавия вовремя взяла Белинду на слабо. С тех пор в их доме не было сигарет даже на черный день и про запас. Круговорот схлопнулся. Белинда бросила вредную привычку, а Флавия перестала таскать сигареты из чужой пачки. Порой дети куда мудрее своих родителей, чего не скажешь о Тейте, засмолившим на заправке.
[indent][indent]Женщина закатила глаза и выдернула сигарету изо рта парнишки. Потушив никотиновый уголек об край мусорного бака, Белинда кивнула на знак, запрещающий курить, приклеенный на дверь.
[indent][indent]— И как часто ты куришь на заправках, Дэнни Тейт? — спросила Шодерон, делая особый акцент на имени парнишки.
[indent][indent]Что-то с ним было не так. Он похож на воспоминание, которое настигает человека во время сна в жаркую летнюю ночь, когда граница между миром реальным и миром Морфия едва осязаема. Покачав головой, Белинда недовольно вздохнула и продолжила пить кофе.
[indent][indent]— Почему Новый Орлеан? — спросила женщина, нарушив изрядно затянувшуюся паузу. — Как твои родители относятся к работе в доме престарелых? Наверняка гордятся тобой.
[indent][indent]Шодерон пытается нащупать хоть какую-то связь между внезапным появлением Тейта и историями, которыми он сыплет слишком щедро. Болтливый до жути, но, как говорится, болтун — находка для шпиона. Раз Белинда временно не может почувствовать кем на самом деле является парнишка, то будет следовать давно проверенной схеме. Правильные вопросы могут и не дать желаемых ответов. Зато язык тела выдаст Дэнни с потрохами.
[indent][indent]В чем-то они отчаянно похожи. Причем похожи настолько, что инстинкт самосохранения включается автоматически, отталкивая подобное от подобного. Белинда никогда не была открытой книгой какой бы простой и беззаботной не казалась другим. Вместе с тем многие понимали что скрывается за маской веселой ведьмы с кошачьими повадкам.
[indent][indent]Шодерон не подает вида, что как-то отдаленно, но имя Дэнни Тейт имеет смысл для неё. Она бесшумно пробует его на вкус, будто распробовав окажется ближе к разгадке. Едва ли. Совпадения имеют место быть, если бы только Белинда верила в них. Новый Орлеан — это столица неслучайных случайностей, эдакой спланированной импровизации. Здесь ничего не случается просто так, ничего не берется из ниоткуда. Можно найти ответ на любой вопрос, хорошенько присмотревшись и доверившись себе.
[indent][indent]А что касалось Тейта, то у ведьмы было лишь одно неуверенное предположение касательно его. И это пугало Белинду больше всего, потому что у парнишки шодероновские глаза. Такие же были и у её детей — проницательные, голубые, как ясное прохладное сумеречное небо. Что-то вроде родового проклятья, отмечавшего каждого Шодерона среди прочих. Но ни в чем нельзя быть уверенной.
[indent][indent]У ведьмы перехватывает дыхание, когда черты её давно казненной младшей сестры всё четче и яснее проявлялись на мальчишеском лице. Списав тревожное чувство на разыгравшуюся фантазию и последнюю волну похмелья, Белинда сделала над собой усилие, чтобы отвлечься от своих мыслей, и наконец-то начала прислушаться к словам Тейта.

Поделиться142020-04-05 14:30:25

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

касс 2

[indent][indent]Беспокойство не отпускало Белинду с прошлого вечера. Крепость, отстраиваемая ей два десятка лет, рухнула всего за пару часов. Она больше не была уверена, что остается в безопасности и что могла дать должную защиту детям; но хуже всего было другое — их с Котом бизнес тоже мог оказаться под ударом. Снова бежать? Шодерон не готова, да и признаться честно не хотела. Новый Орлеан давно стал её землей, поэтому ведьма обязана принять бой. Там где один прознал о её прошлом, прознает и другой. Быть уверенной, что Кассандра не расколется перед отцом, просто невозможно. Судить по себе вещь в корне неправильная, но наверное в определенных обстоятельствах Белинда пошла бы на предательство. Так почему не могла Блэйк?
[indent][indent]Целый день Шодерон носилась по дому, наводя порядок и неизвестно в какой раз перекладывала вещи, чтобы просто не позволить скуке затянуть себя. Она человек старой закалки, которому с детства вбивали в голову, что порядок начинается с места где живешь. Если бардак в своих стенах превратится в хаос, то такими будут и мысли, а после и поступки.
[indent][indent]Очередного промаха Белинда допустить не могла. Она рухнула в кресло с полупустой кружкой эрл грея в руке. Ведьма мучилась от роя мыслей, но в основном думала о том как деликатнее посвятить Кота в произошедшее. Так или иначе её старый добрый друг узнает о случившимся. Пусть лучше от неё, чем от кого-то из ещё. Шодерон плавно взмахнула рукой и притянула к себе телефон. В голове план выстраивался идеально. Назначить встречу, приехать в чайную лавку и поговорить по душам за чашечкой чая; и тут же вылетел из головы, когда раздался звонок. На экране высветилось «Джеральд». Белинда нахмурилась, но на звонок ответила. Услышанное ей не шибко понравилось.
[indent][indent]— Чёрт, — выругалась ведьма, постепенно осознавая в какие проблемы влезла сама и куда утянула Кассандру. — Я скоро буду, только не вредите ей. Я всё объясню лично, Джеральд, — добавила она, сбрасывая звонок.
[indent][indent]Белинде и в голову не могло прийти, что инквизиторы так быстро отловят Блэйк. Значит, вампирша находилась в Новом Орлеане несколько дней, иначе спокойно улетела бы в Сиракьюс этой ночью. Собравшись наспех, ведьма поехала в Инквизиторий. Место откровенно не нравилось ей. В последний раз Белинда была там в мае, откровенно не понимая какого черта три кровопийцы решили зажать её в грязном переулке. Теперь картина складывалась воедино и складывалась она вовсе не так как хотелось бы.
[indent][indent]Шодерон стоило ещё вчера позвонить Джеральду или приехать рано утром. Попросить его закрыть дело о нападении, ведь виновные наказаны. Если она не успеет, то Кассандре не поздоровится. И не то чтобы Белинда заботилась о целости и сохранности вампирши, нет. Она трезво оценивала последствия. Вскроется многое, в том числе её прошлое, выброшенное за черту до переезда в Новый Орлеан. Те, кому не следует знать, будут обладать слишком ценной информацией о юности Шодерон. И если она сейчас не поможет Кассандре, то заявится её отец. Этого ведьма тоже не могла допустить.
[indent][indent]На входе в Инквизиторий Белинду встретили два охранника весьма недружелюбного вида. Ведьма нетерпеливо вздыхала пока вводили её данные и уточняли цель визита. Она в шаге от взрыва, но мысль о том, что её запястья сдавят наручниками, подавляющими магию, бросала в мутное, тошнотворной состояние. Шодерон сопроводили в допросную. Она издалека заметила силуэт Кассандры и ускорила шаг, влетая в комнату ураганом.
[indent][indent]— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила ведьма, игнорируя все слова Блэйк. — Мисс... — подал голос молодой инквизитор, наверное собираясь призвать к спокойствию, но не успел, потому что следом за ним зашел более матерый мужчина. — Немедленно позови Джеральда Риддла, сладкий, — сказала Белинда, приблизившись к инквизитору и поправив ворот его куртки. — Ты ведь не хочешь, чтобы твой начальник лишился возможности пить любимый чай? — добавила она вполголоса, коварно улыбнувшись и похлопав ладонью по плечу. — А ты, — обратилась она к молодому инквизитору, — принеси крови. Сколько вы её здесь держали? Она голодна, не видите что ли? — возмутилась Белинда.
[indent][indent]Холодная допросная вовсе не то место, в котором она хотела вновь встретиться с Кассандрой. Особенно если учесть, что видеть с ней у Шодерон не было желания. Но глубоко в душе ведьма понимала, что отчасти заключение Блэйк — её промах, который она намеревалась исправить.
[indent][indent]— Как долго тебя здесь держат? — спросила женщина, садясь напротив. — Ты в курсе, что сейчас уже день?

[indent][indent]— Ничего, мы со всем разберемся, — сказала Белинда, вкрадчиво посмотрев на Кассандру.
[indent][indent]Ведьма поняла, что кто-то приближается, когда Блэйк опустила голову. Изнуренная, уставшая и голодная она вызывала жалость даже у Шодерон. Тяжело вздохнув, женщина мечтала лишь о скором освобождении из Инквизитория, стены которого напоминали только о плохом. Сначала об опознании тел Квинов в Чикаго, а после о допросе с пристрастием и вампирах, сыпавших в неё проклятьями и показывавших острые клыки. Сквозь взъерошенные пряди Кассандры ведьма могла видеть как чернеют вены на её бледном лице. Несложно догадаться что именно почуяла вампирша поблизости.
[indent][indent]— Наконец-то, — облегченно выдохнула Шодерон, увидев в проеме приятеля с пакетом крови, в котором обычно хранят её для переливания. — Холодная... — внезапно пробормотала вслух женщина, слегка нахмурившись. Покосившись на Джеральда, она взглядом будто спросила разрешения на использование магии. Всё-таки Белинда находилась на чужой территории и нужно вести себя уважительно по отношению к хозяевам, которых с детства учат в случае чего уничтожать чужаков. Ведьма шепнула заклинание и её ладонь объяла плазма теплого солнечного света. После того как кровь стала теплой; такой какой она пульсирует в человеческих венах, Шодерон протянула пакет вампирше. — У нас небольшое недоразумение, — начала женщина, неловко улыбнувшись, будто дело было в сущей мелочи вроде поцарапанной машины.
[indent][indent]А дальше полномочия Белинды всё, предательски отказали за пропажей дара речи. Она в душе не понимала как лучше начать разговор, не подставив их с Кассандрой и не усугубив дела. Создавать проблем для Джеральда тоже не хотелось. Ему наверняка хватает работы и без чужих личных драм. Собравшись с духом, Шодерон решила, что нет ничего, кроме правды. С небольшой оговоркой — дозированной правды.
[indent][indent]— Я не успела связаться ни с тобой, ни с Майей. Кассандра вчера слишком внезапно заявилась на пороге моей лавки, — Белинда смерила строгим взглядом вампиршу, всем видом давая понять, чтобы та помалкивала и дальше посасывала кровь через трубочку. — Ей нужны были ответы на некоторые вопросы. Я знала её потомка в юности, но так как все связи давно оборвала, то Кассандра отправила своих вампиров, чтобы найти меня, — и как бы Блэйк не хотела признавать, но её подчиненные действительно облажались. — Сам понимаешь какими буйными и экспрессивными могут быть недавно обращенные. Хотели выслужиться перед ней, но перегнули палку, — добавила Шодерон, печально улыбнувшись. — В общем, никто ведь по итогу не пострадал? Виновные были наказаны, а мы ещё вчера поговорили. Кассандра ночью должна была вернуться в Сиракьюс, поэтому стоит её отпустить пока конфликт не разросся до ненужных нам масштабов, — заключила ведьма, откинувшись на спинку стула. — Но... Но единственное я хотела бы попросить об одном ограничении. Клан из Сиракьюса, любой из его представителей, впредь должен подавать официальное прошение на въезд в Новый Орлеан и ставить в известность Орден о цели визита, — наверное, это слишком наглая просьба, но так Белинда будет уверена, что её прошлое действительно останется где положено и сама она сможет контролировать его. — Подумай об этом, пожалуйста. Здесь и без того хватает проблем, а учиненного этими вампирами достаточно для такого рода ответных действий.
[indent][indent]Шодерон не ждала, что ей пойдут навстречу от слова совсем. Была ещё одна проблема, ставшая поперек всему: планам Белинды на день, желанию поскорее вернуться домой и забыть обо всем, что связанно с Кассандрой Блэйк. На улице по-прежнему палило солнце, оказавшись в зените, а летом световой день слишком длинный. Оставлять вампиршу под присмотром инквизиторов затея бессердечная даже по меркам ведьмы, на дух их не переносивших. Выдав обреченный вздох, женщина спросила есть ли какая-то комната отдыха для «гостей». Им всё равно придется провести некоторое время в Инквизитории пока Джеральд улаживает проблемы, связанные с нападением на Шодерон в мае. Дело оставалось за малым. Написать заявление о прекращении расследования, чем и занялась Белинда в комнате с искусственным освещением.
[indent][indent]— Ты можешь поспать несколько часов до захода солнца, — предложила ведьма, не глядя на Кассандру пока царапала ручкой текст.

[indent][indent]Белинда всем видом показывает спокойствие, но внутри бушует ураган, выдирая с корнем все её представления о многих вещах. Кажется, после встречи с Кассандрой она не так уж и ненавидит вампиров; не сильно-то и нуждается в персональной злобе на Блэйков за вспоротую жизнь, загубленную молодость и последовавшие за всем этим трудностями. Оставшись здесь, почти что наедине, Шодерон чувствует как одно лишь присутствие Кассандры разгоняет мутную пелену из заблуждений и неверных суждений. Это чертовски больно. Это, чёрт подери, досадно. Насколько досадно, что каждая клетка в теле изнывает в тягучей агонии. Но Белинда продолжает сидеть, замерев как статуя, и лишь чирканье ручки напоминает о том, что она живая.
[indent][indent]Шодерон прикидывается дурочкой, поглощенной в изучение бумаг. Они, если честно, вовсе не конёк ведьмы, но десять лет управления лавкой вынудили научиться и этому ремеслу. Пробегает глазами по строчкам, которые нацарапала, чтобы объяснить сложившуюся несуразицу. С каждым новым прочтением Белинда добавляет новые детали, что точно отвернут подозрения от Кассандры и не дадут зацепок к прошлой жизни ведьмы. Вряд ли она сможет воинственно вытерпеть новый круг воспоминаний, а если и преодолеет испытания, то неизвестно к чему это приведет. Шодерон вновь невольно думает о Коте. Он был с ней задолго до трагедии в Дир Айленде, словно знал чем закончится бахвальство и самодержавие Дерека. Наверное они оба виноваты, что просто ждали, когда идеальной сказке про дружественный ковен для одиночек придет конец. И он пришел, но только не для Белинды. Кошмар Орегона будет тянуться за ней всю жизнь и Кассандра вчера напомнила об этом слишком ярко.
[indent][indent]— Возможно, я вчера немного скривила душой, когда назвала вампиризм просто вирусом, — сказала она, не отрываясь от планшета с листами бумаги. — Я рассказала тебе о том, что ведьмы создали оборотней, но... — ведьма глубоко вздохнула и подняла голову, по-прежнему отказываясь смотреть на Блэйк, — ...но правда в том, что и за создание вампиров мы тоже ответственны, — с горечью в голосе добавила женщина. — Так что какой-то мере я несу за тебя ответственность, потому что мои предки, которые увлеклись алхимией, создали первого вампира, — у Белинды защипало глаза и голос стал сдавленным. — Они хотели спасти инквизитора, у которого почти не было шансов выжить после ожесточенного столкновения с какой-то невероятно сильной тварью. Алхимик создал лекарство, что чудом залечило раны не совместимые с жизнью, и тогда началась история всех вампиров.
[indent][indent]Ведьма встала с места, попутно складывая листы в большой конверт. Шепнув короткое заклинание на латыни, она запечатала его, чтобы никто, кроме Джеральда не добрался до важных документов. Белинда приоткрыла дверь, за которой дежурили инквизиторы. Одному из них поручила отнести и отдать конверт лично в руки Риддлу. Медлить просто нельзя. Она вернулась обратно к Кассандре и забралась на кресло с ногами, на этот раз повернувшись к ней.
[indent][indent]— Я видела как ты смотрела на меня, когда я колдовала, — сказала ведьма, пристально посмотрев на Блэйк. — Ты ведь была ведьмой. Не просто ведьмой. Верховной, — с легкой долей восхищения произнесла Белинда. — Знаешь, моя бабушка готовила меня к тому, что однажды я стану во главе ковена. Она была потрясающей женщиной, что казалось будто магия дышит ей, а не наоборот, — лицо ведьмы впервые осветилось искренней улыбкой. — Может ты и не жалеешь о потере дара, но определенно скучаешь, — и даже если Кассандра будет отрицать, Белинда лишь убедится в своей правоте. — И что же заставило тебя променять одну яркую жизнь, полную чудес и волшебства, на бессмертие? — спросила Шодерон, искренне интересуясь. — Вчера ты заставила меня заглянуть на такую глубину... Думаю, будет справедливо отплатить на боль болью. В конце концов я утолила твой интерес. Теперь твоя очередь, — Шодерон обняла колени и склонила голову на бок, не переставая смотреть на Кассандру.
[indent][indent]За двадцать лет нечестной жизни Белинда научилась играть по своим правилам; порой чрезмерно грязно. Но теперь ничего не поддавалось логике. Наверное Кассандре нужно было стать чуть слабее, чтобы ведьма наконец-то могла рассмотреть в ней ту, с которой хотела ближе, чем на расстоянии вытянутой руки. Прямо как сейчас.

[indent][indent]Что ожидала услышать Белинда? Отчасти то, что и поведала Кассандра. В конце концов у них было порядка шести часов, которые надо как-то провести. Нет способа лучше, чем отвлеченная болтовня. Время за ней летит мгновенно, но сейчас ведьме так не казалось. В однотонных стенах и при искусственном освещении происходящее казалось ненастоящим, а реальность и вовсе таковой не являлась. Жизнь в декорациях слишком большая жертва, поэтому Шодерон предпочтет смерть; без продления триал-периода ничтожного отрезка, который начинается с рождения и заканчивается последним вздохом.
[indent][indent]Зато Кассандра всем своим видом показывала насколько естественно быть вампиром и Белинду начинало пугать внутреннее согласие с таким образом существования. Ей не доводилось говорить с вампирам по душам. Ведьма толком и не пыталась, ведь цеплялась за давно умершую ведьму, у которой можно узнать столько всего интересного. Правда возникает небольшая сложность. Шодерон не может оторваться от Кассандры и жадно изучает взглядом. Перед ней будто посадили представителя другой цивилизации, далекой от земной, но до сих пор похожей в мелочах на простого человека.
[indent][indent]Наверное это совсем ненормально упиваться чужими слабостями, но порой именно в них кроется вся красота. В боли и отчаянии Блэйк казалась ведьме куда привлекательнее. Мысленно щелкая себя по носу, Белинда понимает откуда такие мысли. Воплощение вампиров в литературе оставило сильный отпечаток, поэтому куда привычнее воспринимать кровопийц проклятыми страдальцами, что вынуждены существовать за счет слабости и смерти других людей. Чем больше Блэйк начинала походить на человека, тем сильнее Белинда хотела сделать что-нибудь для неё, пытаясь облегчить тяжелую ношу. Забава да и только. Меньше суток назад Шодерон хотела накормить вампиршу зверобоем за наглое вторжение и попытку диктовать ей правила, а сейчас проявляет сочувствие.
[indent][indent]— В природе существует множество вещей, которые противоречат природе, — осторожно заметила Белинда. Она могла рассказать о дисах, которые в каком-то роде были ещё хуже вампиров, но им ведьма могла дать снисхождение. Вряд ли они хотели воскреснуть ходячими мертвецами, случайно умерев поблизости от места силы. Никто сознательно не согласится на жизнь в разложении, в то время как вампирами становятся осознанно. — И есть закономерная связь между этими вещами и историей их происхождения. Их создала не природа, а мы, простые люди, — ведьма пожала плечами и поджала губы, на мгновение опустив взгляд.
[indent][indent]Странно брать ответственность за действия, которых не совершала и никогда не совершила бы, но Белинде это не мешало проявлять беспокойство и заботу. Задатки Верховной не уходили бесследно. Они не покидали Шодерон и вовсе, сложив определенную систему координат ценностей, в которой жила ведьма. Есть то, что важнее объединений и расовых предрассудков; то, что могло сгубить всех и каждого, нанеся непоправимый вред. И Белинда будет отстаивать себя и близких в первых рядах, не взирая на их принадлежность. Иначе зачем ей было приезжать в Инквизиторий и помогать Кассандре? Связь с ней пусть и мерцала слабо, была недостаточно крепка, но Блэйк связана с её детьми кровно, поэтому иначе Шодерон поступить не могла. Когда-нибудь они узнают об этой встрече. Когда-нибудь Тавви и Флавия исправят ошибки своей матери, которых она тоже допустила немало.
[indent][indent]— Что ж, отчасти ты права, — с мягкой усмешкой сказала Белинда. — Ответ не то чтобы разочаровал, но в целом я не удивлена, — она улыбнулась шире, пытаясь представить себе насколько тяжело было скрывать отношения с девушкой больше ста лет назад. — Признаться честно, я никогда не любила, — осторожно сказала ведьма, хотя вряд ли это можно вообще назвать осторожностью. Шодерон по сути призналась родственнице мужа, что он не был ей любим как полагалось. — Дерек... Знаешь, он когда-то был моим спасением. Мне было восемнадцать, а он заканчивал университет и казалось, будто вот-вот завоюет мир, — чувство светлой ностальгии прочно обосновалось в голосе, не желая уступать места привычной детской шаловливости. — И не делал этого, потому что искал для кого его стоит завоевать, — ведьма откинулась на спинку кресла и на секунду-другую уставилась в потолок. — Но вряд ли я его любила по-настоящему. В конце концов, если бы любила, то он остался бы красавцем-вдовцом с двумя прекрасными детьми, как две капли воды похожими на свою мать, — Белинда перевела взгляд на Кассандру, скорее, ожидая праведного осуждения, нежели понимания. — Так что мне никогда не понять жертв во имя любви. Не уверена, что в будущем что-то изменится. Я нашла себя в случайных связях, в возможности безвозмездно получать удовольствие и жить дальше. Наверное постоянство сведет меня с ума, — Шодерон рассмеялась, осознавая насколько глубоко эти мысли сидели и как долго, но признаться себе в подобном вслух... По крайней мере, если не страшно, то странно; и немного иронично. — Тебя ведь свело, — робко сказала ведьма, надеясь, что Кассандра поймет о чем действительно речь. — Не против если немного сменим обстановку? Этот холодный свет меня порядком начает раздражать.
[indent][indent]Не дожидаясь согласия Кассандры, Белинда заклинанием опустила переключатели у двери. Она села в позе лотоса и начала вполголоса читать заклинание, попутно образовывая руками сферу. В её сердцевине загорелся теплый свет, что постепенно обволакивал весь шар. Когда он загорелся достаточно ярко, как утреннее солнце, затянутое облаками, ведьма подтолкнула сферу выше, расположив в метре над их головами. Белинде хотелось оставить напоследок немного природного тепла, которое подвластно только пониманию ведьм. Но даже в столь альтруистичном поступке Шодерон преследовала корыстные цели. Ведьме вновь хотелось увидеть этот взгляд Кассандры, обращенный к ней.

[indent][indent]Белинда концентрировалась на магии, отдавая часть своего тепла импровизированному солнцу. Она ещё не скоро сможет объяснить, в том числе и себе, внезапный порыв добра и сочувствия Кассандре. Пока её мысли заняты сопереживанием о том, что вампиры не могут находиться на солнце без вреда для себя. Значит, Блэйк не видела и не чувствовала тепла этого дара природы долгих сто лет. Ведьма чувствовала правильность поступка, как и чувствовала, что готова сделать нечто большее для неё. Это абсолютно ненормально, но и об этом Белинда предпочитала не думать. Кассандра уловит участившийся пульс, а она... Она не готова к разговору по душам настолько.
[indent][indent]Как и любой человек, Шодерон находится под властью сантиментов и чувств. Их последнюю с Кассандрой встречу хотелось провести правильно; без обид друг на друга и уязвленных недомолвок. Возможно их пути когда-нибудь пересекутся, ведь параллельные где-то вдалеке находят точки пересечения. Может и их найдут однажды.
[indent][indent]Забавно как меняется человек, чувствуя приближение конца. Неважно чего. Будь то последняя встреча, когда знаешь точно что действительно последняя; будь то последние дни или часы жизни, когда уже чувствуешь неизбежность путешествия на тот свет. В обоих случаях страшно и закрадываются мысли, что всё это неправильно; можно было поступить иначе, но суть в том, что — нет, нельзя.
[indent][indent]— Я говорю о любви, которую древние греки называли эрос, — сказала куда-то в потолок Белинда, разливая по комнате магию через сферу. — К детям ты всегда испытываешь агапе, любовь жертвенную. Вряд ли есть что-то сильнее, чем материнская любовь, — ведьма медленно повернула голову и посмотрела на вампиршу. Ей на секунду стало не по себе от пристального взгляда. Страшно не было. Кассандра смотрела на неё не так как кровопийца, желающий вгрызться в вену, где течет самая сладкая и вкусная кровь. Она просто смотрела иначе. — Как я и сказала, мне не доводилось испытывать, но тебя я тоже отчасти понимаю. Тебе повезло узнать каково это — любить и быть любимой, — только произнеся этим слова, Белинда ощутила укол под грудной клеткой. От зависти, что кому-то посчастливилось стать единым целым с другим человеком и прожить долгие годы, не умеряя пыл любви. — Людям везет не так часто, поэтому людус, иначе говоря кратковременная связь ради удовольствия, подходит многим из нас. У нас всё чаще не находится времени на прочные отношения с первого взгляда и до гробовой доски. Только в свадебных клятвах есть пресловутое «пока смерть не разлучит нас», где все наивно полагают, что истинный смысл заключается в смерти в один день.
[indent][indent]Шодерон верила даже в такую любовь. Не верила только в то, что с ней она случится. Идеалом для неё было не умереть в один день с любимым человеком. Настоящая любовь в её понимании — это осознание, что не можешь жить дальше, поэтому готова умереть на следующий день. Сердце само откажется биться от горя. Остальное — не любовь; всего лишь отношения, в которых копошишься и закапываешь не только себя, но и того, кого втягиваешь в это отнюдь бесполезное путешествие.
[indent][indent]— Спасибо, — кротко ответила Белинда, заметно смутившись и широко улыбнувшись. Что она ещё могла сказать на это? — Ты тоже, — добавила она. Её слова могли показаться лишь вежливостью, притянутой за уши, но ведьма действительно так считала. — Дереку часто говорили, что он похож на тебя, — осторожно сказала Шодерон. — Нос, глаза и скулы, но на этом всё, — спешно добавила ведьма. — Судя по всему когда-то случившемуся, характер и харизму он перенял у твоего отца. С моей стороны неправильно вмешиваться, — неуверенно пробормотала Белинда, ища силы сказать то, что собиралась. — Тебе стоит понемногу отдаляться от отца. Говорю по своему горькому опыту. Однажды он перейдет черту и ты пострадаешь. Я знаю, ты предана отцу и шла за ним куда бы не попросил. Это достойно уважения, — Шодерон пристально взглянула на Кассандру, с каждой секундой беспокойство на её лице читалось отчетливее. — Сначала тебе кажется, что он растет и крепнет, становится опорой. Как только он крепко-накрепко уверится в безграничности своих возможностей, считай, смерть уже на пороге, — вкрадчиво сказала ведьма. — Мир пошатнулся и это только начало всех бед.
[indent][indent]Белинда сдержала порыв взять Кассандру за руку. Она всё ещё думала насколько изменились жизни обеих, если развернуться на сто восемьдесят градусов. Могла ли ведьма когда-нибудь привести домой Блэйк и представить детям? Могла бы, сложись обстоятельства иначе. Даже знает их реакцию на знакомство со своей прапрапрабабушкой. Тавви с легкостью принял бы Кассандру, начав расспрашивать об отце, которого помнит по обрывкам детских воспоминаний. Флавия держалась бы особняком. Нужно сильно постараться, чтобы завоевать её доверие, но наверняка Кассандра смогла бы, ведь... Чёрт, её дочь в общих чертах похожа на Блэйк. Это странно понимать, особенно сейчас.
[indent][indent]Порой к лучшему, когда что-то происходит в неподходящий момент. Куда завели бы их разговоры? Теперь не узнают. В комнату зашел Джеральд с новостями о закрытии дела. Белинда облегченно вздохнула, ликуя внутри себя. Очередная маленькая победа, которой стоит радоваться. Они прошли этот рубеж вместе с Кассандрой, поэтому несправедливо оставлять её здесь на половине пути.
[indent][indent]— Что ж, кажется нам повезло, — слишком радостно пробормотала Шодерон, округляя от удивления глаза. — Спасибо, Джеральд, я у тебя в долгу, — поблагодарила ведьма. Иметь в должниках Белинду Шодерон дорогого стоит, но определенно стоит. — В восемь часов стемнеет, — сказала она, расслабленно вытягиваясь в кресле и кладя ноги на журнальный столик. — Я отвезу тебя в отель, потом в аэропорт, чтобы в этот раз точно без передряг.

[indent][indent]Белинда отчаянно старается сохранить серьезное лицо пока они с Кассандрой идут по нескончаемым и холодным коридорам Инквизитория. Спасение Блэйк стоило ей одной миллионной гордости. Для вампирши всё закончится через несколько часов, а Шодерон останется и удобно расположится на пороховой бочке, в ожидании когда её разорвет просьбой Джеральда.
[indent][indent]— Детка, ты преемница клана и меньше всего я хочу, чтобы твой отец заявился в мой город в поисках тебя, — едко отмахнулась Белинда, цокнув языком. Странно называть стопятидесятилетнюю мадам деткой, но слов из песни не выкишешь, из латентного флирта ведьмы так тем более. — Здесь хватает проблем и без вас, — добавила она, выдавив улыбку, — но не за что.
[indent][indent]Про то, что не стоило и вовсе заявляться в Новый Орлеан, Шодерон тактично промолчала. В конце концов на дворе двадцать первый век. Существует тысяча и один способ связаться с человеком, не вторгаясь в его личное пространство. Или вампиры до сих пор посылают гонцов под гипнозом? Забавно, если так. И вряд ли это действительно правда.
[indent][indent]Сев в машину, Белинда включила радио едва заурчал мотор под капотом. За маленьким исключением ей больше нечего сказать Кассандре. Нутро разрывалось от изнурительных метаний. Столько всего произошло за последние месяцы. События, одно за другим, вспарывали материю их мира. Несправедливо оставлять Блэйк в неведении.
[indent][indent]Ведьма предпочла остаться в машине, когда они подъехали к отелю. Кассандра вполне сама справится в разы быстрее. Белинде хотелось скорее закрыть эту главу, полную потрясений и недоразумений. На секунду ей подумалось о том, будет ли она скучать по вампирше. Каким-то удивительным образом Шодерон притягивала к себе проблемы, но упрямо называла их приключениями, в которые ныряла с головой. Стоит пересмотреть своё отношение к некоторым проступкам детей и перестать их поучать за них. Всё-таки им достался просто безупречный пример того как надо находить неприятности. Не ей винить родную кровь за повтор собственных ошибок.
[indent][indent]— Ближайший рейс через полтора часа, — объявила как бы невзначай Шодерон, неуклюже стуча ногтями по сенсору. — Как раз успеваем к регистрации.
[indent][indent]Белинда по-прежнему молчала и делала вид, что увлечена дорогой настолько сильно, что лучше её не трогать. Происходящее давно вышло за рамки неловкости. Ситуация выкручена слишком, прямо до ненормального. Она отчаянно не понимала какая часть Кассандры так влияла, отталкивая с каждым разом сильнее. Шодерон казалось абсолютно неправильным нахождение вампиршы настолько близко: руку протяни и коснешься холодного плеча.
[indent][indent]Огни аэропорта, горевшие на горизонте, стали спасением. Дорога и без того затянулась, что просто молчать и ехать было по меньшей мере странно. Белинда поежилась от легкого ветра и скрестила руки на груди. В здании обстановка не лучше. Всё также прохладно, даже немного прохладнее. Но по-настоящему её беспокоило чувство тревоги. Она готова биться об заклад, что некоторые люди следят за ними, а в следующую секунду лицо подозреваемых приобретало безучастный вид.
[indent][indent]— Прикрой, — тихо шепнула ведьма и вплотную подошла к Кассандре. Затем она пробубнила короткую фразу на латыни и её глаза зажглись насыщенным желтым светом. Шодерон осторожно обвела взглядом зал ожидания. По углам, кто бы мог подумать!, стояли инквизиторы и продолжали неубедительно играть свою непричастность к отлёту Кассандры.
[indent][indent]Белинда резко закрыла глаза, плотно прижав веки, и медленно открыла. Желтый свет исчез, а сама она с минуту простояла, привыкая к нормальному зрению. Ведьма хотела предупредить о наблюдателях, но женский голос объявил о посадке на рейс до Нью-Йорка, не дав ей сказать ни единого слова. Наверное именно сейчас Белинда принимает единственно верное решение, когда плавно заныривает под руки к Кассандре и обнимает её.
[indent][indent]— Два месяца назад произошел взрыв из-за ритуала. Он снял печать с оборотней-медведей, потому что та волна создала дисов, — шепотом затараторила ведьма, крепче обнимая Блэйк. — Дисы — это умершие мистические существа поблизости от мест силы. Убить их можно огнем или повредив мозг, — объяснила ведьма, изменившись в голосе. — Медведи в два раза сильнее и свирепее обычных оборотней. Недавно была кровавая луна, поэтому будь осторожна и внимательно оглядись вокруг, когда приедешь домой, — Белинда отпрянула и позволила себе заглянуть в глаза Кассандры. Своего беспокойства ведьма не скрывала. — В мире творится что-то страшное и будет только хуже. Береги себя, а потом уже позаботься о других, — сказала она, задрав подбородок. — Удачного полёта.
[indent][indent]На этом Шодерон развернулась и направилась к выходу, не оглядываясь. Она ехала домой так быстро как только могла. Оказаться в родных стенах хотелось больше, чем чего-либо ещё. День выжал из Белинды максимум, что она уснула прямо на диване в гостиной, надеясь на крепкий сон без сновидений.

Поделиться152020-04-27 06:21:38

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

шейн

[indent][indent]Если бы существовали путевки подальше от мистического мира, так чисто для профилактики два раза в год хотя бы на недельку, то именно сейчас Белинда взяла бы одну. Даже была бы готова оторвать с руками заветный билет в беззаботную жизнь. Пусть на несколько дней, но нет. У неё забот вагон и маленькая тележка. Мир сошел с ума в самый не подходящий момент.
[indent][indent]Шодерон с утра косо посматривала на сына за завтраком. Его хитрая морда лица, слишком хорошо знакомая матери, каждой своей чертой выдавала не то заговор, не то шалость. Белинда ни на секунду не сомневалась в том, что Тавви где-то начудил. Допрашивать взрослого сына она, разумеется не стала. Он давно перестал быть мальчишкой, которому требовалась забота. Со всеми проблемами справлялся сам, а порой прекрасно справлялся с тем, что накидывал их, а потом разгребал. Вот такой он, Октавиан Шодерон — всё сам, всё сам.
[indent][indent]Из-за событий, выбивающих землю из-под ног, Белинда не сильно показывала насколько ей не нравятся тайны сына. Было у неё предчувствие, эдакая материнская чуйка, работавшая исправнее военных радаров, что Тавви где-то нашаманил. Жизнь успела показать важное — рано или поздно такое всплывет и Шодерон надерет сыну уши. Вот для этого увеселительного мероприятия возраст не помеха.
[indent][indent]Хах, ну и с чего бы начать удивительно путешествие по неприятностям и потрясениям Белинды? С очередной провальной командировки, во время которой ведьма якобы ездила в Алабаму, чтобы найти редкое растение для зелья? О, или лучше сразу перейти к роковому вечеру, когда её в подворотне зажала троица вампиров? А может к вечеру тремя днями позже? Да, когда Шодерон пыталась снять стресс посредством мимолетного свидания с приятными привилегиями, но вместо этого оказалась в эпицентре схватки между волком и медведем. Что ещё выкинет судьба?
[indent][indent]Только сегодня Белинда осознала насколько устала от слишком ярких событий, выстроившихся в цепочку, что отпустила детей восвояси и занялась своей лавкой. Единственное место, где время замедлялось и лилось тихо журчащей речкой. Хотя отсутствие ковра в её кабинете напоминало о том, что две недели назад она заколола вампира и притащила его сюда для ритуала. Лучше убить ковер, чем кто-то другой убьет тебя. Расчет прост.
[indent][indent]После стычки с вампирами, драки в Джудасе и появления странного мальчишки по имени Дэнни... Было бы странно, если бы Шодерон не казалось будто за ней следят. Бермуды, захаживавшие к ней, чтобы проведать, то и дело вставали на дыбы и стерегли, не забывая предупредить об осторожности. Белинда закатывала глаза, но старалась держаться особняком и залечь на дно. Лишь бы только снизу не постучали.
[indent][indent]Зато брякнули стекляшки на входе, оповещая о клиенте. Пришлось отвлечься от копания в небольших горшках, где только-только пробивались ростки розмарина. На всякий случай ведьма включила ультрафиолетовые лампы. Странно это делать в солнечный день, когда лучи солнца пробиваются сквозь полуприкрытые жалюзи. Ещё странно задаваться вопросом — а можно ли обороняться маленькой тяпочкой? Белинда, почувствовав напряжение глубоко внутри себя; страх, щекотавший нервы; собиралась проверить это на деле.
[indent][indent]Шатающийся и тихо поскрипывающий стеллаж — это к подзатыльнику Тавви, который забыл починить его. А так, в целом, не к добру это. Звук бьющегося стекла только подтолкнул Шодерон испытать мини-тяпку в деле.
[indent][indent]Она похожа на карикатурного агента ноль-ноль-семь, когда пытается задержать дыхание и бесшумно продвигаться к источнику шума. Сложно, учитывая, что сердце колотится перед устрашающей неизвестностью. Сердце отбивает неровную дробь прямо по вискам. Белинда делает резкий выпад с боевым криком, словно собралась повернуть вождя готов тяпочкой детских размеров.
[indent][indent]— Шейн?! — возмущенно разразилась ведьма, испуганно отвешивая хлопок ладошкой по плечу. — Ну что за бесстыдник такой? Нельзя ведь так пугать! — продолжила в своей манере Белинда и сразу же схватилась за сердце. Оно по-прежнему колотилось с бешеной скоростью. — Нет, ну ты в своем уме? — жалобно спросила ведьма, медленно плетясь к двери. Закрывшись изнутри и закрыв жалюзи, она снова обращается к Шейну. — А если бы я тебя тюкнула? Тебе вот что совсем не стыдно? — продолжила отчитывать Белинда. — Вы меня в могилу сведете, засранцы, но опустим. Что-то случилось?

Поделиться162020-05-06 20:09:15

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

касс3

[indent][indent]Сложно представить, но жизнь Белинды возвращалась в привычное русло, где выходящие из ряда вон события больше не властвовали над её семьей. Она старалась не думать о том, что наступившее спокойствие не более чем затишье перед бурей. Ведьма не готова пускаться в бурлящий омут, даже не готова просто ножки помочить в адском вареве мистической завесы. Шодерон наслаждалась размеренной жизнью. Пусть настороженно, но наслаждалась и чаще улыбалась летним денькам.
[indent][indent]За прошедшие две недели, которые Белинда считает началом отсчета спокойствия, она вернула множество привычных для неё вещей. В первую очередь вернула свой родной цвет волос — иссиня-чёрный с бледно-ультрамариновым отливом на солнце. Вампиры больше не беспокоили её, поэтому надобность в маскировке отпала. От Кассандры тоже вестей не было. Шодерон это беспокоило. Хотя здесь правильнее сказать, что уязвляло. Блэйк уж слишком настойчиво интересовалась ей и её жизнью, а по итогу взяла и просто отступила. Странности да и только. Белинда старательно убеждала себя, что всё к лучшему, но почему-то тотальное отсутствие Кассандры казалось искусственным. Вампиршу будто насильно вырезали из жизни Шодерон. Не то чтобы она радовалась или же, наоборот, грустила по этому поводу — нисколько. Покоя не давало гложущее беспокойство. Незнание мучило ведьму. Связаться с Кассандрой она не могла, ведь ясно дала понять какое место Блэйки занимают в её жизни. Там, где-то подальше и за бортом этой самой жизни.
[indent][indent]Наверное она сама себя прокляла раз теперь ворочается в постели и не может сомкнуть глаз. Белинда провела полночи в холодной дрёме, пытаясь найти удобное положение и погрузиться в глубокий сон. Вместо долгожданного отдыха в подкорке роились тревожные мысли. С наступлением сумерек ведьма бросила попытки уснуть и сдалась, заправляя кровать. Наспех приведя себя в порядок, она тихо спустилась на кухню, стараясь не разбудить детей, и заварила чай. Придется держаться весь день или хотя бы до обеда, когда жара достигнет предела с вхождением солнца в зенит. Тогда можно будет дать себе поблажку. В такой невыносимый солнцепек только и остается что наслаждаться прохладой, хорошенько расслабившись.
[indent][indent]Но даже здесь Белинда умудрилась одной мыслью сглазить. Она услышала истошный крик и от неожиданности выпустила кружку из рук, пролив остатки чая на кухонный пол. Любопытство вынудило Шодерон высунуться в окно и разведать обстановку издалека. Должно быть ей показалось. Стоило подумать так и новый крик, более отчаянный, донесся до неё с поразительной пронзительностью. Белинда выбежала на веранду и начала понимать откуда этот вопль. А ещё ведьма наконец-то осознала кому он принадлежал.
[indent][indent]— Кассандра, — сорвалось на выдохе с губ, дрожащих от непонимания и страха.
[indent][indent]Шодерон бросилась бежать босиком по опушке, отделявшей её дом от лесной посадки, переходившей в густой и старый лес. Она ощутила сладковатый запах горящей плоти. Так горит человек или... Вампир. У Белинды перехватывает дыхание, когда дым приводит её к дереву, а к нему привязана...
[indent][indent]— Кассандра! — ведьма принялась рубить заклинаниями веревки, которыми вампирша связана по рукам. — Тихо-тихо, я здесь, я вытащу тебя, — тихо и нервно приговаривает Шодерон, освобождая её от пут. Белинда снимает халат и шепчет новое заклинание, покрывая ткань ледяной водой, затем укрывает Кассандру. — Осторожно только. Я постараюсь укрыть тебя от солнца, — сказала она, приобняв вампиршу за плечи.
[indent][indent]У ведьмы не было ни секунды, чтобы задуматься о том как больно вампирам сгорать под лучами солнца. Кажется будто Белинда и вовсе отключила способность думать, запрограммировав себя на единственную команду — спрятать Кассандру дома. Когда ей удалось дотащить Блэйк за порог, истерика накатила новой волной. Шодерон палила заклинаниями, что те опасно искрили. Она плотно закрыла окна, пряча гостиную от солнечного света. Не покидало чувство нехватки времени, поэтому Белинда щедро пользовалась магией. Только уложив Кассандру на диван, она нашла в себе силы присесть рядом и сделать то, что должна была изначально — узнать что стряслось.
[indent][indent]— Кто поступил так с тобой? — спросила ведьма, не силясь убрать соленые дорожки слёз, стекающие по щекам. — Что с тобой сделали? — руки знали своё дело и уже поправляли подушки под головой Блэйк. Белинда вообще не могла отдать отчета своим действиям и позволила телу стать обособленным разумом пока сама она не способна выбраться из панической пелены. — Слушай мой голос, Кассандра. Не уходи, — взмолилась Шодерон, тихо всхлипнув. — Скажи хоть что-нибудь, давай же...
[indent][indent]С несколько минут Белинда сидела рядом в растерянности. Она многое повидала в жизни, но сейчас оказалась абсолютно бессильной. Ведьма быстро поняла, что ожоги на теле Кассандры не проходят. Так не должно быть. Блэйк — вампир и довольно сильный. Даже серьезные ожоги должны хоть сколько-нибудь затягиваться на ней. Здесь творится что-то неладное. Шодерон впервые видит как вампир не справляется и это откровенно пугало её.
[indent][indent]— Почему ожоги не проходят? — испуганно спросила Белинда. Мысль о том, что Кассандра умирает на её руках, отозвалась болью во всем теле.

[indent][indent]— Ты серьезно сейчас пытаешься мне указывать в моём же доме, Блэйк?! — хрипло рявкнула ведьма, а потом снова всхлипнула. — Боже... Просто заткнись и не трать силы! — она что так много просит? — Помолчи, прошу... Я... — воздуха не хватает в легких и горло сдавливает невидимыми тисками. Шодерон беспомощно рухнула у изголовья кровати. В голове хаос, над которым власти у неё нет. — Мы со всем разберемся, просто заткнись. Я вытащу тебя с того света, а потом своим же руками придушу, потому что я тебя предупреждала, — сказала Белинда, утирая слёзы и поднимаясь на ноги.
[indent][indent]Нужно думать и очень быстро. Дети не могли не услышать грохота, как и не могли не почувствовать присутствие кого-то чужого в доме.
[indent][indent]Ведьма принялась осматривать ожоги. Обычный человек умер бы на месте, а за Кассандру ещё можно побороться, если она не сдастся раньше времени. Белинда нашла ножницы и начала разрезать одежду, чтобы снять лоскуты и дать коже необходимый воздух. Когда тело Блэйк дрогнуло, словно через него пустили ток, Шодерон поняла, что вампирский слух уловил движения, разговоры и шаги Октавиана и Флавии. Она убрала ножницы и замерла. Любое неосторожное движение принесет больше боли. Кассандре её досталось сполна.
[indent][indent]— Что... Мам, кто это? — настороженно спросила Флавия, но тут же ответила на вопрос сама. — Это вампир? Что в нашем доме делает вампир?! — дочь Белинды была закрыта для всего мира, в том числе и для родного ей. Она не принимала никого, кроме матери и брата, а также находила причины избегать контактов с любой из мистических рас. В том числе и со своей собственной.
[indent][indent]— Да, это вампир. Я объясню всё позже, — сказала Шодерон, едва сдерживая спокойствие в голосе.
[indent][indent]— Но, мам...
[indent][indent]— Никаких мам! Срочно иди в оранжерею, принеси алоэ и свежие лепестки роз. Выбирай лучшие, — пресекла Белинда строгим тоном. — Бегом, Флавия! — добавила она более грозно. — Тавви, достань настой из шиповника и астры. Найди способ вытянуть вытянуть зверобой из организма, — сыну дважды повторять не надо было. Он уже принялся грохотать на кухне.
[indent][indent]Белинда убрала остатки ткани, закрывающие ожоги. Выглядело ужасающе, но даже с наполовину сгоревшим лицом Кассандра не утеряла аристократической утонченности, которая бросилась в глаза ведьмы в их первую встречу. Шодерон наказала Тавви приглядывать за вампиршей, пока искала аптечку. Она вернулась на кухню и принялась готовить раствор, чтобы промыть ожоги и хоть немного облегчить боль Кассандры. Краем глаза Белинда заметила как сын поменялся в лице.
[indent][indent]— Что такое? — настороженно спросила она, подходя к нему. Книга, в которой Октавиан искал противоядие от зверобоя, была открыта на нужной странице. Для зелья требовалась кровь ведьмы. Она и вытянет отраву из организма вампира. — Возьми всё, что нужно, и начинай делать. Позовешь, когда нужно будет добавить последний ингредиент.
[indent][indent]Сын неуверенно кивнул, но спорить не стал. Тавви давно вырос, что Белинда не заметила как из робкого мальчика, которого мучили кошмары о смерти отца и ковена, перед ней оказался решительный мужчина, способный на принятие тяжелых решений. Вскоре вернулась Флавия с корзинкой, доверху наполненной листьями алоэ и лепестками роз. Она снова неодобрительно покосилась на Кассандру, но теперь к страху добавилась неподдельная жалость.
[indent][indent]— Потом, Флавия. Всё потом, — пообещала Белинда, собираясь сдержать слово и не юлить от детей, как обычно бывает в их семье. Шодерон защищала их всеми силами. Иногда недоговаривала о страшных вещах, чтобы им не пришлось унаследовать проблемы с законом, которые ведьма коллекционировала и копила на очевидно веселую старость.
[indent][indent]Ведьма вернулась к Кассандре с бинтами и мисочкой, в которой навела раствор для обработки ожогов. Сил у вампирши не было, поэтому можно не бояться попыток цапнуть. Белинда осторожно промокала самые маленькие и неглубокие раны, постепенно облегчая боль Блэйк. Ожоги по-прежнему не затягивались, не уменьшались даже на миллиметр. Шодерон окинула тревожным взглядом вампиршу, тяжело вздыхая.
[indent][indent]— Я убью его, — тихо пробубнила под нос Белинда, спешно добавив. — Если он угрожает моей семье, то ему не жить, — откровения на грани смерти всегда выходят кому-то боком. Она не хочет объясняться в будущем, поэтому лучше не давать надежд. В их отношениях не будет потепления. Возможно Шодерон смягчится, но не более того. Октавиан позвал её и они оба знали ради чего. Белинда нахмурилась, поджав губы. Она сейчас собирается отдать двести миллилитров крови, чего ни для кого не делала. Так ли ей безразлична судьба Кассандры и она сама? Ведьма нависла над Блэйк, аккуратно убирая взмокшие пряди волос. — То, что я собираюсь сделать, — прошептала Шодерон, наклонившись к уху вампирши. — Тебе будет очень и очень больно. Тебе покажется будто по венам течет лава, а потом тебя охватит сильный озноб, — Белинда приподнялась и заглянула в глаза Кассандры. — Но ты будешь жить и станешь моей вечной должницей. Я не оставлю Фицджеральда безнаказанным. Я убью его как только выдастся возможность, а ты не посмеешь мне мешать. Это моя цена, — во взгляде ведьмы сверкнула молния. Её слова не были пустыми. Она и вправду собиралась исполнить каждое свое слово. — Так скажи мне, Кассандра. Ты хочешь этого? Ты хочешь, чтобы я дала тебе вторую жизнь?

[indent][indent]Нужно ли было Шодерон разрешение на убийство? Едва ли. Но соблюсти некоторые формальности всё же следовало. Белинда не хотела обрести врага в лице Блэйк, поэтому назвала свою цену за помощь с возвращением из небытия. Преданность семье до предела выкручивала чувства, мешающие разуму, и Кассандра тому яркий пример.
[indent][indent]Белинда не знала близко эту часть семьи Дерека. Понимала всё по его взгляду на картины предков в особняке и по тому как уголки его губ ползли вниз едва кто-то из родных называл имена родственников-вампиров. Ей неизвестно насколько его угнетала принадлежность к ним, но всякий раз ведьма видела лишь сожаление и боль от принятия своего наследия. Они сбежали, но ради чего? Ради того, чтобы спустя несколько десятков лет Шодерон всё-таки столкнулась лбами с Кассандрой? Сомнительная перспектива, о которой нет времени думать пока вампирша содрогается в предсмертных конвульсиях перед ней, а Белинда по сути продолжает мучить её, не давая уйти на тот свет и не вытаскивая с тропы по пути к нему.
[indent][indent]— Ты правильно подметила, Кассандра, — холодно сказала ведьма, наклоняясь к уху Блэйк. — Если выживешь, — шепнула она, затем поправила подушки. — Я вытащу тебя также легко, как и отправлю гореть в аду, — Шодерон горделиво выпрямилась, позабыв о том, что перед ней лежит та, которая в какой-то странный и непонятный момент оказалась небезразлична. — Флавия, ты всё приготовила? Давай сюда, — попросила она, убирая лоскуты одежды и посуду с раствором, в котором не разобрать красный он из-за шиповника или крови Блэйк. — Займись оранжереей. Возьми список товаров, которых не хватает в лавке, и собери всё необходимое. Можешь не торопиться, — понимающе добавила Белинда, не просто зная — чувствуя, что дочери меньше всего хотелось находиться здесь. — Тавви, всё готово? — спросила она. Сын нахмурился, но кивнул, понимая что больше нет возможности оттянуть неизбежное. — Свяжи её по рукам и ногам, чтобы не вырывалась. Если будет сильно кричать, ты знаешь что делать, — добавила она, начав покрывать ожоги охлажденной мазью из алоэ и лепестков роз.
[indent][indent]Белинда осторожна, хоть и заметно раздражена. В этом виновата Кассандра. Сколько всего можно было бы миновать, если бы она не сунула свой вампирский нос куда не следовало. До таких никогда не доходит, что есть рамки и границы, которые созданы не просто так. Во всяком случае не для того, чтобы их нарушал кто-то высокомерный, решивший, что ему море по колено. Ведьма спасёт Блэйк ради избавления от неё навсегда. Даже сейчас, умирая на чужих руках, она пытается диктовать свои условия. Не будь Шодерон так сосредоточена на ожогах, то проломила бы Кассандре череп заклинанием, потому что её упёртость р а з д р а ж а е т ; потому что она неуместна как почти всё, что сделала Блэйк по отношению к ней и её семье. Чуть позже Белинда накажет вампиршу за сделанное. Чуть позже.
[indent][indent]Она тихо шепчет «давай». Октавиан начинает читать заклинание и направляет магию в нужное русло, создавая крепкие путы. Он крепко связывает ноги и талию, где солнце не тронуло и не сожгло кожу, руки и плечи. Даже если Блэйк захочет вырваться, то потеряет сознание, потратив последние силы напрасно.
[indent][indent]Белинда уходит на кухню за зельем. Дело оставалось за малым. Она несколько раз пробегает глазами по рецепту снадобья, мысленно проговаривая заклинание. Не дав себе взвесить всё ещё раз, полоснула острым ножом ладонь и сжала пальцы в кулак. Боль неприятно прожгла руку насквозь, но Шодерон начала сдавленно и твердо читать заветные строки, разливая свою кровь по чаше пока зелье не приобрело нужный оттенок.
[indent][indent]Возвращаясь обратно к Кассандре, ведьма знала, что обратного пути нет. Она присела возле неё и бесцеремонно приоткрыла рот, заставляя пить зелье. Вены начали подсвечиваться желтоватыми сгустками, становясь с каждой секундой ярче и ярче. Зверобоя слишком много в организме. Белинда сердито вздохнула и сделала уверенный надрез на кисти Блэйк. Подставила чашу под руку, куда стекала кровь, и произнесла новое заклинание. Руками она направляла отравленную кровь к надрезу, чтобы избавить Кассандру от страданий как можно скорее. Когда последний сгусток опустился тягучей каплей в чашу, ведьма скатилась на пол и прильнула спиной к дивану, иначе бы рухнула обессиленная и вряд ли нашла в себе силы подняться.
[indent][indent]— Найдешь для неё пакет крови? — устало спросила Белинда, подняв взгляд на Октавиана. — Будь осторожен и возвращайся скорее, — попросила напоследок Шодерон.
[indent][indent]Она кое-как поднялась на ноги и снова вернулась на кухню, чтобы промыть рану и перебинтовать руку. Ведьма в меньшей степени любила заклинания, для которых требовалась её кровь. Белинда бросила краткий взгляд на Кассандру. Ожоги наконец-то уменьшались. Пусть не так как обычно должны были, но регенерация началась и это было добрым знаком. Она приоткрыла дверцу морозилки, затем снова посмотрела на вампиршу. Уголок губ непроизвольно приподнялся. Почему-то для неё Шодерон хотела колдовать, превращая обычные вещи в чудеса. Ведьма раздробила лёд в мелкую крошку, задумав очередное чудо. Вернулась она к Блэйк с облаком парящих снежинок, которые разместила над ней, и сама села возле, всё также опираясь спиной и обнимая руками колени.
[indent][indent]— И вот ты всерьез сделала комплимент моим волосам, зная что тебе остались считанные минуты? — усмехнулась Белинда, покосившись на Кассандру. — Как ты только дожила до своих лет... — ведьма уткнулась лбом в колени и тяжело вздохнула. — Всё вы Блэйки безрассудные там, где меньше всего надо.

[indent][indent]— Мы можем прекратить говорить о моих волосах? — попросила Белинда, облегченно вздохнув. Поток воздуха вышел рваным и хлестким, отчего к горлу подкатил болезненный ком, который ведьма кое-как сглотнула. Она запрокинула голову, пряча накатившие слезы, совсем как маленькая девочка. Это не работало в детстве и не работает спустя сорок лет. Глаза не впитывают слезы обратно, а предательски катятся из уголков кошачьих глаз и соленой дорожкой устремляются к затылку. — Меня волнуют другое. Столько вопросов и я не уверена, что ты способна дать на них ответы, — сдавленно произнесла Шодерон, крепче обнимая колени. — В противном случае не оказалась бы там, где сейчас.
[indent][indent]Ужасно думать, что Кассандре повезло как раз именно с этим «оказалась там, где сейчас». Разногласия прошлого мгновенно канули в лету, когда Белинда увидела как начала пузыриться кожа вампирши под прямыми лучами солнца. Зрелище не для слабонервных. Ведьма не успела переодеться и старалась не думать о том, что лоскуты жженной кожи находятся на майке или штанах. Она многое повидала, в том числе и кровавую резню, но в данный момент всё ощущалось иначе. И тревога, и беспокойство, и вырывающееся наружу желание помочь Блэйк. Несколько недель назад Белинда сама с радостью плеснула бы вампирше в лицо горящий шот и выставила бы за дверь, но... Но Белинду перемкнуло и теперь спасение Кассандры стало важнее всего прочего.
[indent][indent]— Спасла, — повторила за ней ведьма, меняя положение и медленно перекатываясь на бок. Не самое приятное ощущение, когда мышцы начинают ныть из-за нахождения тела в неудобном положении на протяжении долгого времени. — Надеюсь ты не собираешься совершать очередной глупости, — с легким уколом сарказма сказала Белинда, придвигаясь ближе к изголовью. — У тебя пока недостаточно сил для нового тактического промаха, — усмехнулась она, плавно ведя пальцами и управляя небольшим ледяным облачком, которое продолжало рассыпаться на охлаждающие снежинки. — Наберись сил, а потом обстоятельно поговорим, — голос Шодерон звучит слишком заботливо и ласково, отчего ей начинает казаться, что совершенно другая, незнакомая ей самой, Белинда заняла место привычной Белинды, привыкшей раздавать всем люлей за отчаянные глупости.
[indent][indent]Ведьма слишком рано расслабилась, думая о случившемся как о чем-то пройденном. Ничего подобного. Сложности затаились впереди. Остается только гадать как скоро они дадут о себе знать. И в этом заключался самый главный промах Белинды. Она потеряла бдительность на несколько минут, не заметив как из ослабленного вампира Кассандра по щелчку пальцев, по мановению инстинктов уступила место хищнику. Ведьма шепнула заклинание, укрепляя путы, которые наколдовал сын. У неё появляется ещё одна причина для волнения. Октавиан должен вернуться скорее пока не случилось одно из двух: или Кассандра озвереет от боли и вряд ли вспомнит на что способна в агонии, или проживет последние часы в отвратительной слабости. Ни того, ни другого Шодерон не желала для Блэйк, поэтому мягко надавливает на плечи и укладывает вампиршу обратно на лопатки.
[indent][indent]— Тихо-тихо-тихо, ты посмотри какая, — с видом недовольной мамаши уела Белинда, продолжая удерживать Кассандру за плечи и осторожно прижимать к дивану. — В таком состоянии у тебя нет шансов. Твой отец закончит начатое и заодно прикончит меня пока я буду снова спасать твою жизнь... Или вечность? Как у вас там правильно? Впрочем не особо важно, — с шутливой укоризной отмахнулась ведьма, поправляя подушку. — Тебе нельзя вставать. Твой организм сильно отравлен. Твоя кровь буквально наполовину состоит из эссенции зверобоя. Побереги силы, ещё успеешь помахать клыками, — добавила она, кривовато улыбнувшись. — Тоже не то? Ладно, просто отдыхай и не дергайся пока я не очищу твою кровь, иначе ты не исцелишься, а значит рискуешь упасть замертво и тем самым закончить то, что начал твой отец, — Белинда влила остатки зелья, смешанного с её кровью, оттягивая казалось бы неизбежное. Октавиана нет слишком долго. — За меня не переживай. Дом защищен. Сюда не могут попасть в первую очередь вампиры. Сама понимаешь почему. Аконитовое поле не даст подобраться оборотням, а тебе максимум грозят недовольные взгляды Флавии, — ведьма невинно пожимает плечами и выдавливает улыбку, сдерживая своё отчаяние, так и рвущееся наружу. — Выгодная сделка.
[indent][indent]Белинда переместилась в кресло и упорно гипнотизировала взглядом часы, стрелки которых плыли по циферблату мучительно медленно. Спустя четверть часа кристалл на кухне зажегся мягким желтым светом, сигнализируя о приближении семьи. Это точно был Тавви. Спустя ещё несколько минут он, запыхавшийся и невероятно довольный собой, влетел в гостиную с пакетом крови. Шодерон рефлекторно заключила холодный сосуд в ладони и, тихо произнеся заклинание, подогрела содержимое до стандартной человеческой температуры. Воткнув трубку в пакет, она вернулась к изголовью и осторожно приложила трубку к губам вампирши.
[indent][indent]— Не спеши, пей медленно, — материнский инстинкт затмевал все прочие, когда кому-то нужна была помощь. Сначала забота, а потом морального ремня по мозгам, потому что рукоприкладством Белинда никогда не занималась, если не считать боевых заклинаний. — Отдыхай. Серьезный разговор будет после того как оправишься, — Шодерон вернулась на кухню с пустым пакетом. Октавиан сидел на кухонной тумбе, уткнувшись в книгу. — Погадаем? — спросил он, беззаботно улыбнувшись. — На Фаусте? — усмехнулась в ответ Белинда. — Назови страницу и строчку, — упорно продолжал сын. Ведьма понимала что так Тавви хочет отвлечь её от забот и гнетущих мыслей. — Ладно, страница двести пятьдесят три, четырнадцатая строчка сверху, — загадала она, ставя чайник и засыпая травяной сбор в две кружки. — Кгхм. Все в сборе: государь, и двор, и знать, и скамьи сдвинуты на заднем плане, где парочки, пугаясь заклинаний, впотьмах друг другу будут руки жать. Смолкает разговор мужчин и дам. Все духов ждут, рассевшись по местам, — с выражением прочел Октавиан, затем мягко хлопнул книгой, закрывая её. — Звучит правдоподобно, оттого неутешительно.

Поделиться172020-08-03 21:20:28

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

миша_2

[indent][indent]Рассматривая многочисленные фотографии с камер наблюдения, не могу не думать о том как сложилась бы моя жизнь сейчас вышвырни я Мишонн Дювалье из своей ванной в один мартовский вечер. Лишь одно событие давностью в месяц было бы способно перевернуть моё существование вверх дном. Вместо коротких часов за тайными свиданиями с юной ведьмой меня ждала бы только работа-работа-работа и немного [или же много] разочарований от того, что все мои попытки уберечь Бермуд от распада тщетны. Я наверное находила бы себя в объятьях новых женщин, но покидала бы их за несколько часов до рассвета. По пути домой только и думала о том, что было бы не откажи я юной Дювалье в притягательной шалости. Но я ведь не отказала, поэтому и думать о параллельных вариантах смысла нет. Или всё же есть? Скорее, да, чем нет. Потому что когда тебе причиняют боль, то ты не можешь не думать об альтернативе, где не пришлось бы осознавать собственную глупость. Позволить молодой ведьме провести себя, купившись на её необыкновенность и уникальность, почти что смертный приговор. Так что самое время растоптать остатки наивности и сыграть на опережение.
[indent][indent]Мне больно. Мне правда больно видеть на каждом снимке белую макушку Мишонн, следящую то за чайной лавкой Кота, то за моим Гербарием. Могли ли она просчитать, что её выходка в моей ванной будет к месту или полагалась на нутро? Каждый день я выкраивала столько времени сколько могла ради неё, ради её тепла. Мне не жалко было уходить в минус, когда отплачивала тем же, касаясь разгоряченной кожи. Происходящее между нами нельзя подделать. Никто не способен подделать чувства, особенно любовь. Как бы смешно ни звучало, но кажется именно любовь я чувствовала к Мишонн и продолжаю чувствовать, что становится яснее, чем чистое небо летом, когда очередной болезненный импульс растекается ядом по телу.
[indent][indent]Нужно взять себя в руки, перестать отсиживаться в крохотном кабинете, перебирая явные доказательства предательства Дювалье. Я стараюсь делать привычные вещи, начиная с кружки бергамотового чая. За хлопотами о лавке день пролетает быстро. Я на несколько часов забываю обо всем, советуя нужные пряности для гурманов, решивших внезапно открыть для себя тайскую кухню. Беззаботно разговариваю с женщиной, скучающей по Италии где провела лучшие месяцы. Предлагаю ей свежий розмарин и делюсь рецептом запекания картошки и мяса с этой специей. Отпускаю Флавию пораньше. Дочь явно измотана большим потоком людей, а мне нужно побыть наедине со своими мыслями, не вызывая подозрений. Хоть где-то звезды складываются в мою пользу.
[indent][indent]Если бы я стояла затылком к двери, то им бы и почувствовала появление Мишонн, но нет. Я занимаю привычное место за прилавком и провожу всё тот же привычный ритуал с документами, сверяя прибыль и остатки товара. Мне нужно лишь поднять голову и увидеть перед собой плавную, хищную походку Дювалье, но и этого удовольствия лишаю себя, продолжая упорно гипнотизировать бумаги и черкать цифры. Каждый выдох получается сердитым. Градус накаляется от беззаботных слов Мишонн. Я знаю, что она искренна со мной. Сейчас точно, но мысли о лжи упорно заседают в голове. Страшнее всего допускать вариант о хитроумном плане Верховной ведьмы. Я тогда точно держать себя в руках не буду и вздерну её. Обеих.
[indent][indent]— С какой стороны посмотреть, — говорю сухо, цокая языком и продолжая делать вид занятой бизнесвумен, у которой нет даже минутки, чтобы поднять голову и поцеловать свою девушку. — Может и заболела, — с напускным безразличием продолжаю после затянувшейся паузы. Пожимаю плечами, мол, попробуй догадаться сама. Интересно, а сколько времени необходимо Мишонн для осознания в какой заднице она теперь? Она ведь не думает будто я спущу предательство, разольюсь речами о том как прошлое ничего не решает и значения вовсе не имеет, ведь у них такое прекрасное настоящее и возможно будущее. А, нет. Будущего у них теперь точно нет. — А, знаешь, наверное, ты права. Истина тоже своего рода болезнь, сбивающая и с толку, и с ног, — впервые поднимаю голову и смотрю на Мишонн так, будто хочу взглядом впечатать её в стену, а потом руками затолкать под землю. Меняю серьезный взгляд на фальшивую улыбку. Мягко касаюсь пальцами подбородка Дювалье и тяну к себе настойчиво. — Или всё-таки ложь — это болезнь? — шепчу на ухо пока злобная ухмылка непроизвольно ползет уголками вверх. — Тогда может больна вовсе не я, — отстраняюсь ровно настолько, чтобы была возможность заглянуть в перепуганные, бегающие глаза Мишонн. Оставляю долгий и мягкий поцелуй на уголке её губ, сжав пальцами подбородок чуть сильнее. — Может тогда больна ты? — вопрос скорее риторический, но не задать его не могу.
[indent][indent]Резко отстраняюсь от ведьмы. Она будто снова не существует для меня физически. Поднимаю руки и читаю заклинания, запирая дверь и опуская махом все жалюзи в лавке. Пусть знает, что не выйдет отсюда пока я не захочу. Пусть знает, что это не новая сексуальная игра. Всё, что сейчас происходит — не игра. Мишонн в моей личной клетке и не выйдет отсюда пока я не захочу. Киваю в сторону своего кабинета. Жду пока она усядется в кресле напротив моего рабочего стола. Не дав ей ни секунды, небрежно кидаю папку с дюжиной фотографий, где она, шпионка недоделанная, ошивается на всех локациях в те же дни, когда на них была и я.
[indent][indent]— Я зашью тебе рот, если ты произнесешь хотя бы одну ложь, — говорю холодно, усаживаясь напротив и направляя пытливый взгляд на Дювалье.

[indent][indent]Нет, ну это наглость. Это вопиющая наглость, которая в один мартовский день влюбила меня в столь юное создание; дала чувство, которое не отпускает до сих пор. И вот она сидит напротив, как и всегда, великолепна с иголочки. Что мне делать? Что мне делать, если не орать на неё и не угрожать, смотря на неё? Я не хочу вновь собирать себя после того как очередная паршивка разобьет моё доверие, что было и без того хрупким. Новый Орлеан научил меня никому не доверять, даже себе. И всё же я пустила к себе Мишонн, раскатывала по небу языком её складное имя, шептала каждый раз, когда оставались наедине. Видимо ради того, чтобы узнать то, чего никогда не надеялась признать. Я всего лишь мост в эту вашу блядскую Терабитию, куда все ломятся, ломая мои ребра, забираясь под костяную клетку жадно и стремительно. Боже, наверное просто стоило «поцеловать» Дювалье папкой с фотографиями по её точеному профилю, чтобы она поняла — ложь на вкус соленая, словно кровь, а не горькая, как темный шоколад.
[indent][indent]— Надолго ли осталась, милая моя? — в голосе звучит обида, которую скрывать уже не удается. Знаешь почему, Мишонн? Потому что ты мне сердце в клочья разорвала, негодяйка. — В какие игры ты играешь, а? — спрашиваю спокойнее, слегка нахмурившись. Нет, правда, ведь если с тобой что-то случится, я сойду с ума. А я своим сердцем, что ты раскромсала, чувствую — с тобой что-то случится. — Ты вообще собиралась мне рассказать или что? Ты надеялась, что я не узнаю? Чем ты... Я даже не знаю что хочу услышать, Мишонн. Я не понимаю, — беспомощно качаю головой, губы изнутри покусывая нервно.
[indent][indent]А вот и волна сожалений накатила. Почему так сложно быть женщиной? И почему ещё сложнее быть женщиной в отношениях с другой женщиной? Мы так за удовольствие в постели расплачиваемся или что? Или просто любовь к Мишонн въелась так глубоко, что стала паразитической и превратила меня в непонятную субстанцию из злобы, обиды и бессилия. Я сейчас как гитара, настроенная лишь на тревожные звуки, а юная ведьма, сама того не понимая, брынчит на мне, как на балалайке. И Мишонн очевидно выбирает самый грязный, дергая за самую тугую струну.
[indent][indent]Я резко поднимаю взгляд на неё, смотря сквозь и сверля её душу. Поднимаюсь со своей места, параллельно вынимая заколку из волос, туго собранных на затылке. Становится жарко от накатывающей злобы. И в такие моменты я привыкла выпускать пар лишь одним способом. Расстегиваю пуговицы на приталенном пиджаке одну за другой, не переставая смотреть глаза в глаза. Усмехаюсь, видя куда она действительно смотрит. Медленно снимаю пиджак, оголяя плечи, а после завожу руки за спину, позволяя ему соскользнуть на стул. Мне жарко. А тебе, Мишонн? Приближаюсь к ней, не говоря ни слова, лишь улыбаясь язвительно. Не позволяю прочесть ни единой эмоции. Плавно обхожу стул, цепляя кончиками пальцев запястье ведьмы. Остаюсь за её спиной. Всё интересное впереди. И если раскалывать эту партизанку, то очевидно только грязными методами. Мои руки ложатся на её плечи и змеями вьются вниз. Хочешь и дальше играть в эту игру? Ладно, давай поиграем. Возвращаюсь к ней, становясь напротив. Цепко хватаюсь за подлокотники и наклоняюсь к ней, приближаясь вплотную.
[indent][indent]— Ты ведь знаешь, что я согласна только на всё и в полном объеме, не меньше, — тихо говорю прямо в губы. Склоняюсь над её ухом, чтобы добавить короткое распаленное, — любимая.
[indent][indent]Как бы самой не проиграть в игре, которую веду. Слишком тонкая грань между желанием стереть Мишонн в порошок и просто желанием. Я закрываю глаза на несколько мгновений и прислоняюсь своим лбом ко лбу девушки. Не хочу её терять, но и держать настолько близко уже не могу. Она должна понимать, что я не наивная девочка, которой поведай о серьезной миссии, где между делом главный плохиш влюбляется, так сразу в лужицу растечется. И кто я сейчас, скажите на милость?
[indent][indent]— Во что ты влезла? — ладно, мне действительно важнее узнать это, чем вымещать злобу из-за прищемленного эго, потому что я на минуту подумала будто горячая девушка не может меня полюбить за что-то ещё, кроме связей. — Мишонн, не заставляй меня вытягивать из тебя это, — смотрю ей в глаза и одной рукой веду по кисти, под которой теплится сгусток нашего магического договора.

Поделиться182020-08-04 04:42:27

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

флав_ксан_1

[indent][indent]Ксандер школу ненавидит всем своим нутром. Он н и г д е не может прижиться, потому что н и г д е найти места своего не может. Штаты_города сменялись один за другим. Для Брюстера стерлись границы, как и стерлась разница проснулся он в Арканзасе или заснул в Миссисипи. Ксандер научился не_привыкать_к_людям, потому что рано или поздно перед их домом, прямо на свежем газоне ему по указке отца придется вбить колышко с табличкой for sale. Но сегодня его счастливый день, ведь вместо леща ему на тарелку отсыпали чуть подгоревших вафель. Мама кудахчет вокруг нового кухонного прибора, экспериментирует и подкладывает пригоревшую пищу, которую Брюстер обильно заливает сиропом.

[indent][indent]Меньше всего Ксандер хотел попасть в Новый Орлеан. Обязательный французский для него пытка. Он еле говорит по-английски, до сих пор продолжая выдавать резкие немецкие интонации, чем выставляет себя на посмешище, поэтому предпочитает молчать и быть невзрачным хамелеоном. Брюстер цепляется за остатки тающих воспоминаний о Ганновере, до сих пор считая бессознательные годы самыми счастливыми. А, здесь, в сердце Луизианы он глубоко несчастен, почти как соотечественник его — юный Вертер. Страдания у них точно колеблются на одном уровне, разве что у Ксандра решимости на самоубийство не найдется. Между гнилым новоорлеанским сюром и тенью он выбирает первое.

[indent][indent]С момента известной катастрофы прошло достаточно времени, чтобы улицы города перестали напоминать об одной из ужасных трагедий в истории Штатов; но вот Брюстер вышагивает по грязному тротуару, на который летит всякое дерьмо вроде раздолбанных досок и сайдинга т о г о , что когда-то называлось чьим-то домом. Остановка, откуда его забирает школьный автобус ровно в восемь // двадцать, похожа на пристанище для бездомного. Даже голуби не решаются подойти, будто боятся оказаться съеденными вышеупомянутым господином. Но даже в столь безысходном пейзаже есть своя эстетика_красота. Ксандер всегда видел э/т/о в само_разрушении. Тесные трейлеры, мелькающие на дальнем горизонте, тому подтверждение. Он пришел слишком рано, не выспавшийся [не спавший, что ближе к правде] рухнул на лавочку и уснул как только сомкнул глаза. Наверное так и проспал бы весь день, решись Питер подкупить водителя автобуса проехать мимо крипового неудачника вроде Ксандера Брюстера, но вот он — спасительный гудок, за которым взрывается сноп смеха одноклассников, звучащий тошнотворно_в/р/а/з/н/о/б/о/й.

[indent][indent]Время до ланча ползет как улитка. Он борется_цепляется за реальность и каждый раз проигрывает, когда начинает клевать носом то в учебник, то в тетрадь. Сегодня день какой-то по-идиотски странный. Хочется скорее домой, спуститься в подвал и уснуть на диване под фильм, играющий фоном. Мягкой и теплой постели Брюстер предпочитал жесткий диван с колючим пледом, который мама грозится выкинуть из переезда в переезд. Звучит спасительный звонок и нудный урок истории прекращается. Война Конфедераций — вторая вещь, в которой Ксандер плох. Сколько бы версий он ни слышал, результат всегда один. Подсознание Брюстера отказывается воспринимать любую информацию, связанную с войной.

[indent][indent]На ланче мозг наконец-то включается. Или делает вид, что включается. Ксандер сидит в самом укромном уголке столовой и тыкает вилкой яблочное желе. Закусывает ноготь большого пальца и задумчиво смотрит вдаль. Ему нужно найти способ слинять с французского. Сегодня настроения позориться перед толпой местных, знающих лягушачий язык как второй родной, не находилось. Очередная поддельная справка о повышенном давлении, которое Брюстер нагонял пока прибор измерял его показатели, тоже идея так себе. Настоящий врач, к которому в этот раз высокий риск отправиться, на глаз определит неуклюжую симуляцию. И родителям настучит, мол, вашему ребенку поменьше бы в интернете сидеть да почаще бы на воздухе бывать. У взрослых на всё один рецепт.

[indent][indent]Ксандер отвлекается от выстраивания плана побега, когда замечает как Питер и ещё один из его недоумков, гоняющих мяч по вечно зеленому полю, лезет к Флавии(?). Собственно «эй, Флавия» наверное и значит, что девчонка, очевидно никого не трогавшая, и есть Флавия. Рука недоумка ползет змеей вовсе не туда, куда стоило бы на глазах у половины школы. Брюстера вмиг охватывает г/н/е/в от того, что он наблюдает. Нечто похожее он чувствовал летом при виде соседа, который так и норовил положить свою пухлую ладонь на колено матери пока отец был на работе. Ксандер в долгу не остался и каким-то образом, будто по чужому щелку пальцев, оказался на заднем дворике мистера Кричера и разломал голыми руками его хваленную коллекцию садовых гномов. Сейчас, переполненный т е м ж е ч у в с т в о м , он уверенно шел к Питеру. В столовой повисла оглушительная тишина сразу после того как Брюстер взял парня за шкиру и скатил со скамейки на пол, хорошенько швырнув его. Ни Питер, ни его дружки в долгу не остались. Ксандер только и успел что буркнуть «твою мать», когда на смену ярости пришла отрезвляющая оплеуха от первого парня школы. Он уже не помнил от чьего удара согнулся пополам. Последней мыслью перед тем, как его окружили стервятники, было сгруппироваться, чтобы не пришлось тратить невьебенно дорогую страховку на лечение отбитых почек.

[indent][indent]Во рту стоит металлический привкус крови. Удары тяжелых кроссовок у ж е забавно пружинят об его диафрагму и другие части тела, по которым колошматят одноклассники. Ксандер не считает ни вдохов, ни выдохов. Барабанная дробь пинков слилась в глухие стуки, а желудок вот-вот вывернет остатки своего содержимого на чужие паленые найки и нью бэлэнсы с распродажи. Брюстер успевает поднять руку и закрыть лицо. Корпус остается беззащитным и чьим-то точным [очевидно отработанным долгими годами на футбольном поле] ударом прилетает в солнечное сплетение. В глазах темнеет м о м е н т а л ь н о . Пинок выбивает остатки воздуха из легких Ксана. Он ч у в с т в у е т как натягиваются струнами вены_артерии. Упрямо упираясь дрожащими кулаками_локтями и сплевывая сгусток темно-красной крови, Брюстер пытается подняться. И тут же валится обратно на пол, заваливаясь на бок.

[indent][indent]— Ты будешь гореть в аду, Питер, — клянется Ксандер, чувствуя как под всеобщее улюлюканье ему отбивают последнее живое место. — Я клянусь тебе... Сам туда тебя отправлю.

[indent][indent]Хриплые вдохи царапают слух. Темная пелена постепенно застилает помутненный взгляд. Брюстер напоследок цепляет взглядом Флавию, стоявшую в стороне. Хорош защитник из него, мда уж. Он в и д и т как девушка что-то неразборчивое бормочет. Наверное Флавия Шодерон — лучшее, что можно увидеть перед тотальной отключкой. У Ксандера даже хватает сил на легкую улыбку, которая в следующий миг сменяется болезненным оскалом. Ему будто даровали второе дыхание. По телу прокатывается в о л н а с и л ы .

[indent][indent]Брюстер понимает п р и м е р н о н и ч е г о из происходящего. В какой-то момент болезненные пинки чувствуются как безобидные тычки. Следует глухой удар по [очевидно] пустой черепушке Питера. Не теряя времени, Ксан цепляется за ногу, что в мощном замахе могла раскрошить нос, сломав больше, чем напополам. Сжимает пальцы крепко словно в с т а л ь н о й х в а т к е . Вой Питера тому доказательство. Ксандер резко и с силой дергает на себя ногу, лишая врага точки опоры. Тот с грохотом валится, прикладываясь о скамейку. Слышится хруст в лодыжке, а следом и не_человеческий вопль, удовлетворяющий Брюстера. Как минимум закрытый перелом и вылет из сезона Питеру обеспечены.

[indent][indent]Ксандеру не должны дать подняться — наоборот, должны все силы кинуть, чтобы утрамбовать его в бетонную плиту. Брюстер никогда не был стратегом, но понял простую истину ещё в шестом классе, увлеченно читая мифы Древней Греции. Хочешь убить гидру — проткни её сердце, а не руби головы, что множатся в геометрической прогрессии. Ксан чувствует как равномерное дыхание возвращается под нытье_всхлипы Питера. Единственный решившийся напасть получает кулаком в челюсть и спиной летит на стол, проламывая подносы // сминая баночки_стаканчики на них. Брюстер чувствует н е о б ъ я с н и м о е п р е в о с х о д с т в о над обидчиками. Стоит ему подступиться к следующему как наступает гробовая тишина в столовой, разрываемая истошным_злобным ором директора.

[indent][indent]— Брюстер, Шодерон, в мои кабинет! — он чуть ли не давится слюной от гнева.

[indent][indent]— Флавия не виновата, — с хриплой одышкой волочет Ксандер. — Я первый начал, хотя первый начал в о т э т о т, — указывает рукой на ноющего от боли Питера. — Он...

[indent][indent]— Молчать, Брюстер! — очередной вопль заставляет неприятно содрогнуться. — Ещё слово скажешь и вылетишь отсюда.

[indent][indent]Не то чтобы Ксана пугала такая перспектива. Ему не привыкать быть болванчиком, которого посылают из одного угла поля в другой. Понурив голову, Брюстер поплелся вслед за директором. Даже в коридоре он слышал как Питер стенал от боли пока его пытались транспортировать в медицинский пункт. Руки у Ксана трясутся вовсе не от страха исключения. Он до сих пор не понимает ч т о э т о б ы л о . И почему-то уверен в том, что Флавия понимает. До кабинета им приходится идти молча. Директор так злобно вышагивал, будто собирался раздробить пол и сбросить их обоих в Тартарары. Но на удивление им предлагают сесть возле кабинета пока мистер Николс выполнит свои прямые обязанности и сообщит о случившимся всем родителям.

[indent][indent]— Хэй, я ни о чем не жалею, — говорит Ксандер, чуть повернув голову в сторону Флавии.

[indent][indent]Он смотрит на свои окровавленные руки, игнорируя струйку крови, щекочущую скулу. Ксандер не может отделаться от мысли, что его адреналин — э т о з в е р ь . Свирепый, яростный и беспощадный.

[indent][indent]Тряска не унимается. Ксандера лихорадит. И лихорадка эта вовсе не та, к которой он привык, когда болел или трясся под теплым одеялом с высокой температурой. Многочисленные синяки размером в чайные блюдца щекочет, лишь потом неприятными импульсами тревожит пронизывающая боль. Если бы не Флавия рядом, то Брюстера стошнило бы прямо сейчас. Порывы сдерживает злобная ярость. Ксандер никогда не думал, что можно ненавидеть человека н а с т о л ь к о сильно. Он не сразу понимает, что и тряска, и гнев вызывает в нем концентрат ненависти к Питеру. Он — здесь монстр. Бездушная падаль и рвань, что тянется своими грязными руками очернить всё вокруг.

[indent][indent]— Я обычно не распускаю кулаки, — признался Ксандер и тут же шикнул от простреливающей боли в виске. — Не мог смотреть и вмешался, — Брюстер опускает голову и крепко сжимает глаза, всеми силами заставляя накатывающие слезы остаться под веками. Он глубже прячет августовское воспоминание о соседе и матери. Заодно и себе запрещает вспоминать лишний раз. Ни к чему распалять злобу сильнее. — Ксандер, — он искоса смотрит на Флавию, криво улыбаясь уголком губ. — Я здесь всего месяц. Мы вместе на литературу ходим, но я чаще прогуливаю и откупаюсь от мистера Моруа эссе, — усмешка над самим собой сквозит дискомфортом и всё той же знакомой болью от свежих побоев. — Заметил, что ты в напряге с этой... — Брюстер щелкает пальцами, пытаясь вспомнит имя пустоголовой дуры, что к нему пыталась свои надутые пельмени подкатить ради решения нескольких задач по информатике. — Элиза? Элис... Алиса? В общем, кукла из компании Питера, — Ксандер прикладывает усилие, чтобы опереться руками на колени и откинуться на спинку стула. — Я верю в карму, поэтому им ещё аукнется.

[indent][indent]Его мама часто говорила, мол, какой приход — такой расход. Сколько эти мелкие сучата натворят зла, столько им сделает звонкий д з ы н ь кэшбек из неудач и пакостей. Эта мысль заметно утешает и успокаивает Брюстера. Он не сразу замечает как рука Флавии тянется к его лицу. Не успевает дернуться — любое движение приносит ноющую боль, поражающую пулями каждое слабое место. Их у Ксандера в разы больше, чем силы.

[indent][indent]— Да, тебе со стороны виднее масштаб катастрофы, — тихо сипит Брюстер, также тихо шмыгнув носом. Во рту стоит металлический привкус крови. Разбитая губа вновь лопнула, выпустив из-под тонкой пленки густую ржавую жижу с характерным привкусом. — Если не сотрясение, то придется вернуться в эту дыру раньше, чем хотелось бы, — сквозь смешок выдавливает каждое слово Ксандер. Ему хочется, чтобы Флавия наконец-то улыбнулась. — Звучит как состав ведьмовского зелья, — последнее слово встает поперек горла. Свистящий воздух щекочет гортань и Брюстер заходится кашлем таким же болезненным, как и его вид. — Прямо в стиле Нового Орлеана, — вымученная улыбка похожа больше на оправдание. Ему на секунду показалось будто его шутка обернулась больным уколом. — Спасибо.

[indent][indent]Ксандер грустно поник, так и не найдя сил подобрать правильные слова извинения. Он прикладывает салфетку к разбитому виску. Подсохшая кровь похожа на горячую карамель, тянущуюся комками. Появление директора уже не казалось началом конца гребаного мира. У Брюстера мать понимающая. Он уверен — она поверит ему. Возможно проведет вечер, роняя слезы в mövenpick, баскет которого будет охлаждать горячий лоб Ксандера. На фоне заиграет ромком из девяностых, а ближе к полуночи их семья решит, что утро вечера мудренее. В такие моменты Брюстер чувствовал себя неуязвимым даже перед акулой вроде директора Николса.

[indent][indent]— Хэй! — гаркнул Ксандер и резко вскочил со стула. В ушах стоит рык собственного голоса. Все трое замолкают. Брюстер и сам не понимает что с ним происходит. Откуда у него желание обзавестись острыми когтями и грозно разрубить ими любую мебель, что встанет на пути? — Если вы считаете, что домогательства — это нормально, то нет. Я лично видел как Питер залез своими руками туда, куда не следует. Флавия ему несколько раз сказала ясное и четкое н е т ! Знаете, может мы и не гордость вашей школы... Хотя нет. Знаете что? Да к черту такую школу. Вы, — он тыкает пальцем в директора, — самый недальновидный человек во всем Новом Орлеане. Мы же подростки. Этот инцидент уже гуляет по сети. Вам крышка. Мне плевать, вы можете отчислять меня, но не смейте затыкать девушку, которой домогался ваш драгоценный квотербек-имбецил.

[indent][indent]— Вы закончили, Брюстер? — сдержанно уточнил директор. По вздутой на лбу вене видно как тяжело дается сохранять спокойствие. — Шодерон, вы составите компанию Брюстеру в классе наказанных пока я и администрация школы будем решать как изолировать вас и Эндрюса. Вы же, Брюстер, наслаждайтесь последним днем в моей школе. С завтрашнего дня вы продолжите обучение в классе коррекции, где научитесь манерам и контролю гнева, — Николс медленно поднимается со своему места, отчего Ксандер оседает обратно на стул. — Оба свободны. Вас заберут родители. Не вздумайте даже сбегать, иначе больше не переступите порога этой школы.

[indent][indent]Брюсер ковыляет к выходу и спешно отходит подальше от кабинета. Останавливается посреди пустого коридора и крепко сжимает кулаки. Каждая хилая мышца напрягается в худощавом теле.

[indent][indent]— Как. Же. Он. Меня. Злит. — злобно цедит до скрипа на зубах. Он совсем не понимает что с ним происходит. Вот-вот Ксандер готов завыть на всю школу, раздираемый болью, обидой и горечью.

Поделиться192020-08-09 13:30:33

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

саня_1

[indent][indent]После взрывов на Местах Силы не только в моей жизни всё пошло наперекосяк. Они поглотили Новый Орлеан с головой, а меня таким образом поглотили мысли о поимке виновника этого далеко не радужного торжества. Я чувствую себя уязвимой, будто стала слабее, хотя на первый взгляд поменялось немногое. И всё же я засыпаю и думаю о мотивах других о с о б е н н ы х людей, проживающих в городе; просыпаюсь и продолжаю думать вновь, ища среди подозреваемых того, кто действительно мог бы осквернить Места Силы. Именно в такие моменты беспомощность бьет ключом максимально. Вся моя злоба концентрируется на еретиках, ведь ни одна ведьма не станет гадить там, где ест; не станет губить источник своей силы. От того поиск виновных усложняется. Найти еретика не так просто. Подобно тому как на человека внезапно выливают ведро ледяной воды, настигает мысль куда ужаснее. А что если это проделки вампиров или оборотней? Даже представлять не хочу как такое может быть возможно в теории, не говоря уже о действительности.
[indent][indent]Я снова просыпаюсь абсолютно разбитая. К магическим проблемам добавились и прочие, кажется, не_временные трудности. Мне пришлось сократить часы работы Гербария, потому что воспоминания о нападении вампиров были ещё свежи, а подвергать опасности детей я ни за что не стану. Как только начался закат, Флавия под моим укоризненным и строгим взглядом помогла закрыть лавку, а после молчала в машину и также молча сидела на протяжении всей дороги до дома. Раньше для меня не имело значение время суток, но теперь я благодарна лету за каждую лишнюю минуту света. Прошло чуть больше недели с нападения вампиров, очевидно науськанных на меня по чужой указке. Опознать их так и не удалось. Те настолько отчаянно рвались на кострище, что получили свою казнь мгновенно. Мне до сих пор хочется зайти в Орден, открыв дверь ногой, чтобы наорать на инквизитора, который повелся на провокацию. Да смешного очевидную провокацию. Теперь я стояла на пресловутой точке старта, не имея возможности распутать клубок нитей, чтобы найти ту единственную, способную привести к виновнику моих бед.
[indent][indent]Отсидевшись неделю дома и прячась по углам, я решила действовать. Зная, что Флавия и Тавви в порядке, смогут защитить и себя, и друг друга, резко захлопываю хлипкую книжку и с глухим хлопком кидаю на стол со словами: «с меня хватит». Если и было место, где я могу найти зацепку, так это Канкун. Лишь бы моё очередное появление где-либо не превратилось в адский волчье-медвежий замес с участием людей. Джудас едва пережил ту заварушку, но удивительнее то, что я второй раз оказалась нос к носу с Рагнаром в его зверином обличье и сумела остаться целой и невредимой, без единой царапины. Надеюсь моя сверхъестественная удача пребудет со мной и в Канкуне, где никто себя не сдерживает, а кто-то ещё и деньги на этом зарабатывает.
[indent][indent]Если возвращаться на поле игры, то при оружии и во всей красе. Первым делом пора избавиться от блондинистой маскировки. Больше она ни к чему. С родным цветом волос я чувствую себя увереннее и сильнее, а доспехами мне служит узкое платье. Лишь бы не повторять своих прошлых ошибок и помнить истинную цель визита в Канкуна. Мысленно отвешиваю себе оплеуху за малейшее отхождение от намеченного плана, но про себя-то знаю насколько бесполезно сдерживать себя. Наконец-то собравшись я ощутила привычную щекотку по всему телу. Это волнение было приятным. Я испытывала его всякий раз, когда выходила в, так называемый, свет.
[indent][indent]До Канкуна добираюсь на такси, представляя как вскоре опрокину несколько шотов, а после и чего поинтереснее. Из алкоголя, разумеется, хотя кто знает, кто знает. Стоит переступить порог клуба как происходит резкая смена парадигм. Здесь себя в безопасности едва ли чувствуешь, но зато по венам разливается раззадоривающий адреналин. Улыбка сразу ползет до ушей, в глазах появляются искры и каждое движение выдает готовность вляпаться по полной программе. Разве не за этим и был создан Канкун? Будто под меня и мою способность находить приключения выкладывали кирпичик за кирпичиком.
[indent][indent]Я осматриваюсь, гордо расправив плечи, и киваю каждому знакомому лицу. Кошек здесь осталось немного, но и их достаточно, чтобы убрать из списка переживаний этот пункт. С ними меня роднила поразительная способность к выживанию. Сегодня градус накала необычайно завышен. Готова поклясться, что половина посетителей будто смакует предстоящие бои. Наверняка их что-то особенное, но пока меня интересует только алкоголь. Нужно расслабиться, а текила лучший помощник и друг в таких делах. Один шот, второй шот, третий шот.
[indent][indent]— Бульвардье, — щелкаю пальцами и указываю на место возле меня. Самое время наслаждаться вкусом, чуть поднакидавшись. Но этот вечер был бы слишком скучным, если бы меня не коснулась чужая перепалка. Мужчина весьма грозного вида, очевидно оборотень, начинает задирать парнишку, тоже наслаждавшегося шотами. Мне чертовски не нравится наклевывающаяся заварушка. Когда тот делает замах, я поднимаю руку и крепко сжимаю кулак, шепча заклинание. Мои зрачки охватывают теплые желтые искры. — Хэй! — гаркаю на него, становясь между мужланом и парнишкой. — Здесь другие правила, — расправляю кулак, ровно распрямляя ладонь и плотно прижимаю пальцы. — Хочешь с кем-то подраться, шуруй вниз и выпускай пар там, — делаю замах и отвешиваю ему звонку пощечину. — Проваливай, — резко киваю в сторону и опускаю руку, всем видом давая понять, что мне за такой финт ничего не будет, а ему не стоит нарываться на меня. Забираю коктейль и делаю первый глоток. Перевожу дыхание и поворачиваюсь к парнишке. — Не моё дело, но позволь дать тебе совет. Остерегайся таких задир и не соглашайся идти с ними на ринг, — предупреждаю, прекрасно зная о чем говорю. — Над рингом купол, который лишает всех способностей. Там вы оба будете обычными людьми, — я решила опустить своё скромное объективное мнение о том, кто победит в таком бою.

[indent][indent]В надежде на то, что я погасила очаг ссоры, очевидно ведущей к серьезному конфликту, возвращаюсь к своим делам. Точнее одному делу. Такому сладкому и тягучему, прекрасному и желанному бульвардье. Вернулась бы, не реши молодой человек будто я здесь местная мать Тереза, готовая уделить своё время каждому страждущему. Но кого я обманываю-то? Других, конечно, могу, но себя наебывать как-то некрасиво. В определенных кругах меня и без того называют матерью Нового Орлеана, с моей любовью помогать юным бестолочам. Стоящий передо мной дылда как раз отлично вписывался в образ страждущей бестолочи. Я это нутром чувствую.
[indent][indent]— Предлагаю включить мозг и не создавать Риттеру проблем, — роняю как бы невзначай, давая понять, что из недавней перепалки услышала достаточно. Стая Макса обладала своей репутацией неспроста. Хотя с каждым новым прожитым пиздецом в славном луизианском городке меня уже начали брать сомнения. Альфа стаи имени себя больше походил на вынужденного воспитателя для своих хвостов. Будь он здесь, то вышиб мозги и первому, и второму. — Тоже мне. Один задириха, второй неотпустиха, — едко подмечаю, запивая остроту коктейлем. Ах ну да, как же можно было забыть. Невозможно вышибить то, чего нет. Закатываю глаза под тяжелый вздох. Ну что мне в стороне оставаться? Пойду хоть посмотрю как щенку Риттера начистят гордый пятак. Помочь не помогу. Мои полномочия на минус первом этаже как бы всё. — Ещё чего! — резко возмущаюсь, злостно помешивая трубочкой коктейль, что льдинки оскорбленно зазвенели. — Это попытка заработать на свои похороны? Да вы тот ещё шарлатан, молодой человек, — отшучиваюсь, прожигая его взглядом: «только попробуй сдохнуть, иначе я тебя сама убью».
[indent][indent]Азартный интерес берет свое. Я иду на поводу у человеческой слабости, которую в народе называют любопытством. Хотя нет, кажется, этот самый народ за такие проделки какой-то женщине нос отрывал. Деталей не помню. Мне бурый медведь в Джудасе рассказывал. Уточните у него.
[indent][indent]— Может всё-таки не надо? — осторожно спрашиваю и сразу прикладываюсь к коктейлю с видом абсолютной невинности. — Ну как хочешь, — пожимаю плечами и провожаю юношу взглядом, погасив улыбку сразу как он отвернулся.
[indent][indent]При всей моей любви к кошкам, иначе ведь это чувство не назовешь раз я почти двадцати лет возле них околачиваюсь, но мордобой я не одобряла. В Джудасе в плане драк всё происходило органичнее. А здесь... В общем, в Канкуне мне нравился только этаж с выпивкой. И видимо не зря. Публика в один миг оживилась. Все несли деньги новой управляющей, только и успевавшей подсчитывать коэффициенты. Ладно, у меня в кармане лежит смятая сотня. Вполне себе подойдет.
[indent][indent]— Ставлю на то, что бой не будет завершен, — уверенно кладу купюру, бросив настойчивый взгляд на щеглуху с ментоловой сигаретой. Мне стоило бы порадоваться, что хозяйка заведения заинтригована моей ставкой. Но глядя на неё, я вижу каждую ошибку своей молодости, поэтому киваю ей с вызовом, придвигая купюру ближе в знак того, что моё решение окончательное.
[indent][indent]Каждый удар запиваю коктейлем, подхватывая с подноса чужие заказы, ведь несложно догадаться, что накидалась я за пару минут. Оборотень и вне купола не производил впечатления Рембо, а тут совсем беда. Его противнику для завершения картины не хватало только соусом размазать то, что останется от юноши, если не остановить бой. А судя по тому как Каер разошелся в своих комментариях, заводя публику каждой меткой фразой [прямо также метко и оборотню под куполом прилетает каждый удар кулаком], бой никто не остановит пока один из них не отключится. Мой новый знакомый незнакомец сдаваться не собирался, а у меня сил уже нет накидываться ещё больше.
[indent][indent]— Каер! — кричу ему, но без толку. Толпа улюлюкает, ещё и он вопит, будто ему хвост прищемили. Проталкиваюсь в тесноте, подбираясь ближе к комментатору. — КАЕР, ОСТАНОВИ ЭТО! ОН ЕГО УБЬЕТ! КАЕР, ПРЕКРАЩАЙ! — да, ёб тебя за ухо, ты что ли глухой на оба два? Нет, я знаю, что белые коты от рождения глухие, но Морхен же в белый в черное пятнышко. — КАЕР! ТЫ КОММЕНТИРУЕШЬ ЧЕРТОВУ СМЕРТЬ! — похоже он слышит только себя, а мой осипший голос тонет в восторженных возгласах зрителей. — КАЕР! — последняя попытка перекричать ведущего приводит аж к ничему. Только к ощущению будто мне кинжалом горло проткнули. К Леони, тоже наслаждающейся зрелищем, я лечу гарпией, не скрывая злобы. — Останови бой пока ты не вылетела отсюда также, как и влетела, — гневно сиплю ей прямо в ухмыляющееся лицо. — Или мне перевернуть здесь всё вверх дном? — кажется, ей и на это плевать. Я склоняюсь над ней грозной тенью. Любой удар по морде лица парнишки может стать для него последним. — Ты здесь недавно, поэтому послушай-ка сюда. Если парнишка умрет под куполом, то можешь сразу пополнять список своих врагов стаей Риттера. А эти волки славятся отшибленными мозгами. Кошкам и без твоего бахвальства хватает проблем. Сворачивайся, — киваю на ринг. Когда Леони подает сигнал вышибалам, то берет слово на себя и выкручивается весьма ловко, объявляя бой скучным и затянувшимся. Недовольные зрители раздосадованы ничьей, но мне плевать. — Несите его в служебное помещение.
[indent][indent]Брошенное кем-то в спину «ты будешь гореть в аду» для меня столь же привычное, как и отпарированный ответ «я уже». Пока стенающее тело парня кладут на диван, явно не по его размеру, я позволяю себе плеснуть виски. Сажусь у изголовья и потолок моих способностей сейчас — немного снизить температуру, не давая коже волчонка гореть вулканической магмой.
[indent][indent]— И скажи на милость, вот тебе больше всех надо, да? Давай, включай свою хваленную регенерацию. Не вздумай сдохнуть здесь.

[indent][indent]Знаете почему я не жаловала Канкун? ДА ВОТ, МАТЬ ВАШУ, ПОЧЕМУ! Потому что у меня в ногах валяется детина, очевидно недавно обращенная в волка, и кровью истекает. Есть у меня подозрение, что волчий ген умножил врожденную безмозглость. Если считать в накачанных орехах, о которых мечтает каждая третья кукольная девчонка, то у парнишки десять Ким Кардашьян из десяти. Примерно таких размеров жопа, где он, его здоровье и регенерация пребывают. Ну прямо Ниф-Ниф, Наф-Наф и Нуф-Нуф прячутся в месте, куда за ними никто бы не пошел.
[indent][indent]Самое время звонить Скайлер. Она здесь обычно орудует ветеринарными принадлежностями, зашивает и ставит на ноги всех раненных собак и прочих нелюдей. По привычке хлопаю по карманам кожаной куртки, запоздало вспоминая, что во время последней попойки оставила телефон в Джудасе, куда не спешила возвращаться. Наверное им Рага мешает коктейли, когда лень коктейльную ложку мыть. Хотя сомневаюсь, что хоть кто-то видел её в глаза с тех пор как... Да с самого открытия. А жаль. Я бы добавила пареньку ложкой в лоб. Мне правда кажется он не до конца осознает какому риску себя подверг. Странно только отсутствие Макса. Альфа точно почувствовал как его царевича превращали в волчью отбивную.
[indent][indent]— Что ж ты сразу не сказал, что твой генератор работает на солодовом топливе, — с ироничной усмешкой открыто издеваюсь над оборотнем. Где-то здесь точно должна быть заначка. Канкун без подпольных залежей не был бы собой. Приходится вставать с насиженного места и отправляться на поиски янтарной по углам. Через три шкафчика и десяток полок нахожу бутылку Джека Дэниэлса. Для паршивости данной ситуации вполне себе сойдет, хотя я предпочла бы поить волка водкой. Ну а что? В моей семьей собак от чумки и других болезней лечили самогоном. Наверняка и тут принцип такой же. — Не думал озвучивать мультики? У тебя сейчас особенно прекрасно получается, — слова дробятся сдавленными смешками пока наливаю виски в два стакана. Не всю же бутылку отдавать детине. Пусть хотя бы косметический ремонт своей регенерацией сделает. — Лежи, не шевелись лишний раз. Тебе нужен покой, а я пока гляну может из чего смогу тебе примочки сделать, — оставляю стакан на подлокотнике и сдерживаюсь, чтобы не чокнуться своим стаканом о лоб бедолаги.
[indent][indent]После крепких коктейлей порция виски залетает не так уж и легко. Чувствую как мутнеет рассудок и мне становится весело. Ладно, это просто мой способ справиться с тем, что на диване лежит избитый в мясо парень, чей исцеляющий фактор не спешил на помощь. Он смотрит на меня своим жутким подбитым глазом. Веки будто в сотню раз распухли и закрыли зрачок. На самый крайний случай здесь припрятан чемоданчик с необходимыми ингредиентами и пара-тройка разных зелий для первой помощи. Удивительно, но кейс покрылся приличным слоем пыли. Открыв его простым заклинанием, нахожу необходимые лекарства. Я так себе доктор. Моя научная степень — квартет детей, не считая ещё тех, кого мне подкидывали просто посидеть с ними. Лечить ссадины, синяки и прочие прелести детской жизнедеятельности я начала двадцать пять лет назад. Сегодня у волка счастливый день. Я могу хоть немного облегчить его страдания.
[indent][indent]— Я бы на твоем оставила немного виски для запивки, — советую ему, глянув поверх открытого чемоданчика.
[indent][indent]Беру склянку с обезболивающим зельем. Оно настоялось за время ненадобности и будет слегка горчить. А может и не слегка, ведь рецепторы у оборотней чувствительнее человеческих. Перебрав остальные склянки, нахожу ещё одно зелье. Хорошенько взбалтываю, чтобы осадок растворился в темно-желтой консистенции. Надеюсь у кучерявого хватит мозгов не съездить лапищей и мне. Я-то уж точно от такого удара оправляться неделю буду, если не больше.
[indent][indent]— Сначала это. Будет горчить, но боль уйдет и будет легче перенести следующее, — беспардонно сую горлышко склянки в рот парню. Для верности зажимаю ему нос, чтобы не выплюнул и точно проглотил зелье. — Прости, оно тут немного залежалось, зато лучше подействует, — а мне, кажется, тоже нужно зелье. Делаю большой глоток виски. Наверняка со стороны кажется будто мне невидимой боксерской перчаткой дали по лицу. — Ладно, идём дальше. Сейчас тебе станет очень и очень жарко буквально на полминуты, потом будет ломить всё тело. Это зелье поможет запустить твой «генератор». Придется потерпеть, — стоило бы ещё выпить прежде, чем полезть в пасть к волку. Стоило бы.
[indent][indent]Проворачиваю такой же фокус, как и в первый раз. Под предлогом обновить напитки отхожу подальше. Больше я помочь ничем не могу. Остается лишь наблюдать за метаниями парня на узком диване, ещё и по росту ему не подходящему. Мне редко доводилось видеть оборотней в таком состоянии. Даже Хэнк после схватки с Рагнаром-медведем выглядел получше. Хватило бутылки водки на троих, чтобы прийти в себя. Смотреть на то как парнишка извивается и понимать, что таким образом природа берет своё — и страшно, и тяжело. Вряд ли сработает утешение, мол, без первого зелья было бы в разы хуже. По крайней мере, я не дала ему сдохнуть от множественных травм, о которых ещё будет время подумать. Сдается мне, что удары наносились не просто так и не забавы для. У моего нового, пока что незнакомого, очевидно проблемы. Такие же крупные, прям как он сам.

[indent][indent]Когда-нибудь я уйду на покой. Куплю другой дом в глуши тундры. И брошу эту затею под конец недели, потому что поблизости не будет ни одного match в блядиндере. Биться с волками и медведями в принципе можно и в Новом Орлеане. Допустим. Так что мысленно возвращаюсь туда, откуда мне не сбежать; то есть, сюда.
[indent][indent]Двадцати с лишним лет здесь не хватило для принятия простой истины. Любой мой поход опрокинуть пару-тройку коктейлей в Джудасе или Канкуне заканчивается катастрофой. Мне нравится, иначе бы не пустила корней в Новом Орлеане и не воспитывала бы здесь детей. Сегодня мою катастрофу зовут...? О... А как несчастного-то этого зовут? Как-то не было времени спросить. Пока зелье борется с сонливостью регенерирующих клеток, вынуждая их делать своё дело быстрее, я всё же не решаюсь узнать имя своего должника. Он по всем законам нашего мира стал им, когда я вытащила его из-под купола. Меня не просили, а я и не спрашивала. Живу по такой схеме. В принципе, это четыре из пяти. Сносно, полезно и не всегда разочаровывает.
[indent][indent]— Да так, ничего-ничего, — отвечаю парню, не шибко уверенная зачем. Ему всё равно не до придумывания остроумных ответов, да и не до попыток напрячь последние микроучастки недобитого мозга, чтобы уяснить некоторые мои объяснения. — Удачного полета, — салютую напоследок, когда его [слава тебе господи] накрывает зельями.
[indent][indent]Предпочитаю занять позицию подальше от дивана. Стол отлично подходит. Опираюсь заднице о край, складывая руки на груди и ожидая фееричного шоу. Знал бы только этот бедовый скольких так таращило здесь. Некоторых хлеще, чем его. Чуть склоняю голову на бок, скучающе вздыхаю. Нет, ну он ещё нормально так держится. Только быстро становится скучно. Боязливо предполагаю насколько сильно ему влетело. И с каким рвением парень пытается сохранить достоинство до последнего. Понимаю, что оставить его не могу в таком состоянии, поэтому придется задержаться. Доливаю себе виски и усаживаюсь на стол, не особо заботясь о том, что подумает Леони о происходящем. Надо было кабинет запирать, так бы никто диван не попортил и задницу на столе не припарковал.
[indent][indent]Со временем я так и не научилась не испытывать жалости к пострадавшим. Даже если причиной является недалекий ум. Ему же больно. И что мне делать с этой информацией, внезапно родившейся в подкорке? А ничего. Унять свой материнский инстинкт, сделать ещё пару глотков виски, стараться не думать о том что за мокрые пятна проступили на одежде парня. Притворюсь будто на часок-другой переместилась в Вегас. А, нет, не притворюсь, потому что:
[indent][indent]— Оу, мы настолько близки и ты решил показать мне содержимое своего желудка? — вопросительно приподнимаю бровь, поднося стакан с виски ближе к носу. Да я почти детектив на месте преступления, который вынужден мазать фильтрум специальной мятной мазью, чтобы сбить трупный запах. — Ты ещё и романтик, надо же. Как мне повезло! — безобидно язвлю, отпивая немного виски. — Не умираешь, не переживай, но уверена твой альфа может решить этот вопросик. Главное правильно спроси, — уголки губ сами ползут вверх в полуулыбке.
[indent][indent]Ладно, стоит сбавить обороты. Парню и без моих комментариев худо. Сам, конечно, виноват. Тихо произношу заклинание и направляю рукой первую попавшуюся тряпку. Небрежно скидываю на блевотную лужицу. Вдруг моему новому знакомому незнакомцу захочется упасть с дивана на пол, так хотя бы не мордой в свой непереваренный продукт жизнедеятельности. Можно было бы добавить очищающее заклинание, но слишком жирно для Леони. Пусть сама разбирается, её же кабинет. Когда тряпка насквозь пропиталась, снова поднимаю её в воздух заклинанием и выбрасываю в открытое окно на территорию соседствующего магазинчика. Стоит поставить скрытые камеры, а после продать шоу на TLC.
[indent][indent]— О, так трусы-неделька были прелюдией. Да ты тот ещё Казанова оказывается, — нет, я правда держалась. Он сам вынуждает меня отпускать сарказмы по два вне очереди. — Нет, в такой оплате я не заинтересована, — не знаю кому легче из нас должно стать от таких новостей. Мне точно. Don't take it personally, kid. — Будешь должен мне услугу, — заявляю будничным тоном, приближаясь к парню с бутылкой. Доливаю ему виски и снова отхожу обратно ко столу. — Когда придет время сама найду тебя, — приподнимаю свой стакан в беззвучном тосте и допиваю янтарную. — Я бы на твоем месте умылась, — как бы ни на что не намекаю, но намекаю. — И заодно смылась бы тоже. Мы в кабинете управляющей. Лучше не оставаться на месте преступления.
[indent][indent]Киваю на дверь, куда направляюсь, заодно прихватив бутылку виски. Леони по запаху поймет кто здесь был. Парнишке наверняка прилетит ещё сильнее, чем сегодня. За нас двоих сразу, иначе Старый Кот накрутит ей хвост и сделает анальную пробку, если она тронет меня.
[indent][indent]Пробираюсь по темному коридору наугад. Слышу знакомый щелчок и толкаю дверь, где меня наконец встречает порыв свежего воздуха. Потрясающе, не правда ли? По узкой проулочной тропе спускаюсь в сторону порта, совсем забыв зачем я вообще сегодня сунулась в Канкун. Неужто ради того, чтобы реализовать синдром спасителя // матери на очередном авантюристе? У кармы своеобразно работает ирония.
[indent][indent]— Кстати, как тебя зовут-то? — спрашиваю у парня, предпочтя сделать пару глотков виски из горла бутылки первой, а после передать ему.

Поделиться202020-10-11 16:01:23

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

айлин

[indent][indent]Утро в чайной лавке Кота внезапно начинается не с чая. В его тесном кабинете пахнет приторной смесью бергамота и жасмина, а от него самого несет смертельными тайными. Правильнее будет сказать смердит, но Белинда привыкла подобно тому как стажеры судмедэкспертов и патологоанатомов в один день перестают обращать внимание на резкий запах формалина или гниющей плоти. Этот «парфюм» ставится их собственным. Так и тайны Кота стали защитной оболочкой Шодерон, давно не вызывая у неё мелкой дрожи от чувства опасности. Владеть т а к и м и знаниями не столь опасно, как однажды доверить их неправильному человеку.
[indent][indent]Белинда в нетерпении Кота ждет. Шагами небольшими кабинет отмеряет. Ей ввязываться с ним во что-то не привыкать. Когда надоедат волчком крутиться, немногочисленные полки рассматривать, берет графин с водой и льет в чайную чашку. Глоток-два и до рецепторов доносятся жгучие сигналы, что это треклятая водка. Пыльный поток микрокапель на ковер обрушивается, сбивая крепкие чайные ароматы. Шодерон кривится, рот утирая и помаду размазывая. Знакомый хохот за спиной искреннее возмущение зажигает.
[indent][indent]— Ты что русская мафия пить водку из графина, а? — спрашивает ведьма, отплевываясь от остатков беленькой. — Что за срочность?
[indent][indent]Белинда салфеткой остатки губной помады стирает. Напротив Кота садится, ногу на ногу закидывая. По его хитрому взгляду догадывается об очередной авантюре, где умения её ведьмовские требуются. Впрочем Шодерон отказывать не собиралась, хотя женское начало в ней требовало скандала; требовало бури, после которой Белинда новую главу в своей жизненной книге приключений писать пойдет. Но то, о чем Кот сейчас просил...?
[indent][indent]— Ну уж нет, — возмущенно бровь изгибая, ведьма головой мотает. — Я и вампирша? Только если третий в лодке будет и собака, — отпираться продолжает, мотая головой и на Кота глядя как на ума лишенного.
[indent][indent]Ей точно нужен в помощь оборотень, способный откусить голову кровопийце в случае опасности, иначе сама она скупаться на огненные сферы не станет. Оставит прах от напарницы, едва от неё опасность почувствует.
[indent][indent]Белинда дыхание переводит, губы поджимает, исподлобья недовольным_сомневающимся взглядом Кота сверлит. Тяжело вздыхает, обводя взглядом кабинет от угла до угла; в потолок смотрит, будто правильный ответ ищет. Но когда дело мистических тварей касается, то нет абсолюта верного или ложного — только серое нечто, в котором веками барахтаться приходиться.
[indent][indent]— Эта побрякушка так важна? — обессиленно спрашивает, тяжело вздыхая. — Если дело действительно важное, я готова потерпеть общество вампира, — соглашается Белинда, резко руку вскидывая, — но[!], я не договорила, — на стуле выпрямляется, плечи расправляя. — Пусть только повод даст и вернусь с артефактом только я.
[indent][indent]Кот другого и не ожидал от Шодерон. Ему не впервой следы заметать и карты тасовать. Дождавшись часа «икс», ведьма в назначенное место пребывает. По описанию, что оборотень предоставил, в худощаво сложенной русой девушке напарницу свою узнает. Неловко себя чувствует к ней подходя. Особняком держится, лишний раз на складно сложенные черты лица не заглядываясь.
[indent][indent]— Девочки и не работают с Котом, — холодно отмахивается Белинда, — только я, — новые вопросы на корню пресекает. О курьерах Кота многим его клиентам известно, но ими всегда были другие кошачьи оборотни, что когда-то в беде оказались. А он в свою очередь многих на ноги поднял. — У тебя-то уж точно время ограничено, — с приглушенной усмешкой отвечает Шодерон, намекая на солнце, которое способно с лица земли вампиршу стереть. Белинда сразу координаты изучать берется, мысленно купол защитный создавая. Ей ведьму не задеть. — Просто давай сделаем что должны, — коротко отвечает, не взглянув на вампиршу.
[indent][indent]Чем раньше начнут, тем раньше закончат. Белинда в машину садится. Сразу в карту утыкается. Тихо заклинание шепчет, привязывая нужные линии на бумаге к координатам. Светящаяся точка медленно скользит, показывая их пройденный путь. Тонкая, блекло мерцающая, золотая нить связывает их место положение с пунктом назначения.
[indent][indent]— Не отклоняйся от маршрута и мы успеем вовремя, — говорит ей, уставившись каменным взглядом на дорогу перед собой. — Тебе стоит рассказать за каким именно артефактом мы едем, — холодно добавляет, шумно вздыхая. Белинде происходящее не нравится. — Учти, если искомую побрякушку создала ведьма, которая уже на том свете, то нам предстоит тот ещё квест. Артефакт проклят и управиться с ним будет сложно, — предупреждает Шодерон, позволив себе короткий взгляд на вампиршу бросить. — И это, — через плечо смотрит на рюкзак с гремящими железками [или чем-то вроде], — в пекло сама полезешь. Моё дело дорогу расчистить.
[indent][indent]И что Коту с чужой наживы? Эту мысль Белинда при себе оставляет. За полтора года в бегах судьба её в Сальвадор не забрасывала. При иных обстоятельствах Шодерон, быть может, поразилась бы пейзажам, что похожи на декорации к Индиане Джонсу, заодно себя возомнила бы великим черным археологом. Но кажется в их с вампиршей дуэте главную роль всё же ей отвели, а ведьма здесь лишь ассистентка с полезными навыками.

Поделиться212020-10-12 00:19:31

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

кирага_1

[indent][indent]Мысленно отмечаю первое не_проблемное полнолуние для Киры. Невольно улыбаюсь, вспоминая сколько всего она успела разгромить в доме до отъезда в Бостон. И тут же улыбка меркнет из-за мысленного напоминания, что переезд был вынужденным. Мне не спится до глубокой ночи, а время лучше всего коротается за чашкой чая и перелистыванием огромного справочника по травам. Я жду когда Кира обратится. Жаль не могу показать н а с к о л ь к о м н е в а ж н а она сама; моя забота не поручение Кота и не вынужденная опека. Ринн здесь всего неделю, а мою душу свернуло сотнями узлов из-за тайн, которыми вынуждена защищать её.
[indent][indent]Я слышу как мягкие лапы ступают по крыше. Кошачий [все ещё хищный] взгляд спокоен. В ней вполовину меньше зверского бесовства, чем в первую нашу встречу. Невольно приходится благодарить за это Леони, укрывшую Киру заботой. И может Кот прав. Я не справилась бы лучше. Это совсем не те мысли, с которыми я хочу засыпать, но усталость побеждает, а разум незаметно проваливается в тёмную пелену, отправляя меня в чуткий_беспокойный сон.
[indent][indent]Грань между реальностью и дремой настолько призрачна, что мне сложно найти опору. Чувство будто я просто не могу открыть глаза, а все самое важное проходит мимо меня // прямо передо мной. Мне то ли снится, то ли нет как Кира шумит на заднем дворике, пытаясь одолеть дверную ручку. Холодная тревога разливается по телу [или прохладный ветер, гонимый с пока ещё холодных вод в порту, проник сквозь не утепленные щели в оконной раме]. Оставила ли я ей все необходимое? Воду, сырое мясо? Кажется оставила, но надо проверить. Надо открыть глаза. Тело само перекатывается на край кровати, но на этом всё. Мозг, черт бы его побрал, не кликает.
[indent][indent]— Ммм? — сонно мычу, чувствуя мокрый отпечаток ч е г о - т о на ладони. Недоверчиво хмурюсь по сне и сжимаю простынь, всё ещё думая, что всё это снится. Но не тут-то было. Почувствовав на плечах живой груз, я резко распахиваю глаза. Надо мной стоит полутораметровая хищная кошка, требовательно прося внимания. Сказать, что я Богу душу сейчас отдала — вообще ничего не сказать [во-первых, у меня нет души; во-вторых, некому отдавать]. Кое-как подавив желание заорать во всё горло, я крепче цепляюсь пальцами за одеяло. Стараюсь не шевелиться, боясь любого неосторожного движения. Когти Киры могут вспороть мою кожу как горячий ножик маслице. — Что? Что такое? — набираюсь храбрости спросить у кошки, смотря ей в глаза. Лишь бы она не поняла н а с к о л ь к о с т р а ш н о мне. Кошачья морда устремляется в сторону окна, а я непонимающе следую своим взглядом, всё ещё прижатая к кровати. — Кира, будь хорошей кисой и аккуратно убери свои лапки, — ласково прошу, усмехаясь и принимая забавы Киры за желание поиграть. — Далеко не уходи только, — прошу у кошки, почесывая ногтями по подбородку.
[indent][indent]Приняв урчание за знак согласие, открываю ей окно. На минуту спокойствие меня всё же посетило. Ровно до момента пока сияние луны не подсветило непонятное белое пятно недалеко от оранжереи. Если бы я могла упасть в обморок, то упала бы, но материнский инстинкт сильнее прочих. Накидываю халат на плечи, забывая обо всем, кроме безопасности своих детей. На дверь Флавии накладываю печать быстрым заклинанием, хотя та найдет способ выбраться, если захочет получить по шее. Босиком выбегаю на улицу. Застаю самую страшную и одновременно живописную картину в жизни. Схватка ягуара и белого медведя. В голову не прокрадывается ни одной разумной_логичной мысли откуда здесь [на секундочку, отсюда до жаркой Мексики кому рукой, кому лапой подать] полярное существо. Заколачивает последний гвоздь в крышку гроба человечности мощный удар тела кошки о стену дома.
[indent][indent]— Кира! — бросаюсь к ней, осторожно ладонями глядя вдоль_поперек // ища травмы_повреждения. Кидаю злобный взгляд на медведя: «тобi пiзда, тiкай с городу в своё заполярье». — Гони косолапого в оранжерею, я с него шкуру спущу, — процедила сквозь зубы, не сводя взгляда с медведя.
[indent][indent]Кидаюсь следом за кошкой. Посылаю первую ударную волну в медведя, магическим подзатылком направляя его в сторону оранжереи. Одна мысль о том, что это чудище может навредить семье, придает сил для новой // более сильной ударной волны.
[indent][indent]Несколько пучков аконита попадают ему под лапы и до меня доходит, что...
[indent][indent]... атас, это, мать вашу, оборотень!
[indent][indent]— Кира, он боится аконита, направь его в угол к тем грядкам! — указываю на аккуратные ряды сиреневых кустов. Время идёт на секунды, которых хватает ровно впритык, чтобы сконцентрироваться и начать плести магическую клетку для зверя. Перед загнанным в угол медведем закрывается барьер, а я скатываюсь на пол, скользя спиной по опорной балке. — Не рычи, иначе я за себя не отвечаю, — тяжело дышу и смотрю исподлобья на косолапого, а у самой тело бледнеет и трясется. Глаза застилают шумы от усталости. Нужно срочно придумать куда девать четыре центнера неконтролируемого несчастья. — Кира? — мне не нравится её молчание. Он ведь не...? Он ведь не сделал ей больно_плохо настолько, что... — Нет-нет-нет-нет-нет, Кира, — беспомощно ползу к обмякшему телу кошки и кладу мордочку на содранные колени. — Тихо, не трать силы. Лежи спокойно, — снова поднимаю взгляд на медведя, — а ты, — злобно обращаюсь к нему, — подумаешь о своем поведении в отключке, засранец, — выставляю дрожащую не то от страха, не то от бессилия руку и посылаю в него заклинание, усыпляя и расходуя остаток своих сил.
[indent][indent]Не знаю сколько так просидела с Кирой на руках, прислушиваясь к её сердцебиению // к тому как тихо щелкают косточки, срастаясь. Вдалеке уже виднелся рдеющий горизонт, когда я позволила себе ненадолго вернуться в дом за одеждой для девочки и незваного гостя. Для себя прихватила только плед. С видом беспощадного надзирателя уселась напротив медведя. Проверила барьер и вновь подпитала своей силой, ожидая превращение медведя в человека. У меня даже нет сил удивляться, а тысяча и один вопрос, что крутится в голове, крошат мозг в пюре. Может по улицам Нового Орлеана ещё живые мертвецы ходят, а мы не знаем? Или тринадцать лет под моей крышей живет крыса-оборотень, скрываясь от Инквизиции? Ну вот что? Что ещё этот чертов год выкинет на нашу долю?

[indent][indent]Кажется я слишком не вовремя задремала над спящей Кирой. Холодная фантомная волна резко окатывает меня с головы до пят. Закрывая глаза, не в силах бороться с усталостью и ноющим опустошением энергии, я помню как укладывала голову грациозной и могучей кошки на свои колени. Мягкая гладкая шкура словно пылала на моей содранной коже. Открываю глаза и теперь такая же горячая щека, испачканная чужой кровью, липнет ко мне. Кира вскакивает и будто язык прикусывает, чтобы не выдать того к а к с и л ь н о ей больно. Моё сердце колотится, запуская материнский инстинкт на мета-уровне. Я сама себя отсекаю, помня о том п о ч е м у ей нельзя знать; особенно это. Приходится провожать красноречивым взглядом, а после посмотреть на медведя, чья шерсть постепенно начинает редеть и обнажать человеческое тело.

[indent][indent]Ковыляю до складного стульчика и перетаскиваю его поближе к белой шерстяной туше. У меня настолько атрофировался страх, что возникает желание сунуть руку и почесать оборотня за ухом. Вместо этого крепче сжимаю вещи Октавиана, отчего-то уверенная в том, что медведь — мужчина. Закидываю ногу на ногу и пытливо гипнотизирую взглядом животное. Наверное я придумываю себе будто в яростном взгляде увидела кого-то такого же знакомого и потерянного в себе, своей сущности. Когда-нибудь очеловечивание тварей доведет меня до могильной плиты. Лишь бы надгробие не comic san'ом тиснули, а в остальном я и кремацией довольна буду [не от костра Инквизиции, а то жар ниже поясницы разливается — ч у е т е ? так горит жопа].

[indent][indent]Я как бы должна прикрыть глаза приличия для, но делаю вид якобы за барьером поглядываю. Вряд ли медведь, скидывающий шкуру, может быть опасен. Кто-то говорил мне, что оборотни в момент обращения наиболее уязвимы. Знакомый голос бухтит, называя аконит дрянью, словно не впервые приходилось получать жаркие засосы от фиолетовых лютиков. Появляется знакомая взъерошенная макушка, затем очертания человеческого носа, который два ледяных блика подчеркивают холодным, едва заметным свечением. Он поднимает голову, а моя улыбка г/а/с/н/е/т, как и его звериные глаза. Нервно проглатываю колкий ком, все ещё не понимая какого черта-то происходит. Наш викинг оказался берсерком? И рассказы его бабули об особенности их рода, что восходил к первым королям Скандинавии — п р а в д а ? Мне одновременно хочется тепло улыбнуться и сказать velkommen в наш мир; ровно с таким же рвением во мне разгорается желание выбить ему все мозги за вот такую ночку. И как будут развиваться события дальше — я умываю руки, в общем. Если мне захочется съездить ему по роже, я съезжу. Как минимум, за оранжерею.

[indent][indent]— Рагнар? — отвечаю ему также тихо, поймав радио ohuevanie.fm 201.8. — Оденься, — тут же прихожу в себя и кидаю в него одежду. Снимаю барьер пока он переодевается в раскорчеванных кустиках. Мне хочется задать ему вопрос и далеко не один, но ойканье Киры возвращает к более насущным проблемам. — ТЫ ЧТО ТАКОЕ?! — выпаливаю резко, потому что воспоминания о ночи ещё свежи, прямо как рыхлая земля на грядках. — Да, это Рагнар, наливалка Хэнка в Джудасе и мой хороший знакомый, — отвечаю Кире, не шибко убедительно заменяя «собутыльника» на «знакомого» и уводя её подальше от Хэнкссона. Он очевидно не осознает как накосячил ночью, а моей дочери не объяснишь этого. — Медведи вроде как пережиток нашего мира. В совсем древних книгах может о них что-то и есть, но в остальном, — показываю большим и указательным пальцем ноль, — пусто. Я лишь со слов своей бабушки знаю, что берсерки были свирепыми воинами в шкурах медведей, но это в любом сборнике скандинавских мифов найти можно. Кто-то считал их оборотнями, кто-то наркоманами, отравленными кровью животных. Именно она сводила их с ума и заставляла лить реки чужой крови. Всё в стиле суровых викингов, — пожимаю плечами, не шибко желая складывать мистический паззл, чтобы ненароком не оказаться в центре нежелательных событий. — Если вот это не разовая акция и не злая шутка какого-нибудь еретика, то мы, кажется, обнаружили новую расу, а, значит, нашли и новых пробем, — устало вздыхаю, прикрывая ладонью лоб и крепко прикрываю веки, пытаясь припомнить нечто подобное. — Рагнар, как давно ты медведь? — спрашиваю с нескрываемым беспокойством, молясь про себя матери природе, чтобы ответил «давно». — Нет-нет-нет, Кира, тише, — на всякий случай закрываю собой девочку, чтобы эти двое опять не сцепились. Но, собственно, Keira is Keira, поэтому из-за моей спины летит угроза. — Давайте успокоимся и пойдем в дом, но только без обращений, пожалуйста. На голодный желудок никакой ясности мысли.

[indent][indent]Мой тон звучит как приказ. Я смиряю обоих привычным // грозным материнским взглядом. Благо мы молча заходим на кухню, хотя меня не покидает ощущение будто Кира так и ждет лучшего момента, чтобы добавить Рагнару. Сейчас я больше за него переживаю. Прежний весельчак, с которым мы по системе Блядиндер оцениваем девушек в Джудасе, испаряется. Его место занимает понурый незнакомец, не знающий куда себя деть.

[indent][indent]— Вы же не откажетесь от сочных стейков, правильно? — мне не нравится звенящая тишина, наполняющаяся животным напряжением. На моей памяти кошки чаще всего проявляли агрессию к неизвестному. Ничем хорошим это обычно не заканчивается, поэтому надо скорее задобрить едой обоих оборотней. Наспех приправляю специями два куска мяса и отправляю на гриль, завариваю чай и пытаюсь будничной суматохой понизить градус накала. Кажется Рагнара беспокоит что-то ещё. И, пожалуй, я догадываюсь что. — Кира, последишь за мясом? — прошу девочку, чтобы она перестала так пристально изучать Хэнкссона и сфокусировалась на чем-то менее безобидном. Подхожу к Хэнкссону, пребывая в состоянии неловкости, что само по себе диво дивное, ведь смутить меня практически невозможно. — Рагнар, не знаю как бы так сказать... Может тебе нужна помощь, ну... — кручу ладошкой в области своей задницы, намекая на то, что могла бы промыть рану. — Клыки ягуара не шутка, особенно в заднице, — смешок сам срывается, а скулы начинают побаливать от слишком долгой улыбки. — Я могу помочь. Быстрее заживет.

Поделиться222020-10-26 09:30:49

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

номи_1

m o r e t h a n w o r d s t o s h o w y o u f e e l
t h a t y o u r l o v e f o r m e i s r e a l
[indent][indent]Калифорний воздух прожигает даже ночью. Белинда от кошмаров закипает, тяжело дыша. Губы пересыхают, пустыня до трахеи расползается [кровью от губ прокусанных пропитывается], раскаленными иглами жаля. Она с кровати вскакивает резко, жестко_крепко рукой рот в безмолвном крике закрывая. Блеклым призраком с кровати сползает, холодного убежища на полу сквозящем ища. Сердце непокорное усмиряет, с болью в легких выдыхая. Нервы натянутые под языком сводят горло.

[indent][indent]— Они все в безопасности. Они в безопасности. В безопасности, — маршируют мысли в подкорке воспаленной кошмарами, что не прекращают чередой семенить.

[indent][indent]Белинда из убежища временного выползает через задний дворик. Луна в Пало-Альто горячая, как звезда. Шелест пальмовых ветвей щекочущим током по спине пульсирует. Она шагает к речушке, где тень и прохлада, чтобы гулким стуком сердечных клапанов котов не разбудить; но от спасительных рук Наоми не отказалась бы на лбу_висках_скулах // под кожей_одеждой. Прыгает в журчащие объятья прямо в ночной рубашке. На звезды смотрит, что созвездия в фразу «ты будешь гореть в аду» складывают. Белинде зябко и тошно. Бесшумно идти не пытается обратно. У Наоми слух острый, взгляд насквозь пронизывающий — скрывать что-либо бесполезно; благо вместе молчать комфортно, когда лежит напротив и волосы [взмокшие из-за очередного кошмара] убирает за ухо. До дрожи по всему телу импульсы заряженные беснуются. Ты знаешь // чувствуешь э т о ?

[indent][indent]Утром детские крики радостные воскрешают. Они в безопасности — всё в той же подкорке рисунком наскальным мысли дело чеканят.

[indent][indent]Так странно оставлять их с Ирбисом, не таща на душе камня тяжелого.
[indent][indent]Так странно перечеркивать пресловутое «так не бывает».
[indent][indent]Так странно чувствовать ветра порывы вместе с н е й ,
зная, что их искры одному огню принадлежат.

[indent][indent]— Куда? — Белинда видит лишь море-океан с одиноким пирсом вдали. — Куда мы приехали?

[indent][indent]Таинственность кошки — загадка, что томительно привлекательна; несомненно сладка. Белинда ведома грацией_легкостью кошачьей. Высвобождается после каждого мановения её.

[indent][indent]С Наоми легче, но мало.
[indent][indent]С Наоми... С Наоми и н а ч е .

[indent][indent]Белинда ухмылкой улыбку зажигает. В душе даже взрослые кошки — котята. Ты правда мне открыла душу? Белинда к пенистой кромке океана шагает. Тепло. Солнце весь день целовало воды. Она молчит, наслаждаясь унисоном голосов — Наоми и волн. Неловко за плечи себя обнимает. Легкие ветром соленым разъедает, но только так скрыть себя может. Белинда привыкла бежать // уворачиваться // выскальзывать. Но сегодня их двое. Только они, предоставление сами себе — или друг другу? Шаркая узорами по песку Белинда к Наоми тянется, клубок своих объятий распутывая. Осторожно кончиками пальцев скользит по кисти, ловя в замок её пальцы.

[indent][indent]— Пойдем, — мягко тянет на себя, устало улыбаясь. — Покажешь.

[indent][indent]Спиной вперед ведет к океанской пучине, политую соком апельсиновым. Первой в воду заходит, тянет к себе.

[indent][indent]Мокро и холодно по щиколотку.
[indent][indent]Мокро и холодно по колено.
[indent][indent]Мокро и холодно по пояс.
[indent][indent]Мокро и холодно по плечи.

[indent][indent]— И плавать умеешь? — тоном детским_несерьезным обволакивает, рук до сих пор не расцепляя. Между ними пару дюймов оставляет. — Спасибо, — в губы шепчет, осторожно руки расцепляя. Талию Наоми бережно обвивает, лбом упрямым в надежное плечо утыкаясь. — Давай переночуем здесь? — тяжело гундит вниз. — Вернемся завтра.

[indent][indent]Я тоже обнажаю перед тобой больше, чем раньше позволить могла.

[indent][indent]До боли в скулах улыбается, шаг делая назад. Легкий сноп брызг посылает в Наоми. Хохочет тихо, падая в волны с головой. Поближе к берегу возвращается на последних мгновениях заката. Сидит плечом к плечу с Наоми. Снова молчит. Ей говорить не хочется — уже всё сказано. И если нет, то ни к чему. Белинда ближе придвигается, кладет голову беспокойную на плечо. С Наоми спокойно и надежно. Ни резких скачков, ни внезапных поворотов; ни секса случайного на стыке слабости и эмоций деструктивных. С ней просто по-другому. И время застывает, и мир останавливается. С ней нутро требует н а в с е г д а . Хотя бы один момент, что прожит будет до бесконечности много раз.

[indent][indent]Белинда хочет, чтобы ветер расщепил слова Наоми на буквы и закорючки, затем унес подальше за горизонт. Эта бескрайняя лазурь — единственное спасение от всех бед. Мысли, будто это не так, уставший разум смывает, смешивая с соленой пеной дней, которые исчерчены побегами. В самой глубине душе, где сознание не забито страхом и безнадегой, вибрирует робкое: «она права». Озлобленная и уставшая Шодерон накрывает куполом последнее здравое и логическое в себе, наперекор каждый раз крича — это не так.

[indent][indent]— Не конец, — говорит она, хмурясь слегка.

[indent][indent]Апельсиновый закат теряет своё магическое очарование. На нем серые // морские червоточины проявляются. Магия во всем мире иссякает, как иссякла в ней в день, когда во второй раз потеряла ковен. Нутро закостенелое лишь ненадолго оживает, позволяя полевым цветам зацвести. Белинда остановиться не может уже два месяца как. В короткие паузы впускает яркие краски, окрашивая ими бесконечные леса и ночные дороги, что давно слились в несуразную мазню. Её ярким пятном света_тепла_надежды оставалась Наоми, но...
[indent][indent][indent][indent][indent][indent]...но даже она понемногу гаснет.

[indent][indent]— Всё это закончится лишь с моей смертью, — бесцветные слова срываются солью с мягких губ. — Но умереть я не могу пока Тавви и Флавия в опасности, — Белинда на Наоми искоса смотрит, но не смеет посмотреть прямо.

[indent][indent]Шодерон всегда будет нести на себе крест вины за беспокойство Наоми. С каждым днем ей удается скрывать всё хуже. С каждым днем ведьме будто легче читать её.

[indent][indent]Белинда слышит дыхание Ринн, будто сама стала кошкой с острым слухом. Она знает, что ч у ж и е люди так не дышат; у чужих сердце т а к не колотится по другим. Во рту пересыхает мгновенно. Шодерон отдала бы последнюю искру своей магии, чтобы даровать кошке ночь // укрыть под её покровом и дать ей всё, чего пожелает. Даже если Наоми пожелает её саму — отдаст, не думая.

[indent][indent]— Ты пока ещё ничего не натворила, — Белинда не шевелится, застывая телом как статуей. Остается неподвижной, боясь, что пальцы ловкие перестанут путаться в её сырых волосах. — Ты можешь взять ту жизнь, которой заслуживаешь, — голос ведьмы обрывается, становясь сиплым, но кошачий слух всё поймал. И даже больше. — Я тебя прикрою, если понадобится.

[indent][indent]Белинда переломала множество жизней. Если у Наоми их и вправду девять, то лишь вопрос времени когда она останется у горки с мелким щепками из собственных костей, обагренных жгучими слезами. Ведьма несет разрушение и только проклятым с ней по пути. Единственными лучами света в опускающейся тьме становятся блики колеса обозрения чуть дальше, совсем недалеко за пирсом. Шодерон никогда прежде не приходилось видеть нечто подобное. В родном Беканкуре проходили рождественские ярмарки, что издалека светом гирлянд напоминали н е ч т о на пирсе Санта-Моники. И если им вправду некуда больше бежать, то лучше провести последние часы условной свободны [перед финальным забегом] притворяясь кем-то другим.

[indent][indent]— Идём, прогуляемся и выдвинемся в Пало-Альто, — Белинда поднимается, но шаг у кромки воды замедляет. Как пытливый ребенок болтает поочередно ногами по пене в попытках свыкнуться, что действительно пора идти. — Мои дети разорвут Ирбиса, если останутся без сладостей, — ведьма широко улыбается, кивая в сторону парка развлечений.

[indent][indent]На суше произносит заклинание, убирая остатки воды с одежды и волос. Песок под ногами постепенно остывает. Чем ближе к ярким вывескам, тем беззаботнее на душе. Она видела т а к о е лишь по телевизору, когда готовила ужин под очередную подростковую романтическую комедию. Здесь всё знакомо и незнакомо одновременно. Шодерон усмехается при виде огромной новогодней ёлки в центре площади. Сразу узнает прилавок с кучей мягких игрушек, обрамляющие плюшевыми телами стену с многочисленными мишенями. Легко толкает Наоми плечом в плечо, указывает взглядом туда.

[indent][indent]— Если не сладости, то игрушки тоже подойдут, — тихо говорит, ненавязчиво утягивая за руку и пальцы расцепляя, когда слишком много людей появляется рядом. — Хочу выиграть вон ту плюшевую сову, — шепчет на ухо и указывает пальцем на полярную птицу. Ту, что долгие века была символом её родины.

[indent][indent]Ей подают три бейсбольных мячика. Каждый из трех раз Белинда прикрывает глаза, скрывая теплое // желтое свечение, пока заговаривает их на меткость. Поражает три цели метко и с широкой улыбкой принимает в руки плюшевую игрушку.

[indent][indent]— Твоя очередь, — Шодерон подмигивает кошке, наверняка зная, что та благодаря своему зверю меткому не промажет.

Поделиться232020-11-15 16:32:54

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

флав_2_инициация

[indent][indent]Белинда в Бога не верит и никогда ему не молится. Спасается всегда выдуманными мантрами, которые сочиняет под каждую ситуацию. От бессонницы, взявшей в плен, плетет слова в своеобразные псалмы. И они отвлечься от дурных мыслей не помогают, не отпускают тревожное волнение, что столь омерзительной щекоткой по телу миллионом мурашек бравирует. Завтра [уже сегодня] важный день для Флавии— инициация и день рождения. Вместо праздничного торта Белинда собирается подарить дочери испытание. Снова и снова заклинает всё и всех, чтобы прошло как должно. Заклинает себя на смеси древнемагических диалектов, придумывая очередную мантру, что никогда не существовала ни в одном из времен. Они — её невидимая опора на грядущий день; защитный купол для детей. С каждым новым повтором пенная кромка на беспокойных волнах таять начинает. Но ни одной чертовой мантры не хватит на укрощение тревог Белинды. И всё же она продолжает пытаться разогнать тучи над завтрашним днем. Закрывает глаза, делает глубокий вдох и выдох, по-своему просит у самой природы блага. Не для себя.

[indent][indent]Утро идет по шебутному сценарию. Шодерон ещё летом начала планировать инициацию, создавая именно то испытание, которое поможет Флавии открыть свой истинный потенциал. Уже нельзя прятать магию, а накопленные знания откладывать в долгий ящик. Тавви снует беспокойно, каждые пять минут переспрашивая правильно ли сталкивать младшую даже с иллюзией темной магии. Белинда тяжело вздыхает, безмолвно отвечая на его вопрос в который раз. У них есть только они сами, значит, мера вынужденная. Если Флавия не проживет высшую точку бедствия, то не сможет защитить себя в будущем. Совесть Шодерон не позволяет провести дочь через этот ритуал без испытания.

[indent][indent]— Тавви, так нужно, — спокойно говорит, надеясь унять волнение сына. — Если она не пройдет инициацию, то не сможет защитить себя, понимаешь? А мы не можем постоянно быть рядом, — наверное странно слышать такое от родной матери, но сладких грёзам Белинда всегда предпочитала болезненную правду. — Мы не заметили как маленькая девочка стала прекрасной девушкой, которая чуть не запечатала оборотней в своих шкурах, — легкая усмешка, за которой растекается теплая и широкая улыбка. — Она справится, поэтому соберись и сыграй свою роль как положено.

[indent][indent]Белинда завершает приготовления, собирая всё необходимое. Протягивает Тавви небольшую коробочку со склерами. Видя недовольный взгляд сына, пожимает плечами и бросает на него взгляд, мол, так надо. Тихо шепчет заклинание и создает за собой следы борьбы, которые тянутся к двери, ведущей к их уютному садику. На заднем дворике переворачивает всё вверх дном для правдоподобности. Кивает в сторону леса, давая понять Тавви куда они направляются. У них есть не больше часа до момента пока Флавия проснется и поймёт что произошло. Или будет думать, что поймет.

[indent][indent]Она уходит в самую глубь, ближе к речному берегу. Беспокойно смотрит на часы, хотя в этом нет нужды. Белинда знает во сколько просыпается дочь. Буквально чувствует в какой момент открываются её глаза, как она сладко потягивается в постели и сначала поливает цветы в своей комнате, протирает широкие листья сырой мягкой тряпочкой. Тавви снова меряет шагами расстояние от одного дерева до другого, бренчит коробочкой со склерами от волнения. Белинда старается не поддаваться его панике, внешне оставаясь спокойной.

[indent][indent]— Подай нож, — твердо просит она, протягивая руку. — Иначе она не поверит в серьезность ситуации, — добавляет вкрадчиво. Шодерон прекрасно понимает желание Тавви защитить младшую сестру и помочь ей, даже если это будет против правил. — Флавия должна пройти проверку, ты сам знаешь.

[indent][indent]Белинда достает нож из ножен, острым кончиком начинает давить на кисть. Медленно выводит послание для дочери: «‎мы в опасности, уходи». Ей раньше не приходилось связываться с ней таким образом, ведь предпочтение отдавалось огненным пергаментами. Выхода другого нет, Флавия должна поверить в иллюзию, ведь магия ложных тревог не приемлет.

[indent][indent]— Приготовься, Тавви, она скоро будет здесь, — Белинде хочется верить, что будет; что её дочь, поймет в какой момент стоит ослушаться приказа матери. — Не осторожничай со мной, иначе Флавия не поверит, — просит сына, когда тот справляется со склерами. Выглядит с глазами-пустотами весьма зловеще.

[indent][indent]В нужный момент Шодерон готова сыграть жертву своего сына, который должен идеально сыграть еретика. И верит, что Флавия тоже разыграет свою партию по правильным нотам. В конце концов, это её дочь и другого ожидать сложно.

[indent][indent]Белинда опускает раздражение в голосе сына высоко в небо, где морозный воздух разряженный рассеет его — хотя бы сегодня; ради Флавии. Но с легкой укоризной смотрит на Октавиана, плывя взглядом по смазанной траектории. Напоминать ему о том, что их дочь // сестра не просто Шодерон, а вероятно одна из тех, кто является самым точным воплощением их семьи, которой оба ребенка Белинды не знали... Она умалчивает — с н о в а . Каждая попытка заговорить о былом величии; о былой силе; обо всем, что делало их фамилию значимой и звонко резонирующей в мистическом мире, похожа на неуклюжее впаривание чего-то неосязаемого, но столь желанного. Всё это невозможно пощупать, но можно ощутить. И Тавви, и Флавви могли бы знать // чувствовать б о л ь ш е ; могли бы обладать связью более крепкой со своим родом, если бы у Белинды однажды хватило сил перешагнуть через себя и после Орегона резко крутануть руль влево, но она продолжала упрямо давить газ и держать машину ровно. Четко по дороге, ведущей в Луизиану, где их уже ждали. И возможно Шодерон прожила бы эти годы, не обращая ничье внимание на хруст кадыка в собственной глотке, когда вновь и вновь тяжелой подошвой перекрывала бы себе воздух ради и н о г о будущего; но их судьба сложилась иначе. Единственное, что было важно — в ы ж и в а н и е . С этим они справились.

[indent][indent]— Мгновенное вхождение в роль, — сквозь стук зубов от холода констатирует она, когда сын перевоплощается и первым делом создает огненный круг, в котором они заключены теперь. — Она в пути, — очередной о ч е в и д н ы й факт. Белинда смотрит на краденную карту, которую, скорее, одолжила и забыла вернуть. Магический предмет требовал жертвы в виде крови и личной вещи искомого человека. Самый [относительно] безопасный способ проверить как далеко от них Флавия — этот. Но и долго держать в раскрытой ладони проклятый пергамент она не может. Владелец позаботился о том, чтобы ворам было н е п о с е б е от использования чужой магической вещи. По сути, Шодерон вторгалась в интимную сферу, которая невидима, но вполне ощутима // осязаема. И своё наказание в виде саднящего ожога на ладони получила. — Слава Богу у меня больше нет детей и не придется видеть тебя в т а к о м виде.

[indent][indent]Ведьму до ужаса пугала перспектива становления её детей еретиками. Они хранили одну из страниц гримуара Проклятых. Пусть та крепко // надежно запечатана в Беканкуре и до неё не добраться ещё минимум лет двадцать, беспокойство никогда не могло уподобиться морской волне или океанскую шторму // прибою да просто о т х л ы н у т ь . У магии всегда есть лазейка; зачастую больше одной. И любой Шодерон в гневе способен на титанические разрушения, ведущие к необратимым последствиям: и мать, и сестра Белинды доказали сполна. Повторения чужих ошибок она избегала, но от своих не сбежать — это приняла как данность; как очередное необратимое последствие уже её собственных разрушений.

[indent][indent]— Выпусти, — тихо говорит Белинда, чувствуя как острый каменный ком перекрывает дыхание в глотке, царапая каждой буквой, что вылетает на волю. — Просто выпусти всё, — она знает — её сын не глупец; она знает — он понимает о ч е м речь. — Тебе это нужно, ты знаешь сам, — ведьма кивает, подтверждая собственные слова; словно давая официальное разрешение нанести увечья физические, равносильные тем, что терзают душу // разум Октавиана.

[indent][indent]Белинда с болезненным шумом тянет воздух, когда магия сына начинает причинять н а с т о я щ у ю б о л ь . Они должны играть свои роли, проживая каждый момент // не упуская ни единой секунды, иначе их показательное выступление обернется прахом сжигаемого будущего Флавии. В верности друг другу в семье Шодерон сомнений никогда не было, но Флавия... Их нежная, реже — дерзкая подобно диким // опасным цветам, Флавия. Иногда она не может совершить т о , ч т о т р е б у е т с я по долгу. И порой Белинда вынуждена преподносит суровые уроки двум единственно важным людям в своей жизнь; о с о б е н н о т а к и е . Не так сложно защищать друг друга, когда росли в крепкой связи и любви; куда сложнее — защитить друг от друга.

[indent][indent]Флавия должна застать их в разгар действа, когда у Октавиана не будут дрожать руки, когда его от злобы перекошенное лицо сомнений не породит даже у Белинды. И она принимает каждую крупицу недовольства // обиды // злобы, интегрированную в магию, что замаскирована под чернь. Делает не только для Флавии, но и для него. Она смотрит в глаза Тавви, совершая весьма фальшивые потуги к сопротивлению, тогда боль пронизывает сильнее и Белинда понимает — время игр д е й с т в и т е л ь н о кончилось.

[indent][indent]— Флавия, беги! Я задержу его! — выкрикивает, чувствуя собственный // неподдельный надрыв в каждом слове. — БЕГИ!

[indent][indent]Белинда и рада была бы усмехнуться, слыша брань из уст Флавии. Для нормальных родителей подобное знак дурной, но Шодерон никогда н е б ы л а н о р м а л ь н о й м а т е р ь ю своим детям. В каждом магическом уколе Октавиана о с о б е н н о чувствуется это. Готовность дочери сделать поперек чувствуется шестым чувством. Значит, каждый из них справляется, играя отведенные роли.

Поделиться242020-12-05 19:48:00

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

кросс

[indent][indent]Белинда постепенно становится оборотнем-неврастеничкой, когда на экране телефона в очередной раз высвечивается имя Джеральда. Пора переименовать его в «не бери трубку». Шодерон догадывалась почему инквизитор пытался связаться с ней, поэтому намеренно создавала вид занятости, чтобы не отвечать на звонок. Риддл в долгу не остался и начал строчить чертову дюжину сообщений, которые ведьма с таким же успехом игнорирует. В минуты покоя она нервно поглядывает на телефон, ожидая, что тот снова разорвется от назойливой вибрации. Прошло всего три дня со взрыва. Белинда чувствовала себя уязвимой и уставшей. Именно в самый неподходящий момент, когда она максимально бесполезна, что-то случилось в Канкуне и дело это не терпело отлагательств.
[indent][indent]Шодерон оставляет дочь за главную в лавке, оставляя под прилавком заранее приготовленные зверобой и аконит. В каждый знакомый угол натыкала высушенные веники из тех же трав и оставила с десяток склянок под рукой, чтобы прикрыть Флавию со всех тылов. Она ещё юна и беззаботна, поэтому всей серьезности не понимает. Осознает лишь по беспокойству матери, по её измученному виду и слишком навязчивым наставлениям. Белинда заставляет повторить дочь все уязвимые места существ вслух. Уже стоя на пороге обещает вернуться сразу как только сможет.
[indent][indent]Даже вечно праздничный флёр центральных улиц Нового Орлеана не сбивает градуса безнадеги. По старой привычке Шодерон вытряхивает из кармана мелочь. Кидает звонкие монетки саксофонисту в потрепанный годами футляр. Как только Белинда приблизилась к Треме, её телефон снова зазвонил: в этот раз — сержант. Женщина, по жуткой случайности ставшая свидетелем мистического мира. Шодерон и про это умолчала, ведь свои люди в полиции никогда лишними не были. Агнес просит быть осторожнее и просит в ближайшее время не мелькать в участке. Что-то изменилось в обоих мирах одновременно. И у Белинды закрадывалось ощущение, что виной тому взрыв.
[indent][indent]В Канкуне непривычно пустынно. Здесь всегда кто-то да был. Бойцовский клуб словно стал амбассадором всеобщей безнадеги, которая легла на плечи каждого второго существа в Новом Орлеане. Шодерон толкает дверь носком туфли, ожидая подставы. В воздухе искрило напряжение. Не покидало ощущение, что кто-то чужой ворвался в нечто знакомое, теплое и родное. В углу прямо на входе беспокойно сопел один из котов, явно вырубленный чем-то тяжелым. Белинда тихо села напротив и осмотрела голову. Не найдя повреждений, застыла в немом испуге. Следов борьбы не было — не обошлось без вампирского гипноза. Так или иначе её уже слышали. Нет смысла сдавать назад.
[indent][indent]— Кем бы вы ни были, лучше убирайтесь по-хорошему, — грозно заявила ведьма, собираясь с силами и готовясь отбросить телекинетической волной пару-тройку кровопийц. Она оставила туфли перед входом в подвал, где проводились бои. Убежать босиком куда проще, чем на каблуках. Застала Шодерон весьма интересную сцену. Ещё один кот, которого Белинда едва припоминала, угрожал «розочкой» прилизанному вампиру. — Господа, будьте добры прекратите балаган. Я уверена мы разрешим все разногласия мирно.
[indent][indent]В следующий миг тело ведьмы крепко опутали веревки. Второй оборотень получил мощный толчок в грудь и от столкновения со стеной обмяк, затем скатился на пол. Вампир дал знак своим прихвостням убраться прочь. Мужчина приблизился к ней, но решил держаться на почетном расстоянии, учуяв шлейф зверобоя, исходящий от Шодерон.
[indent][indent]— Понимаешь ли, Белинда, ты и твоя подружка из полиции, как бы тебе это сказать, хм, — его ухмылка омерзительна, что по-вампирски добавляла шарма неизвестному; а это в свою очередь вызывало у ведьмы отвращение в кубической степени. — Вы очень сильно мешаете мне и моему бизнесу. Я потерял круглую сумму денег в прошлом месяце, ведь ты «помогла» моим курьерам вернуться к жизни до встречи со мной, — он щурится хищно, злобно поджимая губы. — Но мы можем решить этот вопрос мирно. Дай сержанту ложный след и никто не пострадает.
[indent][indent]Шодерон ухмыляется и хмыкает одновременно. Куда ни плюнь — везде одни бизнесмены с клыками. Она горделиво задирает нос, прекрасно понимая, что обе стороны в одинаково проигрышном положении. Видимо Агнес сильно наступила на пятки вампиру, раз тот решил устроить подобие переговоров. Убивать человека и ведьму, когда город кишит инквизиторами, по меньшей мере неразумно.
[indent][indent]— Мы можем решить этот вопрос, если ты уберешься из Нового Орлеана. Как тебе такое? — вампир не успевает смачно выругаться как на этаже выше раздался голос копа. — Видишь ли... — но Белинда не успевает выдать гениальную колкую речь.
[indent][indent]— Ты подыграешь полицейскому и отведешь подозрения от меня, иначе твоя дочь сегодня не вернется домой, — вампир дает подумать несколько секунд, издевательски напевая ту самую мелодию, которую играл саксофонист сегодня.
[indent][indent]— Развяжи меня, — обреченно и злобно цедит Шодерон, позволяя чужаку устанавливать правила. Меньше, чем через полминуты, Белинда находит свою обувь и приводит себя в относительный порядок. — Мисс Шодерон, — поправляет ведьма с напускной радушной улыбкой. — Я чем-то могу вам помочь, офицер? — невинно уточняет она, выныривая с подвального этажа и преграждая путь к бойцовской арене. Не хватало ещё смерти копа на территории клуба.

Поделиться252020-12-06 17:44:13

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

ари_1

[indent][indent]Беканкур — не то место, куда я собиралась когда-либо возвращаться. Я отсекла себя от родины, словно разрезала пуповину, которая соединяла двух разных меня: Белинда, которой я должна была стать, и Белинда, которой я хотела стать. В аэропорту в Ванкувере я едва не приняла за знак свыше бюрократическую возню. Таможня с особым усердием проверяла документы, будто приняла за личное оскорбление мою смену гражданства. Порой я поглядывала на Ариадну умоляющим взглядом, мол, давай развернемся и уедем отсюда. Это же озвучила вслух по пути на вокзал, куда мы тоже опоздали из-за таможенной возни. На дорогу до Беканкура ушло больше времени, чем планировалось. И на этом неудачи не закончились. Очередная задержка случилась из-за аварии на рельсах. Один сошедший состав равно моё утроенное желание покинуть Канаду. Только поздним вечером удалось добраться до моего родного городишки. Я пропустила ужин, успела поцапаться с кузеном Дарреном и предпочла мягкую кровать семейному вечеру. Извиняться за опоздание на полдня даже в голову не приходило. Едва голова коснулась подушки и глаза закрылись, я провалилась в глубокий сон.
[indent][indent]Утром меня, разумеется, никто не стал будить. Даррен видимо посчитал, что от юной и робкой Белинды ничего не осталось, в чем несомненно оказался прав. Впервые за долгие годы я проснулась в девять утра. В отражении меня встретила моя же потрепанная копия. В доме, где я выросла, поменялось многое. Викторианский стиль канул в лету, теперь дом даже в отдалении никак не был связан с магией. Просто превратился в типичную модную коробку, над которой Даррен корпел по сей день. Ну хоть веранда осталась прежней. Здесь также рос и вился дикий виноград.
[indent][indent]Понимая, что кофе вряд ли поможет взбодриться и смахнуть назойливо беспокоящий джетлаг, я по старой памяти обосновалась на кухне, чтобы приготовить энергетическое зелье. Безобидная формула бодрости с таким же безобидным заклинанием в конце. Всё что угодно лишь бы день пролетел быстро и незаметно. Но от кофе и легкого завтрака я не отказываюсь. Кузен любезно готовит бельгийские вафли пока я варю соленую карамель для напитка. Он накрывает только на двоих, что вызывает у меня легкое беспокойство.
[indent][indent]— Ариадна ушла рано утром, — тут же поясняет Даррен, заметив мой прищур, обращенный на стол. — Сказала, что хочет посмотреть город, — но это вдвойне вызывало у меня беспокойство. — Прелестная девочка. Интересуется всем, такая любознательная. Её ждет светлое будущее в ковене, она весьма способная, — кузен искоса смотрит на меня, а я склоняю голову на бок, мол, ну-ну, продолжай что ты там хотел сказать. — Как и ты в её годы. Не думала променять одиночество на определенность?
[indent][indent]Я показательно хмыкаю, позволяя себе забыть об Ариадне, но ненадолго. Не нравится мне её самоволка. Чтобы не беспокоить Даррена, подыгрываю ему, скорее, из желания скрыть свои подозрения.
[indent][indent]— Да, эта девочка весьма способна, особенно в зельях, — подтверждаю слова кузена, кивая для большей убедительности. — Я привыкла быть сама по себе. Связь такого рода с кем бы то ни было станет лишь грузом для меня, — о детях, которые поддержали моё решение сразу как получили право голоса, тоже умалчиваю. — Но кое в чем ты прав. Ариадна любознательна и этому стоит у неё поучиться, что я и сделаю сразу после завтрака, — размахиваю вафлей как дирижер палочкой и с аппетитом откусываю, благодарно мыча.
[indent][indent]Возможно я немного слукавила, ведь не будь у меня желания приехать в Беканкур — не приехала бы. Спустя два десятка лет меня тревожит только то, что не бывала в семейном склепе и не разговаривала с бабушкой. В восемнадцать лет не думаешь о чужом будущем, когда сама выживаешь на чаевые официантки в Квебеке. Будучи уверенная, что ковен справится без меня или распадется сам где-нибудь подальше, не затрагивая мою жизнь... Что ж. Я оказалась глупа, иначе бы страх за сохранности страницы гримуара мне был бы неведом. И это единственное, что заставляет меня опомниться в некогда своей комнате пока собираюсь на небольшую экскурсию.
[indent][indent]За прошедшие годы Беканкур преобразился, став мини-мегаполисом. Я почти не узнаю улицы, даже центральная площадь стала скучной и безликой. Ноги по старой памяти ведут по нужному маршруту и приводят меня на кладбище. Человек, заведующий гробницей мертвых душ, резко тормозит передо мной, вмиг поняв кто я. Черные с фиолетовым отливом волосы, как крыло ворона, голубые глаза и острые черты лица — паззл, который в своей внешности собирают все Шодероны. Такой была моя бабушка, разве что глаза у неё были цвета переспевшей вишни; такой была моя мать // сестра // кузина. Такими же родились и мои дети, перебив гены Блэйков.
[indent][indent]— Ваша дочь так похожа на Бенедетту, — говорит пожилой мужчина, а я пытаюсь подыграть ему. Благо он достаточно стар и слеп, чтобы не заметить моей вымученной кислой улыбки.
[indent][indent]В чем-то он прав. Когда я вхожу в склеп, где покоятся останки моей семьи с момента основания города, то вижу в силуэте Ариадны свою бабушку, как если бы та по волшебству явилась в наш мир юной девушкой. Мне не хочется делать заведомо ложных выводов, но лишь они напрашиваются, когда вижу Дэй в месте, где быть ей не положено. Видимо не зря меня занесло сюда. Самое время усилить защиту треклятой страницы. Пусть кто-то другой будет виновен в том, что она досталась еретикам. Лет эдак через сто или двести.
[indent][indent]— Кхм-кхм, — прочищаю горло, прикрыв рот кулаком. Затягивать и без того тревожную паузу я не собираюсь. — Правда? Спасибо, дорогая, — парирую в той же фальшивой манере, которой Аридана пытается отвлечь меня. — Знаешь, синий цвет — это цвет интеллекта, поэтому советую тебе не врать мне, — мягко говорю лишь в самом начале, под конец понижая интонацию до угрожающей. Кому как не Дэй знать насколько опасно меня злить. — Как забавно, что ты сегодня выбрала желтый цвет, — я произношу короткую фразу на латыни и Ариадну накрывает купол с четырьмя жужжащими молниями, что беснуются по его поверхности. — Сразу проясню. Это защитная клетка, — вхожу без каких-либо препятствий внутрь и позволяю себе коротким заклинанием отсечь прядь волос девушки. — Мне она не навредит, а вот тебе, — подношу пучок к куполу и молния тут же сжирает его, оставляя за собой тонкую струйку дыма, — ещё как. Поэтому для начала ответь себе на вопрос — оно того стоило? А потом всё же расскажи мне правду. Ты и сама знаешь, что кто бы тебя ни вынудил совершить это, я хуже во много раз.

[indent][indent]Сказать, что я сейчас расстроена — здоровски преуменьшить букет [не самых приятных] чувств, что беснуются во мне, запечатанные как в ящике Пандоры. Досада? Горе? Боль? Я чувствую их по отдельности и сразу вместе одновременно. Смятение заметно гасит мою вспыхнувшую злобу, ведь приходится признать — я не знаю что делать. Не знаю как теперь возвращаться в Новый Орлеан и объяснять тётке Ариадны произошедшее. Я уже вижу её самодовольную улыбку, с которой легко считать триумф. Эта невыносимая женщина вечно твердила будто моё общество не приносит пользы сёстрам Дэй. Мне мерзко от того, что она возможно близка к правде. Ещё болезненнее представлять озадаченный вид Лесси; представлять как её очаровательные розовые очки, сквозь которые она смотрит на мир, покрываются трещинами, а после стёкла лопаются и рассыпаются острыми осколками по её лицу. Я не хочу предполагать, что Ариадна в какой-то момент [очевидно упущенный мной и её бахвальной тёткой] приняла темную сторону, навсегда отрезав себе путь к свету.
[indent][indent]— Твои желания теперь не имеют смысла, — холодно чеканю, скрещивая руки на груди. Я не смогу оставить Ариадну будучи еретиком ж и в о й // я просто не смогу оставить Ариадну. Так будет правильнее сказать. — Я прожила достаточно, чтобы понять когда риск оправдан, а когда нет. Впрочем, у тебя и выхода-то особо нет. Не заговоришь и останешься здесь, а после кто-нибудь сложит твои кости в пустую ячейку, — проклятье. Как же мне тошно от своего блефа // тошно доводить до пика безвыходности девочку, которую воспитывала и оберегала от многого; в том числе и от абсурдных_закостенелых постулатов нашего мирка, в котором многие ведьмы до сих пор пребывали. — Ариадна Кэрол Дэй, — я вбиваю голосом каждое слово гвоздем в железную дверь и тут же застываю.
[indent][indent]Я застываю камнем с открыты ртом словно девушка одарила меня взглядом Медузы Горгоны. Моё тело уже поняло, что темная магия — главный гость программы; но разум ещё не принимал. Ариадна не могла. Я бы почувствовала, я не могла н е о щ у т и т ь роковую ошибку, совершенную ей. У меня не находится слов вообще. Ни одного. Продолжаю стоять истуканом, медленно приходя в себя. Сначала моргаю не то злобно, не то испуганно, пытаясь стереть заданный вопрос. Может мне просто нужно проснуться. Ведь всё это и вправду похоже на кошмарный сон. Сейчас Даррен окликнет меня, скажет, мол, кузина, прекращай отвлекаться, мы не всех кротов отловили на участке — главного из них ещё предстоит найти. Господи, джетлаги плохо влияют на мою способность мыслить ясно. Встряхнув головой, я медленно закрываю глаза, делаю вдох и открываю. Всё по-прежнему: склеп Шодеронов, тусклый свет и Ариадна, заключенная в мою клетку.
[indent][indent]— Ерете... ЧТО?! — мой голос резко набирает децибелы. Я настолько не могу сдержать себя, что тело делает резкий и неожиданный выброс телекинетической волны. Успеваю снять клетку прежде, чем Ариадна столкнулась бы с опасными для жизни молниями. В моей груди эти самые молнии продолжают клокотать с неистовой силой. Я замечаю легкое желтое свечение под глазами, снова прикрываю веки. Не хватало ещё шандарахнуть Дэй заклинанием, не успев ни в чем разобраться. Присаживаюсь на корточки и заглядываю в глаза Ариадны. Она ведь абсолютно такая же, как и всегда. От неё не веет смертью, не веет смрадом проклятой магии. — Если ты думала, что сможешь утянуть страницу гримуара из моего семейного склепа и провести черномагический ритуал у меня под носом, то да, Ариадна, ты, пожалуй, самонадеянная идиотка, недооценившая опасность ситуации, — нет, ну она сказала, что я могу так сказать, вот я и сказала. Какие ещё вопросы?
[indent][indent]Опираюсь руками о каменную скамейку и пересаживаюсь на неё, согнувшись в три погибели и закрыв лицо ладонями. Мне хочется выть, что есть сил, но даже их у меня нет. Я просто сижу и жду, когда снова окаменею и мне не придется чувствовать // пропускать насквозь всё то, что раздирает мою душу в клочья. Ариадна всегда напоминала мне — ни за что не угадаете кого — меня. Умело балансировала на тонком канате, зная когда можно поступиться законом и когда вернуться в состояние идеального баланса_равновесия.
[indent][indent]— Ты ведь не...? — я всё же задаю вопрос, продолжая держать ладони на лице, иначе очередное резкое движение может привести к тому, что тонкая шея Дэй хрустнет под натиском моего магического залпа. — Сядь, — киваю рядом с собой, медленно опуская руки и убирая под себя. — Садись! — нетерпеливо рявкнула, чувствуя как воспитанная во мне бабушкой ненависть к еретикам вибрирует по всему телу. Моя магия уже готова жечь, вылизывая отступническую грязь. — Как давно, Ариадна? — слегка поворачиваю голову к девушке и смотрю на неё искоса. — Выкладывай все подробности, — и это звучит не как просьба, а как самый настоящий приказ. — Ты сейчас находишься на территории моей семьи. Тебе никто не поможет, кроме меня. Остатки Шодеронов слепо верны Ордену. Не знаю как тебе удалось провести Даррена. Наверное, ты просто напоминаешь ему Бернадетт, а она была воистину великой Верховной нашего ковена, — и, увы, последней, но мысль эту опускаю. — Последуй её примеру и сделай правильный выбор. Покажи мне свои глаза, — потребовала у Ариадны, разворачиваясь к ней лицом. — Настоящие.

[indent][indent]Есть такие ситуации, которые будят во мне желание хорошенько замахнуться, а потом со всей дури влепить затрещину своим детям. Да так, чтобы в стену отлетели, желательно приложившись об неё головой. Мало ли, вдруг мозги на место встали бы. Как назло происходило это именно в тех случаях, когда метод вдарить по лбу не работает, ещё и требует ювелирной родительской работы. И признаться честно, я никогда не смогла бы поднять руку на них. Даже на Ариадну, которая определенно заслуживала подзатыльника и не одного. Её не освобождает в том числе и факт условного // приобретенного родства со мной. Его не было, но мы не спрашивали генеалогию, решив пустить корни и сплести их в семью, что крепче связанной на крови. Выходит проблемы Ариадны становятся нашими. Насколько мы увязли в этих самых проблемах мне только предстоит узнать. И замешанные в деле еретики как-то надежды на хороший исход не вселяли.
[indent][indent]— Когда замешаны отступники, риск всегда не оправдан, милая моя! — цежу так злобно, стараясь не повышать голоса, что связки напрягаются до неприятной саднящей боли. Делаю глубокий вдох, строя иллюзию что так помогу сбавить накалившийся градус негодования. — Так или иначе всё закончится чье-то смертью. Не хотелось бы, чтобы твоей, — лишь одна эта фраза отнимает у меня все силы. Я только и могу слезть с края лавочки дальше и закрыть на полминуты руками лицо. Мне нужна минута для размышлений. Ведь именно треклятой минуты не хватило Ариадне, чтобы п о д у м а т ь и не лезть в заведомо проигрышную партию.
[indent][indent]Не знаю какая нужда подтолкнула Дэй к сотрудничеству с еретиками. Ещё и во множественном числе! Нет, я точно хочу ударить её. Не сейчас, но возможно потом. Даже уверенная в том, что порка не поможет. Хоть я не слишком похожа на человека, у которого в принципе могут быть табу, но отступники любого аморального человека повернут лицом к благородству. Вероятно, чтобы в итоге воспользоваться бедолагой. Раз какой-то темный колдун решил использовать мою племянницу, то его ждет огненный сюрприз.
[indent][indent]— А ты хочешь, чтобы я тебя сейчас впечатала телекинетической волной в стену? — парирую в ответ, подавляя в себе желание сказать «молчала бы лучше сейчас». Надо же. Вот он — плод моего влияния и ненавязчивого воспитания. Огрызается со мной, возомнив себя тоже, кажется, мной. Нет-нет-не-а, милочка. Так не работает. — Ты сказала «можешь сказать, что я самонадеянная идиотка», вот я тебе и сказала, что ты самонадеянная идиотка, — резво выпрямляюсь, продолжая возмущенно отчитывать Ариадну. — Ещё вопросы, моя ты нежная? — я себя сейчас ненавижу, серьезно.
[indent][indent]Отчитывать двадцатичетырехлетнюю девушку вообще какой-то сюр. Наверное стоит как-нибудь поблагодарить Бланш за то, что она мотала мне нервы лишь до выпуска из школы. И забрать кубок первенства за столь увлекательный контест да передать Ариадне. Не знаю как Бланш должна будет перегнуть палку, чтобы вернуть себе призовое место. Лучше бы они обе направили свои силы в другое русло. Только вот первая носила мою фамилию, поэтому априори не могла сойти с дистанции, а вторая так и вовсе выросла под крылом нашей очаровательно безумной семейки. Мне самой пора притормозить. Времени для того, чтобы надрать уши Ариадне, у меня предостаточно, а вот у неё лишнего вряд ли найдется.
[indent][indent]— Клянусь тебе, если ты переступишь черту, я лично посажу тебя на цепь и дам умереть в муках, когда еретическая сила начнет выжирать жизненную энергию. Ты поняла меня? — и, нет, сейчас я не шучу и не строю из себя забавно истерящую мать, которая на деле и вовсе лучшая родительница, позволяющая своим детям больше, чем другие позволяют своим чадам. — Это будет конечной станцией. Можешь сколько угодно говорить какая ты плохая, не такая и вся из себя гадкая, что не так... Но там, за той чертой, уже ничего не будет, — говорю с осознанием дела, чувствуя, что сегодня придется Ариадне приоткрыть завесу своего прошлого. Того прошлого, которого я надеялась не вспоминать хотя бы вслух. — Как бы тебе тяжело ни было, ты всегда придумаешь что-то лучше, чем шагнуть за грань, — нахожу силы затолкать гнев поглубже, чтобы дать то, в чем Дэй нуждалась сейчас больше всего — моя поддержка.
[indent][indent]И мне сейчас всё равно хочется протяжно закричать, когда Ариадна раскрывает свой мотив. Желание дать затрещину снова возвращается, но сжимаю в кулаках ткань брюк, дабы действительно не взмахнуть рукой и не впечатать её тело в ближайшую стену. Вовремя себе напоминаю, что девушка в какой-то степени пострадавшая, пытается исправить свою ошибку, которой и в помине не было. Глупое стечение обстоятельств превратило жизнь семьи Дэй в трагедию. Но я представить не могла насколько сильно чувство вины вцепилось в Ариадну, так и не дав залечить ран.
[indent][indent]— Ох... — только и могу выдать, чувствуя как у самой кислород в легких становится тяжелее свинца. — Она защитила тебя, потому что так делают родные, — когда-нибудь Дэй придется рассмотреть эту версию, а ещё лучше принять. — Аляска когда-нибудь винила тебя за сделанный выбор? Вряд ли. Ведь она захотела защитить тебя, — не знаю кого больше пытаюсь оправдать, но в чем-то Ариадну понимаю. Ради своей младшей сестры я не пожертвовала бы собой, даже ради матери не отдала бы жизни. Едва ли, конечно, моя позиция сопряжена с тем, что обе они мертвы. Я своего рода безнадежный случай, а вот Ариадна ещё может избежать такой участи. — Послушай, ты не хуже меня знаешь, что менять природу нельзя. Это как перечеркнуть себя. Аляска всю жизнь оборотень, она научилась жить с этим. Тебе тоже нужно научиться, иначе кто знает чем для тебя закончится всё, — конечно, я прекрасно понимаю чем, но озвучивать не хочу. Плохие мысли, высказанные вслух, имеют свойство материализоваться. — Когда ты должна отдать страницу? Сколько у нас времени осталось?
[indent][indent]Нет, ну надо же оценить паршивость ситуации и напомнить Ариадне в какую задницу она влезла.

[indent][indent]Мне лишь оставалось верить, что Ариадна однажды приблизится к балансу, способному уравновесить её жизнь, до того как очередная авантюра приведет её в ловушку смерти. Сколько бы я не наставляла племянницу, сколько бы утешительный речей не произнесла — она не поймет пока сама того не захочет. Но и это не позволяло мне опускать руки, прекратить попытки достучаться и пытаться направлять дальше, не давая Ариадне соскользнуть с края пропасти в беспросветную мглу. Её стремления нарушить правила, найти обходной путь, словом, сделать всё ради близких — абсолютно понятны. Непонятно только одно: неужели без участия еретиков обойтись нельзя было? В какую крайность загнала себя Ариадна, что пошла на т а к о й отчаянный шаг? Впервые мне не хочется измерять чужие проступки по себе. Мне не хочется представлять способна была бы я ступить за черту. Нутро подсказывало, что ответ мне не понравится.
[indent][indent]— Чем ты готова пожертвовать ради других вариантов? — спрашиваю без прежней уверенности, чувствуя как голос расходится нитями, оставляя пустую оболочку угасающего звука.
[indent][indent]Цена будет высокой — однозначно. Насколько высокой? У меня предположений не имелось. Придется отдать то, с чем расстаться будет немыслимым. Иначе не выйдет. По крайней мере, сколько себя помню, ещё ни разу не видела как люди с легкостью отрывали от себя нечто действительно важное, пусть и с бахвальством хвалились, отбиваясь шаблонным: «цель оправдывает средства». Не оправдывает. Чем раньше Ариадна поймет, тем раньше выпутается из черных нитей отступников, связавших по рукам и ногам.
[indent][indent]Я знала историю семьи Дэй // знала сколько боли пронесли дети вместо родителей, которые предпочли заткнуть зияющую дыру одной дочерью и выкинуть за скобки другую. Может в какой-то степени понимаю, но этого мало. Всегда мало, ведь чувство вины сильнее чувства благодарности. И Ариадну всю жизнь ведет под руку снедающее чувство вины. Она не простила себя. Но простит ли? Я не знала, поэтому едва ли моя помощь будет полезной. Я лишь могу дальше оставаться рядом, не оставляя попыток немного приблизить Дэй к тому, к чему она сама не дойдет.
[indent][indent]— Ты не можешь решать что для неё лучше или хуже, — говорю я. Урок этот я усвоила, воспитывая двух детей. Сколько ни старайся вести их своей тропой, они найдут другую, по которой будут шагать. — Вы давно не дети. Она сделала свой выбор. Тебе стоит быть благодарной, а не обесценивать её поступок, понимаешь? — мягко касаюсь плеча Ариадны, аккуратно сжимая в утешающем жесте. — Ваши родители поступили гадко. Нельзя любить больше или меньше ребенка просто за то кем он стал или кем остался, — мне ли не знать... Наверное в какой-то из ячеек склепа поднялся смерч из праха моей матери, в корне не согласной со мной. Так тебе и надо, старуха. — Представь на минуту, что всё получилось. Аляска снова ведьма, — смотрю внимательно на Ариадну. Видимо она пока не понимает к чему я клоню. — Она всю жизнь была волком и вот снова ведьма. Почти двадцать лет без магии, которой придется учиться снова. Ей придется наверстывать столько... Проще одним прыжком преодолеть бездну, — тяжело вздыхаю, понуро опустив голову. — Она будет слаба и беззащитна, ещё об этом будут знать те, с кем ты связалась, — возвращаю взгляд к Ариадне, надеясь, что она услышала меня наконец. — Ариадна, пора заканчивать это пока ты не погубила вас обеих.
[indent][indent]Поднимаюсь с места и принимаюсь расхаживать по склепу. Сама не замечаю как останавливаюсь напротив бабушкиного мемориала. Она точно смогла бы помочь. Выйти из любой западни аккуратно, сохранить всем жизни и не нарушить шаткого баланса. Я и вполовину не была так сильна // мудра, как Бернадетт. Протягиваю руку к плите, обвожу имя бабушки медленно. На что я надеюсь? Потру могильную плиту, а потом передо мной возникнет дух Бернадетт подобно джину, чтобы исполнить моё желание? Глупо. Ещё и самонадеянно. Исправлять всё придется самим. Я не дам Ариадне одной кипеть в котле с проблемами такого рода.
[indent][indent]— Невозможно подделать страницу гримуара, — сразу развеиваю сомнительную идею. — И страницу своей семьи я тебе отдать не могу, — опираюсь спиной об угол стены, скрещивая руки на груди. — Достать её можно с помощью крови трех поколений моей семьи. Бабушка и мама лежат здесь. Точнее, их прах, — Шодероны всегда смотрели наперед, поэтому кремировали умерших, чтобы никто не добрался до необходимых ингредиентов для ритуала. — Внуков у меня нет и в ближайшие пару лет не предвидятся, плюс восемнадцать лет сверху до инициации, — пожимаю плечами, не зная что ещё добавить. Ариадне стоило лучше изучить историю Шодеронов, чтобы не оказаться в тупике. — Ариадна, выход только один. Ловушка для твоего заказчика. Тебе придется рассказать мне больше, — придется довериться мне, иначе дело не выгорит. — Можем разыграть кропленую карту. В конце концов, я ведь могу выдать страницу одного гримуара за страницу из другого. Ритуал не сработает и еретик будет слаб, тогда и ударим по нему, — пока план кажется работающим, хоть и неимоверно опасным. Заигрывать с отступниками затея не из здравых, но Закон будет на нашей стороне, если всё пойдет как надо. — Пойдем, нужно узнать где находится ближайший ковен с гримуаром.
[indent][indent]Возвращаться домой я предпочла также пешком. Лучше думается, когда дует весенний ветерок и шелестят листья многовековых деревьев. Всё невозможное кажется достижимым. Думая об этом, я никак не ожидала увидеть туристическую группу возле Места Силы. Внутри закипает злоба словно незваные гости решили осквернить единственное место, где этого делать не стоит. Экскурсовод с воодушевлением рассказывает туристам легенду, связанную с местом, а я не выдерживаю и шепотом заклинание произношу, усиливая поток ветра и направляя хлесткие порывы в сторону рассказчика, чтобы помешать ему.
[indent][indent]— Совсем обнаглели, — с недовольством отмечаю, продолжив путь. — Даррену скажем, что я показывала тебе главную площадь. Договорились?

Поделиться262020-12-06 18:45:24

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

гарольд

[indent][indent]Жить в ожидании войны невыносимо. Каждый день начинается и заканчивается изнуряющей тревогой. Белинда тратила драгоценное время на поиск лучшей тактики, но не подозревала, что этим самым не прикрывала тылы, а обнажала их. Любой шорох в доме вызывал испуг, к которому привыкнуть просто невозможно.

[indent][indent]Прошло меньше недели с того злополучного утра, когда предок погибшего мужа Шодерон пообещал убить ведьму и её детей. Белинде и раньше не сильно нравились Блэйки: ни их ковен, ни их случайно образовавшийся клан. Но то, что отказ присоединиться приведет к таким последствиям, никто предугадать не мог. Ведьме только и оставалось что ждать нападения. Едва солнце близилось к горизонту как она включала ультрафиолетовые лампы по периметру, оставляла везде зверобой и заставляла всех жителей дома пить настойки. Сама же утром забыла принять свою порцию о чем вспомнила к концу рабочего дня.

[indent][indent]Сегодня Шодерон накрыло усиленное чувство тревоги. Она буквально сплавила детей из дома. Имеющейся защиты, как ей казалось, недостаточно. И сейчас она могла только попросить Флавию и Бланш провести ночь в отеле в самом центре города. Будучи на виду у всех девочки будут в безопасности. Тавви хоть и в отъезде, но не переставал названивать, уточняя не стоит ли ему вернуться. Зная, что именно этого добиваются вампиры из Сиракьюса, Белинда в очередной раз попыталась успокоить сына. Сработало слабо, поэтому наверняка уже завтра её дети устроят моральную взбучку за завтраком, шумно поедая вафли и ругаясь между собой за кленовый сироп или миску с ягодами. Этим мыслям ведьма улыбается пока едет домой.

[indent][indent]Рабочие дела заставляют задержаться в городе, поэтому к своему дому Шодерон подъезжает впритык к закату. Солнце уже скрылось за горизонтом, а возле её дома из-за высоких деревьев — давно скрылось. Свет в доме не горит, значит, хотя бы раз девочки послушались, не став подвергать себя опасности. Они должны понимать, что любой отвлекающий элемент может стоить жизни. Шутки с вампирами плохи. Ещё они изнуряют до неузнаваемости. Усталость давила на плечи, будто пыталась вжать в землю и на этом не останавливалась. Даже ключи выскользнули из рук Белинды. Поднимаясь на ноги, она увидела блеклый силуэт, принадлежащий кому-то незнакомому. Не успев собраться с мыслями, вскинуть руку с кольцом, набитым зверобоем, Шодерон запоминает только как чужие руки крепко держат и вдавливают спину в дверь.

[indent][indent]— Ты не будешь кричать и звать на помощь, — чужой голос льется мелодией, а Белинда уже далека мыслями от реальности. — Ты позволишь нам войти в дом и найти твою семью, — ведьма никогда не подчинилась бы, но против вампирского гипноза она бессильна.

[indent][indent]Шодерон послушно открывает двери и впускает не прошенных гостей в дом. Они чувствуют себя не комфортно, отчего-то ежатся и шипят. Сознание Белинды прочищается слишком быстро, что заметили кровопийцы. Ведьма хватает веник с высушенным зверобоем и отвешивает несколько пощечин по вражеской морде, что находилась ближе к ней. Она успевает взмахнуть руками и произнести короткую команду на латыни, чтобы зажечь ультрафиолетовые лампы.

[indent][indent]— Вы в ловушке, уроды, — торжественно объявляет ведьма, не сразу осознав, что и она тоже. — Как вам такое? — Шодерон отступает к кухонной стойке, где хранится отвар из зверобоя. Успевает сделать глоток, а после направляет руками струйки напитка прямо в лица нападавших.

[indent][indent]Их слишком много. За всеми не уследить, поэтому один из них пробивается через своих шестерок и обезоруживает ведьму. Ему ничего не стоит перенести баталию в зал. Под руку Белинде попадается кочерга, которой она обычно распределяла угли в камине. Она наносит несколько ударов, заставляя вампира отступить. Заклинанием накаляет металлический кончик и размахивает железкой как шпагой, пытаясь отогнать от себя кровососов. Они кружат вокруг неё подобно хищникам, а сил у Шодерон всё меньше и меньше. Когда ощущение безнадеги наступает на пятки, из соседней комнаты слышится знакомый голос.

[indent][indent]— Гарольд, я здесь! — отзывается Белинда, вытягивая руку с кочергой навстречу вампиру, который сделал выпад. Его нечеловеческий вой точно приведет её друга куда надо. — Гар, их слишком много! — предупреждает она, продолжая защищать себя.

Поделиться272020-12-06 23:42:02

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

ари_2

[indent][indent]Не помню, чтобы хоть одно Рождество в моем доме было настолько мрачным. Привычные огоньки на гирляндах будто поддерживали траур и медленно, грустно гасли, а не мерцали веселой рябью. Даже побитый жизнью Галактион тихо сидел на своей жердочке, подавая признаки жизнь лишь когда чистил иссиня-черные перья. Мой эгг-ног потерял всю сладость из-за слёз, которые я зачем-то прятала в кружке с горячим напитком. Я не могла остановить всё это. Слёзы лились сами почти безостановочно, будто смерть Ариадны стала последним толчком, что сорвал кран резервуара с ними.
[indent][indent]Я не знала как сказать своим детям о гибели подруги нашей семьи, хотя Дэй давно стала кем-то большим, чем просто друг. Она и есть наша семья. У меня не хватало ни сил, ни смелости, чтобы позвонить Лесси и выразить свои соболезнования. Лишь перед Чарли я почему-то не боялась оставаться уязвимой. Девушка рассказывает как вытащила одну из сестер из горящей машины, но не успела спасти вторую. Для неё у меня тоже нет подходящих слов, как и для оставшейся в живых Аляски. Если начну разливаться бесполезной речью перед Чарли, что её вины нет и терять людей — издержки профессии пожарных, то рискую перечеркнуть саму себя. Я ведь не поверю ни в единое своё слово.
[indent][indent]Чарли отказывается остаться на ужин и мне приходится её понять. Сейчас ей наверняка нужен виски в шумном баре, чтобы хоть как-то забить пустоту в душе. Я остаюсь в кресле и крепче кутаюсь в колючий плед, обнимаю пальцами остывающую кружку с эгг-ногом. Сил нет подняться. Чарли это чувствует и уходит, как кошка, которой является от природы. Привыкшие быть сами по себе, особенно в горестные моменты, мы наверное совершаем самый правильный поступок — расходимся бороться со своими демонами в одиночку. И мой самый главный враг — моё сожаление, ведь я не знаю как перестать себя винить.
[indent][indent]Подсознание превращается в монстра, что приторно-сладкими речами наталкивает на мысль о случайностях, которые в самой сути своей неслучайны. Не знаю зачем пытаюсь связать неудачное сотрудничество Ариадны с еретиками; почему ищу причины её смерти, будто авария не могла быть несчастьем, которое невозможно предугадать. Но озарение приходит также быстро, как и бьет в голову ром, подлитый в эгг-ног. Эта девочка мне как родная и всё становится на места. Я хочу отомстить за неё, хочу заставить пожалеть кого-то за её смерть, но не могу совершить вендетту. Не могу потому что мстить случайности может лишь глупец. Отрицание ведь первая стадия принятия? Тогда на какой стадии расщепления своей души я нахожусь, если осознаю своё отрицание?
[indent][indent]И всё же я должна превозмочь себя, должна поддержать Аляску и помочь всем необходимым. Руки трясутся от одной мысли, что на другом конце трубки прозвучит голос, похожий на голос Ариадны. Голова кружится, стоит представить себе лицо, похожее на то, которое мне неловко улыбалось, когда я подлавливала на очередном проступке. Но не быть рядом с Аляской в такой момент преступление ещё большее, чем проигрыш собственному страху. Я скидываю плед и тело охватывает холод, хотя дома тепло, даже жарко, что зимой комфортно ходить в летней одежде. Каждое движение дается с трудом, будто это я перевернулась в машине и не выжила. Утираю тыльной стороной ладони слезы, кажется ещё сильнее размазывая потекшую тушь, если её не смыло ранее многочасовыми рыданиями. Не успеваю поставить ногу на ступеньку лестницы, ведущую на второй этаж, как раздается стук в дверь. Неприятный разряд пронизывает тело. Только Ариадна игнорировала звонок и стучалась в дверь. Наверное показалось, но к двери подхожу. Подхожу и застываю, запуская холод в дом.
[indent][indent]— Ал... — не успеваю договорить имя сестры-близняшки Ариадны и осекаюсь не столько потому что та чуть ли с ног не сбивает, обнимая, нет. Я чувствую и знаю, что передо мной сама Ариадна. — Ох, дорогая, — я крепко обнимаю её и одной рукой поглаживаю по волосам, снова позволяя себе пустить слезу. — Но как... — ничего не понимаю и сейчас не время, чтобы акцентироваться на этом. Без лишних слов за руки веду Ариадну в дом.
[indent][indent]Я слушаю, но не понимаю. Да, я помню нашу поездку в Канаду, помню что к чему, но... Но всё встает на свои места. Не до конца, конечно. Больше похоже на то как пшенично-платиновые лучи солнца пробиваются через плотные грязно-серые облака. Ясности едва ли добавляет. Главное, что Ариадна жива, а дальше можно разобраться с чем угодно. Или с кем угодно.
[indent][indent]— Подожди-подожди, — я снова пытаюсь напрячь извилины, которые подпитываются очевидно не серым веществом, а эгг-ногом. — В обед приходила Чарли. Та девочка, которую я привезла из Чикаго, когда её родителей убили охотники, истребляющие котов. Она пожарная и сказала, что успела вытащить из горящей машины твою сестру, — я тараторю и не успеваю за своими мыслями. — Она сказала, что не успела спасти тебя, но ты тут... Как? Как ты ускользнула незамеченной? Кто тебя пытался убить? Ты где была почти сутки? Аляска в курсе? — я сыплю вопросами как хлопушка, швыряющая конфетти. — Чем я могу тебе помочь, милая? Всё что угодно! — сердце колотится бешено и дыхание сбивается. Лучше всего попытаться разбавить эту воспаленную реальность привычными вещами. Обнимаю Ариадну за плечи — крепче, ещё крепче. Я должна понимать, что происходящее не вымысел и не пьяный бред. — Ты чего-нибудь хочешь? Кушать? Эгг-ног?

[indent][indent]Меня снова разбивает — на этот раз точно вдребезги. Я не знаю зачем пытаюсь убедить себя в том, что развернувшаяся сцена не про меня, не про нас, не про чудо[?]. В моей голове до сих пор звучит глухой от боли голос Чарли, принявшей смерть Ариадны как собственное поражение. И не верится. Просто не верится, что Дэй занесло вихрем в мой дом; в дом, что всегда был для неё убежищем. Может [или не может, а точно да] я перебрала с алкоголем? Я пытаюсь найти спасение для себя в воскрешении Ариадны, хотя там — в подкорке // там, где смерти не существует ни для кого из моих близких_любимых людей. Не знаю почему принять гибель этой девушки мне так тяжело, будто в моей биографии не зияло с десяток смертей // будто не погибло два ковена // будто Дир Айленд был для меня выдумкой, а трагическая гибель Ариадны — нет. Как такое возможно? Как возможны те крепкие объятья, из которых не хочу выпускать её, как и она не сразу находит силы расцепить руки за моей спиной. И я просто замолкаю, когда вижу потерянность во взгляде девушки. На мои вопросы она ещё успеет ответить, а мне это время необходимо, чтобы прийти в себя.
[indent][indent]Я наконец-то нахожу силы посмотреть на неё. По-настоящему. Не бегло и не резво, а медленно и внимательно. Дюжина ссадин, где-то одежда подпалена, растрепанная... Ариадна выглядит как чудом спасшийся человек, которым она по сути и являлась, если только я опять не примусь убеждать себя, что перебрала с алкоголем и начала видеть призраков. Ведь будь Дэй жива, то разве бы пошла ко мне, а не к сестре? Та сходит с ума. Я знаю наверняка. Лесси всегда была мягче и чувствительнее. Порой казалось, что её нужно защищать от всех, в том числе и от нас с Ариадной.
[indent][indent]Не сразу понимаю о чем Дэй спрашивает. Да, меня до сих пор её появление держит в ступоре. Взгляд бегает по ранам и запекшейся крови. Ей, должно быть, больно даже стоять, а я просто стою в бессилии, не способная ни на что иное, кроме как утолить свой интерес. За сорок пять лет никто ещё не воскресал на моем пороге — меня тоже можно понять.
[indent][indent]— Защита? — мое сознание зажевывает кассетной пленкой, потому что какой-то глупый внутренний голос так и хочет озвучить такой же глупый вопрос: «ого, а призраки умеют говорить?». Встряхиваю головой, резко закрывая и открывая глаза. — Эм... А, защита, — растерянно оглядываюсь по сторонам, будто никогда // изо дня в день не проверяла, чтобы никто не навредил моей семье в нашем доме. — Чёрт... — тяжело вздыхаю и киваю. — Да, дом всегда под защитой, но лишняя не будет лишней, — господь, да что же я такое несу? Потирая тыльной стороной ладони скулу, подхожу к дверному проему, где обычно покоятся защитные артефакты. Вычерчиваю ногтем альгиз и тихо активирую руну.
[indent][indent]На душе становится спокойнее. Так спокойно, как если бы кто-то родной укрыл теплым пледом, когда не можешь согреться. И всё, что я могу сейчас, так это стать кем-то родным для Ариадны, кто укроет её теплом, даст защиту и не позволит жизни прерваться по-настоящему. Когда я снова обнимаю её, то чувствую запах гари в её волосах. Снимаю плед со своих плеч и укутываю девушку, обнимая крепче, потому что нечто внутри меня нуждается в очередном неоспоримом доказательстве жизни, которая не покидала тела Дэй.
[indent][indent]— Нет, Тавви повез девочек в кино, они даже не в курсе, — убираю за ухо прядь волос и упрямо рассматриваю лицо девушки. — Ариадна, они взрослые и справятся, они могут защитить тебя, как и я, — говорю вкрадчиво, не шибко желая напоминать о том, что главной ошибкой Дэй стала ложь и всего несколько месяцев назад я за это чуть не размазала её по стене семейного склепа в Беканкуре. — Я не могу им взять и сказать, что ты умерла, тем более, сейчас. И Аляска... Её нельзя обманывать.
[indent][indent]Я хранила множество секретов и тайн, но ведь отчасти это было моей работой. Когда Старый Кот просил молчать о чем-то, я готова была даже стереть себе память и вызвать амнезию, если того требовала ситуация. Только Ариадна — иной случай. Ей нужна помощь и в этот раз я не могу толкнуть нас на прежние грабли, надеясь, что за искупление ошибок // грехов некто превратил их в плюшевую игрушку и они вмиг стали безопасными. Мир магии далеко не так прост. В нем жить тяжелее. Намного тяжелее.
[indent][indent]— Садись, я всё сама приготовлю, — ставлю перед Ариадной бокал с эгг-ногом. Запас зелий в доме был всегда. В угловом кухонном шкафчике стоят склянки с разными жидкостями, отличить которые можно по цвету, но на деле что к чему знали лишь мои дети. Я давно перестала себя одергивать, когда мысленно причисляла к своим детям и сестер Дэй. Для верности беру два зелья: для ускоренной регенерации и успокаивающее. Тело Ариадны наверняка помнит больше, чем разум, что пытается защитить от болезненных, совсем свежих воспоминаний. — Выпей, а после приведем тебя в порядок.
[indent][indent]Или видимость порядка. Ведь я большего и не могу. Особенно когда понимаю, что мы с Ариадной ввязываемся в очередной звездец. Иначе не назовешь то, на что я почти готова согласиться. Мне не привыкать врать родным ради их безопасности; не привыкать врать за родных, чтобы оградить от беды не менее важных людей. Но сейчас комом к горлу подступает злоба. Если бы не слабость по всему телу, я не знаю что сделала бы с Дэй.
[indent][indent]— Ne sois pas ridicule, — выпаливаю, резко повысив голос. — Не смей даже такое говорить о себе! — грожу указательным пальцем, давя каждым словом всю ту чушь о трусости, что Ариадна сейчас вздумала нести. — Une lâche! C'est absurde! — недовольно фыркаю, отводя взгляд в сторону. Каждое французское ругательство буквально выплёвываю. Кого-то моя дурная детская привычка веселила, ведь всё меньше людей в Канаде говорило на этом языке. Даже среди взрослых находились те, кто пренебрежительно относился к французскому, а для меня это всегда было действенным способом выпустить пар и не схлопотать надменное материнское «юная леди, будущей Верховной не пристало себя вести подобным образом». Снова смотрю на Ариадну, чувствуя укол стыда. — Mince... Ох, извини, я... Ты не трусиха, поняла меня? Ты ушла, когда знала, что Аляска в безопасности. Она жива, цела и пока что в безопасности, а ты нет, поэтому сейчас мы займемся тобой, — бережно накрываю своей ладонью израненные пальцы девушки и чуть сжимаю. — Сначала ты, с остальным разберемся позже. Договорились?

[indent][indent]— Don't be so dramatic! — выпаливаю резко, поднимаясь на ноги. В глазах темнеет и мутная пелена покрывается хроматическими пятнами, беспорядочно мигающими. Я пьяна. Я стара. Вдобавок ещё зла. — Берешь и говоришь ртом, Ари. Вот просто берешь и говоришь. Не поверишь, но именно так зрелые люди решают проблемы, — жестикулирую слишком активно чем невольно вызываю телекинетическую волну, которой роняю аккуратный ряд деревянных мельниц со специями. Они с грохотом падают на тумбы, разделочную доску и в раковину, где резким бряканьем завершают музыкальную паузу. — Ты не злодей, которого насильно подвели под раскаяние. Перестань думать о себе хуже, чем ты есть, — мой голос становится спокойным [надолго ли?]. Устало выдыхаю, облокотившись о кухонную тумбу, словно выпускаю пар.
[indent][indent]Странно чувствовать боль, даже легкую и пока ненавязчивую, но эта девочка — моя семья. Куда бы она ни впуталась, я с большой долей вероятности впутаюсь следом. Нет ничего хуже, чем моменты, когда твои дети пытаются уничтожить себя; когда озвучивают о себе кошмарные вещи; когда не понимают как сильно заплутали. Я могу не говорить Ариадне, мол, ты не такая и ждешь трамвая, следующего прямиком в ад. Да-да, мы уже поняли, милая. Стоит обновить репертуар самобичевания в стенах моего дома. Смысла нет. Она не поверит, а пока не поверит — смысла нет. Вот мы и застряли в мертвой петле. Осталось только набрать мощность самоуничижения, силы которой однажды будет достаточно для персонального атомного взрыва максимальной мощности.
[indent][indent]— Извини, я... — выдавливаю кое-как, беспомощно шевеля губами в попытках подобрать нужные слова. — Я полдня оплакивала тебя, думала как сказать Тавви, Флавии и Бланш о произошедшем, собиралась звонить твоей сестре, а теперь вот она ты. Жива и относительно цела. На месте любого родного и хоть сколько-нибудь дорогого тебе человека... Я бы просто хотела знать, что ты выжила, понимаешь? — поднимаю на неё взгляд, всё также беспомощно пожимаю плечами и поджимаю губы. — Ты прекрасно знаешь моя биография далеко не идеальна. Мне до сих пор приходится хранить секреты, скрываться от многолетних событий. Однажды тайны могли стоить хороших отношений с Флавией, — и я до сих пор предпочитаю думать, что поступила верно, рассказав о событиях в Дир Айленде. — Я могла потерять Тавви или Флавию, или Бланш... Да даже тебя! — нет, сдерживаться пока слишком тяжело. — Знаю, тебя не переубедить, но от меня никуда не денешься. Чем раньше м ы разберемся, тем будет лучше, — голосом ставлю на этом точку.
[indent][indent]Из последних сил держусь, чтобы не передразнить слова Ариадны о правде. Вот кому-кому, а не ей сейчас отвешивать подобные комментарии. Также сдерживаю себя от: «я же говорила!», потому что я, мать вашу, говорила! Ещё в Беканкуре говорила, а потом не единожды повторяла при каждой встрече. Да толку никакого раз мы оказались там, где оказались. Молча подливаю из кувшина эгг-ног в бокал Ариадны. Может пьяной она будет сговорчивее? Ну воспитала же на свою голову. В следующей жизни предпочту быть кошкой, чтобы заботились обо мне, а я лежала такая красивая и смотрела на всех с чувством собственного превосходства.
[indent][indent]Пьяная женщина на кухне — всегда к беде. Пока я искала миски, необходимые для заживляющего зелья травы и бинты с ватой, умудрилась навести очередной грохот. Где-то в глубине кухонного шкафа свалилась груда сковородок. Увенчало чугунную эпопею шипение и кисловатый запах. Открыв дверцу, обнаруживаю поваленную бутылку уксуса, который льется прямо в упаковку с содой. Не та пенная вечеринка, ой совсем не та. Убираю бутылку в раковину от греха подальше. Набираю миску с теплой чистой водой, параллельно вспоминая какую примочку лучше сделать. Жаль не придумали компресса, который снимал бы последствия идиотских поступков. Сейчас очень пригодился бы.
[indent][indent]Возвращаюсь к столу с приготовленными снадобьями. Обезболивающее не предлагаю. У нас тут алкоголь зря что ли всему голова сегодня? Придвигаю стул к Ариадне и начинаю хозяйничать. Стараюсь бережно протереть остатки сажи и грязи, залепившие ссадины. После опускаю мягкий бинт в другую миску с обеззараживающей настойкой, куда влила немного исцеляющего зелья. Стоило коснуться первой раны как меня буквально телепортировало во времени на пятнадцать лет назад. Тогда я также промывала раны Тавви и Ариадны, ведь эти двое настолько были пытливы в детстве, что каждая их вылазка заканчивалась содранными коленями // ладонями. Спустя столько времени — ничего не поменялось. Каждый их день рождения для меня настоящий подарок. Тратиться на торт со свечами как-то приятнее, чем на ритуальные услуги.
[indent][indent]— Не ай, — по старой привычке выдаю, продолжая обрабатывать раны на лице. — Думала я буду щадить тебя? — спрашиваю у Дэй, впервые за весь разговор остро взглянув на неё. — Нет, не говорила и теперь придется избегать её, а на тебя наложить чары, скрывающий твой запах, — не думаю, что Ариадне стоит разъяснять для чего, как и не думаю, что она вообще строила планы насколько далеко. — Я помогу тебе только при одном условии, — специально подольше держу вату в растворе, чтобы посильнее и подольше приложить к самой глубокой ссадине. Зелье в ней шипит и пеной заходится, будто с перекисью переборщили. Придавливаю сильнее, а то Ариадне кажется жизнь до сих пор медом видится. — Будешь слушаться меня. Во всем. Я давала тебе возможность исправить всё самостоятельно, чего не стоило делать, но всё же. Я доверила тебе твои же проблемы, что было опрометчиво, — закончив с обработкой ран, ненадолго замолкаю. Ей стоит подумать обо всем. Особенно о том как мы будем выгребаться из сложившихся обстоятельств. Беру с полки мазь и снова возвращаюсь к Ариадне. Мазь приятно охладит ссадины, заодно поможет скорее затянуться порезам. — Тебе придется рассказать мне всё. Я помогу закончить этот ад. Вы идентичные близнецы. Лесси не застрахована от другого «несчастного» случая, — показываю кавычки. — Что ж, пока нам нужна ещё порция эгг-нога, затем я в очередной раз совру своим детям, что подцепила кого-то в Джудасе и меня можно не ждать пока мы обустроим тебя в другом доме, — ободряюще хлопаю ладонью по столу. Заметив взгляд Ариадны, чувствую нужду объясниться дополнительно. Вот тебе мастер-класс, милая, учись и пользуйся. Возможно тогда ты не окажешься в ситуации, когда гребаные еретики захотят убить тебя с н о в а . — Ты же не думала, что у меня нет запасного плана или жилья на экстренный случай? — разливаю остатки эгг-нога по бокалам и приподнимаю его в беззвучном тосте.

[indent][indent]Мне снова и снова приходится сдерживать себя от колких комментариев. На каждое слово Ариадны у меня могла бы найтись дюжина острых, как иголки дикобраза, но я затыкаю поглубже желание открыть рот и сказать что-либо вообще. Лучше промолчать, чем жечь этот мост дотла. Как же чертовски сложно. Особенно когда мои с Дэй отношения строились на шутках, взаимном парировании и балансировании на грани особо доверия друг к другу. Мы всегда могли сказать что вздумается, а теперь одна чаша весов ухнула так сильно вниз, что любой мой поучительный комментарий может вылиться в неоправданную злобу // агрессию; теперь ни одна чертова шутка больше шуткой не будет, как и сарказм перестанет быть таковым. Меня сильно начинает раздражать то, как вынужден наш мир выстраиваться. Решение кажется таким простым. Просто взять и позвонить Аляске, преподнести ей воистину несравнимый ни с чем рождественский подарок, но ценой поступка будет сама Ариадна. Терять её второй раз — выше моих сил.
[indent][indent]— Ребята поддержат её и не будут отходить пока нужны ей, — заверяю Дэй, прекрасно зная, что мне не нужно просить своих детей об этом. Они наверняка сами ломанутся к Аляске домой или на работу как только узнают о произошедшем. Воздвигнут стены комфорта вокруг неё и вместе переждут бурю под названием горе. Официально я пока и знать не должна об аварии. Чарли пришла по старой дружбе, по сути нарушив самый главный протокол. У меня будет время приготовиться к завтрашнему дню. Заодно приготовиться к тому, чтобы... Нет, к тому как Ариадна выводит меня из состояния спокойствия, пожалуй, я никогда готова не буду. Ещё раз хорошенько прикладываю бинт со жгучей настойкой к её ране. И сдержать себя не могу. — Я не маленький ребенок, Белинда, — передразниваю её, корча саркастично-важную рожу. — Да, ты самонадеянная... Кгхм, — вовремя срываю стоп-кран, чтобы не сказать «идиотка». Мы уже проходили это в Канаде. Но разве повторение не мать учения? — Ты всегда будешь для меня маленьким сорванцом и бандиткой, Ариадна.
[indent][indent]Всё же лучше нежели идиотка. Не так хорошо подходит, но... Сейчас и вправду лучше так. Мне только и остается что устало // сердито вздохнуть, сложить использованный материал и по щелчку пальцев сжечь бинты в миске. Опрометчиво выкидывать в мусорку, где окровавленные бинты и ватные диски будут выделяться на фоне прочих отходов. Мне ни к чему вопросы от детей, потому что это не тот случай, когда я могу отбрехаться будто по пьяне порезала палец пока резала индейку.
[indent][indent]Но я ещё не закончила. Когда Арианда была маленькая, ссадины и синяки были частью проблем. Она нередко прибегала чумазая и со всклоченными волосами на пару с Тавви. Как и сейчас, я аккуратно расчесывала её волосы. Кажется нас обеих успокаивает процесс. Говорят, что матери обязательно должны плести косы своим дочерям, чтобы оградить их от злых сил. В моей семье верили — так оно и было. Разве что мне косы заплетала бабушка, словно между делом силу и мудрость закладывала в переплетенные в колос хвосты. Я заплетаю слабую косу Ариадне, чтобы волосы не липли к ранам. Поправляю кардиган, закрывая воротником шею, и в поддерживающем жесте напоследок провожу ладонями по плечам, надеясь, что моё тепло согреет её.
[indent][indent]— Не думаю — твоё кредо, — подмечаю я, позволив себе полуулыбку. Возвращаюсь на место, усаживаюсь напротив Дэй и одаряю её усталым, но теплым взглядом. — Давно небезопасно. В этот раз мы должны покончить со всем, иначе ты рискуешь умереть по-настоящему, — сколько раз я говорила ей? Я трезвая до стольки вряд ли досчитаю, не говоря о том, чтобы попытаться прикинуть с к о л ь к о будучи пьяной. — Не могу тебе позволить такой роскоши, — глухая усмешка сама по себе вырывается.
[indent][indent]Отвожу взгляд, мотая головой едва заметно. В какой момент я так оплошала и не заметила как Ариадна не просто катится по наклонной, а летит напролом к эпицентру проблем.
[indent][indent]— Если бы мои дети знали правду, Флавия закидала бы тебя гневным открытками с нарисованным букетом цветов, выражающих недовольство. И это ещё мягко сказано. Тавви наверняка волок бы тебя за шиворот к Аляске признаваться во всем. Я не стала бы его останавливать. Так для протокола отмечу, — понимаешь в какой ты заднице, Ариадна? И в какую задницу тянешь всех вокруг? Знаешь ли, всё это мелочи. Хуже то, что ты до сих пор упираешься как баран, не принимая помощь, когда она тебе действительно нужна. Но, конечно же, вслух я не произнесу ни одно из слов моей гневной мысли. Как только разберемся с твоими проблемами, вот тогда и выскажусь от и до. — Оно в пригороде. Квартирка, в которой я жила как только переехала в Новый Орлеан. Никто не знает, что я её до сих пор не продала, — ой, да ладно, Ариадна. Деваться некуда. — Позволь тебе ещё раз напомнить... Кхм. Вы с Аляской идентичные близнецы. Так что начинай говорить, чтобы мы успели уехать до такого как все вернутся. Теперь всё будем делать как я скажу.
[indent][indent]Я разливаю эгг-ног по новой, надеясь разговорить Ариадну. Бежать дальше некуда. Да и смысл? Как только станет известно какая из сестер выжила, а какая нет — Аляска по-прежнему будет в опасности, а я не буду знать от кого её защищать.
[indent][indent]Несправедливо по отношению к сестре, Ариадна, не находишь?

Поделиться282020-12-07 00:11:04

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

квест_1

беля1

Сегодня ровно две невыносимо долгих недели с момента как я по-королевски расселась на пороховой бочке, найдя послание от Кота. Чёртов проныра, я тебя ненавижу. Забрали его понимаешь лишь. Сволочь усатая. Я ругаю его каждый раз, каждый, сука, божий день, когда прихожу в чайную лавку и не обнаруживаю никого, кроме его хвостатых наследников. Они обеспокоены не меньше, как может показаться, но это лишь до момента пока они не узнают всё то, что известно мне. Не так много на самом-то деле, но всё же больше, чем позволено знать им.
Я не могу не появиться на показательной порке Вигго и Томаса, поэтому занимаю самое видно место, чтобы Харви точно разглядел меня в толпе, чтобы точно в случае, когда всё пойдет Коту под хвост (ха-ха-ха, смешно, бляха муха), тень подозрений не упала ни на мою семью, ни на банду усатой сволочи. Передо мной мельтешит парад знакомых лиц. Наверняка многие из нас видеть друг друга не хотят. Не стой на паперти Его Битово Высочество, то началась бы гражданская война, но больше, чем ненависть друг к другу, всех нас или большую часть нас объединяет вера. Вера в то, что происходящее лишь сюр; что Вигго и Томас выскользнут из щупалец правосудия, а после Новый Орлеан погрузится в прежний омут интриг и нелепых ребяческих стычек. Мысли мои сбивает знакомый голос, заставляющий своим звучанием напрячься каждую мышцу.
— Тебе кажется это смешным, Дювалье? — спрашиваю холодно, переводя возмущенный взгляд на юную ведьму. Кто бы мог подумать, что всего несколько недель назад, подойди она так ко мне со спины, я начала бы улыбаться и в глазах моих было нечто более приятное, чем моментально вспыхнувшая ярость. — Разорванная в клочья система тебя веселит? — испепеляющий прищур нацелен прямо в глаза Мишонн. Совсем недавно мои чувства были иными, когда она вела себя вальяжно, наплевав на всё. Совсем недавно я считала, что это нас роднит, но ничего настоящего кажется между нами и не было. — А теперь посмотри на неё, — киваю на Морин, которая нервно пытается прикурить и психует, когда другая девушка спешит ей помочь. — Сейчас у неё на глазах сожгут человека, который занимал не последнее место в её жизни. Возможно, он оступился или пошел против закона, но по ту сторону этого самого закона всегда есть люди. Посмотри на неё внимательно и попробуй улыбнуться ещё раз, — грозно цежу сквозь зубы, затем делаю глубокий вдох. — Повзрослей, Миша, иначе следующей можешь оказаться ты.
Я упрямо смотрю будто сквозь неё. Невольно признаю, что мне действительно жаль. Особенно когда слышу последние слова Вигго. Нервно запускаю руки в карманы кардигана и левой рукой сильнее сжимаю письмо, перевязанное красной нитью. Так не должно быть. Кот не мог не предусмотреть всего этого. Возможно, цель моего нахождения здесь не так невинна. Я с силой катаю красную нить подушечками пальцев, понимая что скоро должен настать тот самый момент, но стараюсь взять себя в руки, видя как Флавия пробирается сквозь толпу ко мне. Её обеспокоенный голос подтверждает мои догадки, а следом и фраза, по которой я моментально догадываюсь в чем дело.
— Займемся сразу как всё закончится, — отвечаю на кодовую фразу и осторожно завожу дочь рукой за спину, на случай если ей нужно будет спрятаться за моим плечом.

беля2

Хитровыебанный Новый Орлеан не был бы собой без всего этого парада революционеров и мимо проходящих зевак. Я ни на секунду не сомневалась, что всё в_о_т_э_т_о_в_о_т примет максимально отчаянный поворот. Свиста стрелы не слышал только глухой и ленивый, как и последовавшего крика боли девушки, в которую она угодила. Я в считанные секунды осознаю какую ошибку совершила, позволив Флавии придти сюда. Возможно моей ошибкой станет и то, что мне плевать, если все присутствующие поубивают друг друга в заваривающейся неразберихе. Звук взрыва вызывает во мне рефлекс защищаться. Я поднимаю руки и злобно выплевываю заклинание, обволакивая себя, Флавию и Мишу защитным полем.
— Флавия, выбирайся отсюда немедленно! — говорю тоном, не подразумевающим споров и пререканий. — Доберись до Инквизиторов, они тебя не тронут, — уж наверняка потому что знают к т о я такая. Видя, что она мешкается на секунду смягчаюсь. — Милая, колокольчик, нивятник, — я думаю о тебе в первую очередь, подожди немного и делай как говорю. — Мишонн, прикрой ме... — но едва я опускаю щит, успевая вложить в дрожащую руку дочери ключи от заранее приготовленной машины в случае, если всё пойдет puppies day, как незнакомый мне молодой человек хватает Флавию и тащит куда-то. — Какого хрена?! — возмущаюсь, не скрывая раздражения. Растерянно оглядываюсь по сторонам, ища знакомые лица. Когда на подходе мелькает седая макушка, прикладываю два пальца к уголкам губ и что есть воздуха в легких срываюсь громким свистом. Встречаясь с медведицей взглядом, резко киваю в сторону Флавии. Я не позволю какому-то оборванцу увести мою дочь. — Прикрой меня и не лезь на рожон, пожалуйста, — возвращаюсь к Мишонн и говорю с прежним беспокойством, потому что... Потому что если сейчас же не прекратить бойню, то ляжем дружно все вальтом и больше не проснемся.
Мои глаза не перестают гореть теплым светом. С каждым шагом к помосту желтый становился насыщеннее и опаснее. Отметаю от себя едва заметными // предупредительными ударными волнами желающих полакомиться мной или просто свернуть мне шею. Не сегодня, зайки-котики-собачки, не сегодня. Останавливаюсь в нескольких шагах от дырявой инквизиторской шеренги, оберегающей помост и находящихся на нем лиц особой важности.
— Харви! — выкрикиваю имя сенатора и держу руки поднятыми. Взгляд гаснет и прилив легкой усталости пробивает тело, но пока адреналин мотает киловольты моя решимость негасима. Опускаю левую руку в карман под пристальным взглядом инквизитора, который ведет пистолетом по траектории движения вниз. Я нащупываю красную нить, точно такую же, как и на свертке в руках Моргрейна. Медленно достаю, давая понять, что в с ё п р е к р а с н о з н а ю . Я не забыла оказанной услуги. Не забыла и о том, что не хочу жить и в без того разрушенном городе. Указываю на седовласую медведицу, помогающую девушке с Меткой, в качестве моего очередного «я не забыла». — Харви, — снова зову его с нескрываемой мольбой в голосе, потому что нужно прекратить весь_этот_лютый_peace_d/e/a/t/h.

Смотреть в глаза сенатора почти тоже самое, что и оказаться один на один с кем-то опасным_хищным, похожим на человека лишь внешне. Я продолжаю держать руки поднятыми, ясно давая понять насколько благие мои намерения. Если Харви решит иначе, то я с удовольствием выложу самую ухабистую // колючую дорогу в ад для всех нас. Эта поездка будет без ветерка, но с чертовой дюжиной язычков пламени, которые дочиста вылижут плоть // испарят кровь.
— Она не имеет отношения ко всему этому, — твердо заявляю, готовая дать Мишонн сигнал к бегству. Эти дела её не касались, но Моргрейн видимо решил иначе. — Не трогай, — рявкаю на подоспевшего инквизитора. Ему я готова зарядить шпилькой по яйцам и взбить их в омлет, если хотя бы пальцем коснется нас. — Мы в состоянии идти сами.
Наверное в глазах других я из ума выжившая ведьма, не имеющая ни стороны, ни опоры. Так намного тяжелее делить мир на черное_и_белое, поэтому для меня всё одинаково серое: иногда с более светлыми оттенками, иногда с более темными. В последнее время вторых стало больше. Наш мир неизбежно устарел, но пока до всех сторон не дойдет эта простая истина, всё и дальше будет происходить т а к и м образом.
Происходящее за спиной напоминает боевик. Для меня всё слилось в один протяжный звук разбитых судеб. Настал тот день, когда я перестала жалеть, что у меня нет острого слуха. Я не хочу разбирать каждую драму и принимать на себя. Лишь один выстрел заставляет меня посмотреть через плечо. Чужая голова разлетается нелицеприятными ошметками по импровизированной площади, но группе людей [в которых я без труда узнаю орлеанскую стаю] плевать сколько серого вещества их альфы попадет на руки_одежду.
— Не надо, не смотри, — одергиваю Мишонн, осторожно обвивая пальцами под локоть и притягивая ближе к себе. — Он уже мертв. Просто не оборачивайся и будь рядом. Не отходи от меня ни на шаг, поняла? — строго наказываю девушке, внезапно вспоминая, что ей всего девятнадцать и она младше моих детей.
Я забираю Мишонн с собой, не отпуская от себя ни на метр. Бесполезно что-либо говорить Харви сейчас. Я видела к а к и м был его взгляд. Хуже всего то, что я понимаю его. Он рискует стать беззащитным, как и любой родитель, когда над ребенком нависает опасность. У нас есть шанс уберечь близких от больших бед. Сделать это п р а в и л ь н о , не применяя силы // оружия; не увеличивая число ненужных жертв_смертей. Впрочем мне только предстоит убедить сенатора Моргрейна в возможном союзе, где не будет подводных камней; в союзе, который однажды изменит многое — лишь бы сегодняшний день больше н и к о г д а не повторился.

Поделиться292020-12-07 00:52:08

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

квест_2

[indent][indent]Могу с уверенностью сказать, что несколько часов назад наблюдала падение Помпеи. Площадь затопило огнем, дымом и кровью. Я определенно не чувствовала себя победителем. Впрочем, чувствовала я себя н и к е м . Мне точно повезло больше, чем большинству присутствовавших. Повезло ли так Мишонн? И почему нас разделили? Куда увели девчонку? Вопросы крутятся на языке. Я просто жду момента, когда смогу выплюнуть их рикошетом первому попавшемуся инквизитору. Или же проглочу, когда пойму что произошло нечто ужасное и отвечающее на мои вопросы одновременно.
[indent][indent]Мои руки свободны, даже не заломлены за спину. Нет наручников с ведьмовской меткой, которые могли бы потушить последнюю частицу, что была моим истинным «я». Меня даже не отправляют в подобие камеры предварительного заключения. Когда за мной приходят, то страха я тоже не испытываю. Присутствие Сенатора в городе словно в корне меняет отношение местных служащих. Длинный коридор и вполовину не кажется таким уж непреодолимым, как это зачастую бывает. Меня словно водят по игрушечному лабиринту, выход из которого есть всегда. Лишь оказавшись перед дверью допросной, я осознаю насколько происходящее далеко от симуляции.
[indent][indent]За столом сидит, кто бы мог подумать, Джеральд Риддл собственной персоной. И от того мне становится тошно. Допрашивать будет глава Ордена. Для справки: глава Ордена, чьей должницей я стала месяц назад. Закрадывается паршивое ощущение, что мои же честь и мораль сегодня погубят меня. Занимаю место напротив, не скрывая собственной растерянности — наоборот, щедро её рассыпая перед Риддлом.
[indent][indent]— На иной прием я и не рассчитывала, — сухо подмечаю, бросая слова куда-то в сторону через плечо и недовольно поджимаю губы. — Я очевидно знаю не больше вашего. Цель моего добровольного посещения Ордена, скорее, личная, — постукиваю кончиками пальцев по железному столу, отбивая неприятную дробь. — Понимаешь ли, в чем дело, Джеральд, — подсаживаюсь ближе, убирая одну руку в карман и доставая ту самую злосчастную красную нить. Осмеливаюсь поднять взгляд на инквизитора. — Кот попросил передать сверток, я передала. В омут его дел я не имею привычки лезть. И тебе ли не знать моего отношения к вампирам, — мягко намекаю на то, что он отчасти посвященный в мои проблемы с кровопийцами, поэтому сотрудничать с Аспидами мне неинтересно в принципе. — Я до сегодняшнего дня в душе не чаяла кто такая Аврора Морган, как и то, что она — дочь сенатора Моргрейна, — весть об этом разлетелась стремительно, уже нет смысла лукавить. — В конце концов, ты правда думаешь, что я позволила бы своей дочери оказаться в такой мясорубке?
[indent][indent]Подтвердить присутствие Флавии на казни может с десяток людей — стоит лишь спросить. Давай же, Джеральд, напряги свои мозги, навыки дедукции и прочее // всякое чем тебя пичкал Орден, когда взращивал из маленького мальчишки мужественного инквизитора. Но я тебя не боюсь, Риддл. Может не знаю так близко, как стоило бы, но что имеем, как говорится.
[indent][indent]— Два сенатора в городе. Всё серьезно, — говорю вполне очевидные вещи, чтобы заполнить затянувшуюся паузу. — Если они захотят наказать кого-либо — накажут. Виноватых искать проще, чем правду, знаешь ли, — горько усмехаюсь и снова куда-то в сторону. — Возможно мы здесь теряем время, поэтому, пожалуйста, Джеральд, если ты хочешь меня в чем-то обвинить — самое время, — кручу нить в пальцах, чтобы унять неприятную_нервную щекотку по всему телу; отвлечь сознание от того, что могу отсюда не выйти в о о б щ е . — Повторю для ясности: я не причастна к плащам и маскам.

[indent][indent]Проще хлопнуть в ладоши, развести руками и заявить: «мы в дерьме». Ни я, ни в отдельности Джеральд, ни по одиночке остальные представители нашего сумасбродного мира, а всё мы. Но вместо этого я пытаюсь собрать кусочки разрозненных воспоминаний, будто в невесомости летающие по вселенной моего подсознания. Единственное, что меня роднит с Риддлом сейчас — желание докопаться до правды; каждый до своей.
[indent][indent]— Ладно, давай попробуем вернуться в первое июля, — слегка хмурюсь и сердито вздыхаю, почесывая ногтем лоб. В подкорке раздается противный звук, словно я прошлась по своему лицу наждачной бумагой. Мне сложно называть какие-то временные рамки, потому что я не до сих пор не понимаю в каком дне пребываю. Не знаю ночь ли за окном или наступило утро следующего дня, которое теперь знаменует новый виток нашей мистической цивилизации. Меня одолевает тошнотворное ощущение, что все мы на пороге гражданской войны. — Я, как и всегда, пришла в чайную лавку, чтобы проверить обстановку. Всегда захожу перед работой, — смотрю в сторону, застыв. Мой взгляд стекленеет от попытки промотать тот день пленкой в своей голове. — Кота не было на месте, но я нашла сверток и письмо. Оба были перевязаны красной нитью. На письме его почерком написано моё имя, — залезаю рукой в карман кардигана и достаю бумагу, изрядно потрепанную мной за две недели. — Если ты читаешь это, значит, меня забрали, — цитирую по памяти, потому что я читала // потому что я знала наизусть каждую закорючку в этом послании. — И всё это как-то связано.
[indent][indent]Мне становится зябко и неуютно. Старый Кот был и есть мой гарант // моя устойчивая крыша над головой. Складываю руки на груди, крепко цепляясь пальцами в предплечья. Не хочу думать, что у ж е т о г д а его не стало.
[indent][indent]— В тот же день в лавку наведались две девушки. Не знаю кто они, но на вид очень молоды. Одна и вовсе, кажется, подросток, — тот момент вспышками проявляется в памяти. — Та, что на вид моложе, была при оружии. Пистолет или что-то вроде того. Вторая забрала свидетельство. У меня не было возможности проверить кто из них кто, к какой расе принадлежат, — было бы весьма неосторожно колдовать при них, чтобы выяснить кто скрывается за человеческими масками. — И их обеих на казни я не видела, если только они не были в масках.
[indent][indent]Но было нечто ещё, волнующее не меньше сбежавших глав объединений. Мои опасения подтверждали и перешептывания других инквизиторов. Пока я ждала допроса... Казалось всех волнует это самое нечто. Я придвигаюсь к столу и опираюсь локтями, чуть наклоняясь вперед.
[indent][indent]— Там... Я почувствовала темную магию, понимаешь? Видимо не только я подозреваю, что на казни присутствовал еретик. И есть резон взять этот факт во внимание, ведь Нэтрум выступает в их защиту, а что касается Аспидов, хм, — задумчиво закусываю нижнюю губу и замолкаю на несколько секунд. Мой взгляд снует из стороны в сторону. — Это опасный для Перемирия союз. И меньше всего мне хочется, чтобы баланс пошатнулся сильнее. Мы будем бессильны, — такой расклад дел пугает по-настоящему. Вспоминая о бессилии, я со стыдом понимаю, что забыла о Мишонн. Стоило переступить порог штаба Ордена как нас развели по разным коридорам. — Эм, Джеральд... — знаю, не время беспокоиться о чужой шкуре, но ведь это же Дювалье, я не могу иначе. — Мишонн?
[indent][indent]Мне кажется или наступает гробовая пауза? Слышать ничего не хочу, кроме как: «она на допросе». И, наверное, Риддл вполне может сменить тему, сказать что меня касается, а что нет — но вдруг не станет?
[indent][indent]— Слушай, я помогу всем чем только смогу, но пусть наше сотрудничество будет взаимовыгодным, — предлагаю твердо, давая понять насколько сильно настаиваю. Мы гребем в одном лодке, иначе и не выйдет. — Орден может упечь меня за решетку, допрашивать сколько угодно, но всё это — время, а его уже ни у кого нет. Я лишь хочу знать что со Старым Котом. И не меньше твоего хочу понять какая связь между письмом и свидетельством, — поднимаю взгляд на Джеральда и смотрю прямо ему в глаза. Он точно должен знать когда люди врут ему, а когда нет. — И моя семья. Никто из них не должен пострадать. Если я опознаю тех двух, то рано или поздно до меня попытаются добраться или напрямую, или через моих детей, — глубокий вдох и вот я на грани: или заключение, или фикция прежней жизни. — Ты можешь гарантировать это, Джеральд?

[indent][indent]— Да, пистолет, — подтверждаю свои слова. Такая наводка может вести к инквизиторам и недовольство на лице Риддла вполне объяснимо. — Обе были в закрытой одежде, что с их стороны предусмотрительно. Не за что зацепиться.
[indent][indent]Не знаю на кого больше злюсь. На себя, что не обладаю более полезной информацией в момент острой нужды. На Кота, который потерял равновесие и приземлился не на четыре лапы, а на задницу. Если он замешан, а он наверняка неспроста ввязался в подсиживание Сенатора сомнительными // окольными методами, то остается лишь гадать каких масштабов бедствие ждет нас всех. Ощущение будто сижу в горящей комнате с нервной улыбочкой да приговариваю «this is fine, nam pizda but this is fine».
[indent][indent]Знаете, домашние кошки имеют свойство совать свой нос туда, куда не надо, ещё и делать это невовремя. Ни за что не угадаете кто ещё такой суперспособностью обладает. Затылком чувствую присутствие того, кому сейчас одновременно хочется шею свернуть и тут же крепко обнять. Не знаю с каких пор лицо Джеральда стало зеркалом заднего вида, но снова меняющееся выражение на нем мне как-то яснее ситуацию обрисовывает. Если повернусь, казнь точно состоится, поэтому продолжаю сидеть с непроницаемой гримасой пока в тусклом отражении стены силуэт Кота не становится четким.
[indent][indent]Моего плеча касается рука. Знакомая тяжесть должна успокоить, позволить выдохнуть, мол, вот и сказочке конец, а инквизиторы выкручивайтесь сами. Но как бы не так. Медленно перевожу взгляд на Кота. Его счастье, что ведьмы не умеют пуляться магическими сгустками из глаз, иначе я оставила бы в его самодовольной роже пару-тройку дыр. Дорогуша, ты ничего объяснить не хочешь, а?
[indent][indent]— Нет, — твердо чеканю, поднимая руки и не позволяя инквизитору взять меня под локоть и вывести. — Я ничего не знаю, но хочу узнать какого черта происходит. Думаю, имею право, — злобно щурюсь в сторону Кота. А ты как думал, усатый? Мы вляпались друг в друга двадцать лет назад. Потонешь ты, потону и я. И сегодня не тот день, когда это случится. Забираю стул и ставлю его между Риддлом и Котом. Сажусь, сложив руки на груди, и киваю обоим будто даю сигнал к началу разъяснительной беседы. — Давай, расскажи в каком дерьме мы в этот раз будем барахтаться. Приготовимся, чтобы не захлебнуться, — пожимаю плечами и стараюсь принять беззаботный вид, но Кот-то наверняка знает, что о н о с а м о е уже полилось.

Поделиться302021-07-30 16:37:53

Автор: phyco
Администратор
Сообщений: 1217
Уважение: [+0/-0]

коля1

[indent][indent]Могла ли я в очередной раз не ввязываться в сомнительные авантюры? Не могла бы. Пытаться противиться магнетизму к проблемам смысла нет. Отправляясь к Сэнди, чтобы отдать ей недельный запас зелий, я не сильно хочу зацикливаться на мысли о личной выгоде. Моей целью была не столько подруга, страдающая после очередного полнолуния, сколько ненавязчивая разведка в Джентилли. Нейтралитет с ковенами у меня шаткий. Одиночек, в открытую посылающих устои о единстве своих, нигде не жаловали. Даже кошачьи объединились в сложные времена, которые наступили намного раньше ожидаемого. И чтобы черная полоса не оказалась сплошной // широкой // длинной, сворачиваю к ипподрому. Нет, я не ищу помощи у Нэтрума. Я ищу то, что спасет от Нэтрума наш мир, трещащий по швам. Но когда ковен следует наперекор устоявшимся законам и заповедям, то защита у него соответственная. Мне ничего не удается рассмотреть. Нескольких ведьм узнаю скорее интуитивно. Ближе не подобраться, поэтому приходится идти дальше, держа про себя мысль, что Верховного на сборе ковена не видно.
[indent][indent]Сэнди замечает беспокойство и отчужденность. Говорит, что я насквозь ими пропахла. Я глухо усмехаюсь, застыв с кружкой чая, которую так и продолжаю держать в нескольких сантиметрах от рта. Беспокойствами с ней не делюсь, потому что Сэнди и есть одно сплошное беспокойство. Добавлять сверху не то чтобы неосмотрительно, скорее, нецелесообразно. Волки, особенно такие, вообще забавные существа. Если что-то недосягаемо для человека, то животное на инстинктах разъясняет что к чему. Зачастую объяснения приводят к неоправданным жертвам. Скажи я Сэнди, что считаю странным собрание Нэтрума без их Верховного, но подобраться ближе не могу, она ведь пойдет подслушивать или чего хуже накинется на кого-нибудь. Просто потому что её волчица посчитает себя обязанной помочь мне за заботу, зелья и дружбу. Так что растягиваю на губах улыбку, заливаю в очередной раз, что не выспалась и немного выпадаю из реальности. Такая правда лучше выдумок и откровенной лжи, которую Сэнди учует только так.
[indent][indent]В моем доме непривычная тишина. Слишком тихо. Меня снова накрывает мыслями о том, что всё происходящее — затишье перед смертоносной бурей. На моей интуиции можно было бы расколоть букмекерскую империю. А ещё интуиция подсказывает, что самое время налить себе виски, сесть в любимое кресло и залипнуть в любую точку, не имеющей отношения к магии и разборкам в мире, скрытом от простых людей. Может по телевизору идет какой-нибудь средний детективный сериал или что в это время показывают. Щелкаю кнопкой на пульте. Чертов сидаб. Я едва не поперхнулась виски, когда на экране показывают очередную разборку Майклсонов. Переключаю на другой канал. Кардашьяны. Отлично, пускай.
[indent][indent]Алкоголь вызывает чувство голода, а я планирую растянуть удовольствие — никак не заснуть в кресле после одного стакана виски. Тем временем, даже первый стакан отзывается во мне желанием петь под нос и пританцовывать пока готовлю себе закуски. Как и любой уважающий себя повар параллельно наедаюсь всем, что кладу в сэндвич. На тарелке красуется два треугольника, с которых стекает соус, а я уже не особо-то и есть хочу. Наливаю по новой, едва не роняя бутылку от неожиданно прозвучавшего голоса сбоку. Чужого голоса. Так что происходящее дальше — самозащита.
[indent][indent]— Ты вообще кто? — возмущенно спрашиваю, нахмурившись. Всполохи магии окутывают руки. Предупреждаю, милочка, я за себя не ручаюсь. Не надо тут светить красивой мордашкой и диктовать правила в моем доме. — Ну-ка сбавь обороты, дорогуша, — но девушка продолжает наступать, а я не люблю когда меня пытаются прижать к стене. Ладно, люблю, но в других случаях; совсем в других. — Пошла вон из моего дома, — повторять дважды не собираюсь, это из моего требовательного тона в голосе и так понятно. — Давай помогу, — произношу короткую команду на латыни и вскидываю руки, выталкивая телекинетической волной незнакомку. Только за красивые глазки позволяю ей приземлиться на мягкой лужайке, а не заставляю пересчитать седьмым позвонком ступеньки на пороге.
[indent][indent]Я многое понять могу. И многое понимала, когда ввязывалась в дела Кота, но наш уговор незыблем. Работа остается на работе, а не приходит права качать в мой дом. Таких кадров за двадцать лет встречать не доводилось. Эта девочка слабоумием и отвагой перебила всех кого я считала идиотами, а за двадцать лет я повидала многих. И все же работа есть работа. Отпускать гостью просто так, не разжившись интересующей меня информацией, будет непрофессионально.
[indent][indent]Достаю второй стакан и наполняю виски. Заклинанием заставляю два стакана и тарелку с сэндвичами левитировать передо мной. Выхожу на задний дворик, краем глаза наблюдаю как незваная гостья барахтается сама по себе. Ну а чего она ждала? Не знала что ли к кому идет? Будет теперь знать. Судя по всему, она не оборотень. У неё хоть и взгляд кошки, но грацию картошки за красивыми глазами не скроешь. Приглашаю её к столу, указывая рукой на плетеное кресло напротив меня.
[indent][indent]— После приветствия принято представляться, — и, конечно, я могла бы сказать это буднично, но получается язвительно, когда твоим пособником в переговорах становится виски. — Попробуешь ещё раз? — пожимаю плечами, ехидно улыбаясь.